2 глава
Какое это было зрелище!
Казалось, челюсть Чон Чонгука вот-вот упадет на пол. Пожалуй, Розэ увидела самую забавную картину за последние несколько месяцев.
Очевидно, Его Высочество совсем не приучен к сюрпризам.
Чонгук совершенно непробиваем, говорила Лиса. Ну, это уж вряд ли. Во всяком случае, она бы так не сказала.
– Кто вы? Что вам нужно?
Она молчала. Удовольствие оттого, что она застала принца врасплох, быстро улетучилось. Ее сердце стучало с такой силой, что, казалось, и он мог слышать его удары.
– Это вы были сегодня перед рестораном "Flavors".
Он быстро справился с секундным замешательством. Его голос приобрел властность, серые глаза сузились.
– Вы что, репортер одной из этих жалких газет? Я не даю интервью.
Очевидно, он ее не узнал. А может быть, Лиса никогда ему и не показывала ее фотографию? Что такой вариант тоже возможен, Розэ поняла еще тогда, у ресторана. Она ехала за ним, боясь потерять его из виду, от самого его офиса на 57-й улице.
Он посмотрел на нее так, как обычно смотрят мужчины, – с интересом и жадностью. И Розэ презирала их за это. Хотя сегодня, когда он буквально на секунду задержал на ней свой взгляд, она почувствовала…
– У вас проблемы со слухом? Кто вы? Чего хотите? И каким дьявольским способом вы сюда попали?
Он сделал два шага вперед, приблизившись к ней почти вплотную. Без сомнения, это была своего рода угроза. И она не смогла не сработать. Несмотря на высокий рост, Розэ пришлось отклонить назад голову, чтобы встретиться с ним взглядом, и немного отступить.
– Три вопроса, – сказала она быстро. – Хотите услышать все сразу или я могу задавать их по очереди?
Она чуть не вскрикнула, когда он внезапно обхватил ее запястье и резко вывернул ей руку за спину. Розэ никак не ожидала демонстрации физического превосходства от такого избалованного аристократа.
– Уберите свои руки!
– Мне потребуется одна секунда, чтобы позвонить в полицию, а через пять минут вы уже будете давать показания.
– Я думаю, вы меньше всего заинтересованы, чтобы в это дело вмешивалась полиция, Ваше Высочество.
Его глаза сузились.
– Почему же, скажите на милость?
Она набрала побольше воздуха и сказала:
– Меня зовут Розэ.
Ничего. Никакой реакции.
– Пак Розэ.
Он даже не моргнул. Либо он чертовски хороший актер, либо… Дрожь пробежала по ее коже.
– Вы… вы действительно Чон Чонгук?
Он усмехнулся.
– Немного запоздалый вопрос, но уверен, что так оно и есть.
– Тогда… тогда вы должны меня знать…
– Нисколько.
– Я сестра Лисы. Ее сводная сестра.
Вот здесь уже была реакция. Казалось, его глаза превратились в два ледяных озера. Он резко отпустил ее руку, как будто отшвырнул ее от себя, и отступил назад.
– Вы опоздали с соболезнованиями ровно на три месяца.
– Я надеялась, что вы первый мне позвоните.
Он хмыкнул.
– С чего бы мне делать это? Вообще-то я даже не знал, что у Лисы вообще есть сестра. – Он пристально посмотрел на нее. – Если только вы действительно ее сестра.
– Конечно, я ее сестра. И вы наверняка знаете обо мне.
Голос ее звучал уверенно. Но нельзя сказать, что этой уверенностью его можно было убедить.
Начать хотя бы с того, как она здесь оказалась. Почему предварительно не позвонила ему или не воспользовалась электронной почтой? И вообще, какой черт ее сюда принес?
Есть только один способ это выяснить, подумал Чонгук и протянул руку к телефону, лежавшему на мраморном столике возле двери.
– Что вы делаете?
– Призываю вас к откровенности. Не хотите отвечать на мои вопросы? Отлично. Тогда вам придется рассказывать свою историю полиции.
– А я советую вам подумать дважды, прежде чем вы наберете номер, мистер Чон.
Она начала голосом обвинителя, подобно игроку в покер, уверенному в своей легкой руке. Но ситуация изменилась – ее голос прервался и задрожал, ее глаза, такого насыщенного зеленого цвета, как будто она носила контактные линзы, расширились и увлажнились.
Шантажистка, подумал он холодно. Ясно, что она пытается втянуть его в какую-то игру. Вопрос только, в какую?
– Принц, – поправил он ее. Обычно Чонгук просил называть себя по имени или по фамилии. Но если он хотел поразить кого-нибудь своей надменной властностью, тогда в ход шел титул. – Принц Чонгук. Я даю вам одну секунду на размышление. Как вы попали сюда?
– Вы имеете в виду, как я попала в лифтовый холл, минуя консьержа?
Было видно, как она пыталась справиться с ситуацией и вернуть себе самообладание. Черта с два он это допустит! Положив телефон на стол, он шагнул к ней. Она отступила назад и коснулась спиной гладкой холодной стены.
– Хватит обиняков, леди. Мне нужен прямой ответ.
Она прикусила краешек нижней губы, а потом провела по ней языком.
Чонгук почувствовал, как у него свело живот. Тэхён прав. У него слишком долго не было женщины.
– Посыльный придержал для меня дверь у служебного входа. Он был очень любезен. А потом я поднялась по пожарной лестнице.
– Если вы сестра Лисы, почему вы просто не могли попросить консьержа пропустить вас?
– Я все эти три месяца ждала вашего звонка. И подумала, что, может быть, вы вообще не хотите меня видеть. В таком случае консьерж мог бы меня просто не пропустить.
– Ваши документы.
– Что?!
– Документы. Доказывающие, что вы действительно сестра Лисы.
– Не понимаю, за что Лиса любила вас… – пробормотала она себе под нос, доставая из сумки кожаный бумажник. – Вот. Мои водительские права. Устроит?
Пак Розэ, живет в Кванджу. Чонгук взглянул на нее.
– Но это еще не доказывает, что вы ее сестра.
Она снова открыла бумажник и достала оттуда фотографию. Хотя снимок был довольно старый, не оставалось никаких сомнений, кто изображен на этом снимке. Две поразительной красоты девушки смотрели прямо в камеру. Впрочем, они не были похожи друг на друга.
– Хорошо. Значит, вы ее сестра. Только давайте побережем наше время, – сказал он холодно. – Ваша сестра не оставила никаких денег.
Зеленые глаза гневно сверкнули.
– Я здесь не из-за денег!
– И ничего из драгоценностей. Я все отдал на благотворительные цели. Так что требовать абсолютно нечего.
– Меня это совершенно не волнует.
– Правда? – Пожав плечами, он скрестил на груди руки.
Ее глаза наполнились слезами.
– Вы… вы эгоистичный, самодовольный, надутый индюк, пусть и с королевской кровью! – прошептала она дрожащим голосом. – Индюк, который может испортить все вокруг себя. Но поверьте мне, принц Чонгук, мистер Чон или как вы там еще себя называете, вы никогда не поймете, что потеряли!
Эту маленькую, эмоционально наполненную речь она, судя по всему, собиралась завершить на высокой ноте, проскользнув мимо него к двери. И не надо было этому мешать. Логика подсказывала Чонгуку отойти в сторону и пропустить ее. К черту логику!
Он придвинулся к ней ближе и прижал ее к стене. Она уперлась ему в грудь ладонями и попыталась оттолкнуть его. Чонгук лишь рассмеялся и, стиснув пальцами тонкие запястья девушки, прижал ее руки к стене. Ее щеки запылали от возмущения и гнева.
– Какого черта! Отпустите меня!
– Как же так, солнышко, – проворковал он, – я не понимаю. Вы так рвались увидеть меня и вдруг покидаете.
Она ударила его острым носком своей туфли по ноге. От боли глаза его расширились, и он сильнее прижал ее к стене.
Не было никакой причины, чтобы горячая волна желания прошла по его телу, когда он посмотрел вниз на ее пылающее лицо. Но эта волна все-таки прошла.
Ее глаза горели, как у дикой кошки. Волосы разметались и спутались. Нежные губы дрожали, обнажая влажную белую полоску зубов. И вдруг сразу, мгновенно, Чонгук понял, зачем она здесь.
Каким же твердолобым идиотом он был!
Лиса, конечно же, рассказывала ей о нем. Что у него есть деньги, титул и он неравнодушен к красивым женщинам.
И сейчас, когда Лисы уже нет, есть Розэ – живая, соблазнительная Розэ…
Его взгляд снова упал на ее губы.
– Не думайте, что я настолько глуп, – сказал он тихо. – Конечно же, я знаю, зачем вы здесь.
Ее глаза просияли. Уголки губ приподнялись в легкой улыбке.
– Слава богу, – сказала она дрожащим голосом, – а то я уже думала…
Чонгук прервал ее на половине фразы. Его пальцы вплелись ей в волосы, и, наклонив голову, он поцеловал ее.
Она вскрикнула и, сжав кулаки, ударила его в грудь. Какое милое прикосновение, отметил он про себя с холодностью, противоречившей возросшему желанию. Эта девушка пришла сюда в надежде занять освободившееся место ее сестры. Что ж, надо дать ей урок: поцеловать ее, а затем послать ко всем чертям!..
Она притворялась. Он знал это. Это было частью ее игры. Чонгук слегка укусил ее за нижнюю губу. Она коротко вскрикнула, и он скользнул языком между ее зубами, пробуя ее вкус и целуя снова и снова, пока она не застонала и, откинув голову, не прижала свои ладони к его груди…
Дьявол!
Чонгук резко отпустил ее, почти оттолкнул. Она отпрянула назад. Глаза широко открыты, зрачки огромны – казалось, их глубокая чернота поглотила всю яркую зелень радужки.
Какого черта он это делает? Она пользуется теми же приемами, что и Лиса. Сирена, соблазняющая мужчин…
Ее рука взметнулась вверх, и звон пощечины эхом отозвался в гулкой пустоте коридора.
– Ты негодяй! – выкрикнула она срывающимся голосом. – Подонок, сукин сын!
– Не надо устраивать здесь театр, – прорычал Чонгук. – Или я тоже подберу тебе имечко.
– Не могу понять, почему Лиса любила тебя!
– Твоя сестра не любила ничего, что не имело бы на себе ярлычка с весьма круглой суммой. А теперь – убирайся! Проваливай ко всем чертям, пока я не вызвал полицию!
– Подумать только! Так любить, что дать тебе возможность уговорить ее завести ребенка!
– О чем ты болтаешь?
– Будто не знаешь! Она потеряла своего первого ребенка, и ты, вместо того чтобы посочувствовать и утешить ее, приказал ей убираться вон, потому что она не смогла дать тебе наследника.
Может ли ложь заставить мужчину потерять дар речи? Открыв рот, Чонгук замер, пытаясь уловить смысл услышанной фразы.
– Ты хотел избавиться от женщины, которая любила тебя. Но моя сестра сказала, что пойдет на все, чтобы родить ребенка, несмотря на то что беременность была для нее, как говорили врачи, большим риском!
Быстро шагнув к ней, Чонгук схватил ее за плечи, почти оторвав от пола, и, приблизив свое лицо, яростно прошипел:
– Убирайся… Слышишь? Убирайся из моего дома, и моей жизни или же отправишься в тюрьму. И не думай, что выйдешь оттуда через пару часов. Мои адвокаты позаботятся, чтобы ты осталась там до конца своей жизни.
Но в чем он мог обвинить ее? В том, что она была первоклассной лгуньей? С его стороны это была лишь пустая угроза.
– Лиса любила тебя!
– Я уже сказал, что именно любила Лиса. У вас есть пять секунд, мисс Пак. Раз, два…
– И она нашла способ дать тебе ребенка. Тогда ты был доволен, но сейчас отказываешься признать…
– Прощайте, мисс Пак!
Чонгук развернул ее к двери и подтолкнул в сторону лифта.
– Я позвоню консьержу и, если вы не спуститесь вниз через тридцать секунд, вызову полицию.
Двери лифта открылись. Сжав пальцами ее локоть, он втолкнул ее внутрь. Слезы текли по ее лицу.
В этом деле она такая же мастерица, как и Лиса, подумал он с холодной злостью. Впрочем, у Лисы все же выходило не так натурально. Ее лицо краснело, кожа шла пятнами, но, несмотря на это, нос всегда оставался сухим.
Глаза Розэ были затуманены слезами. Лицо побледнело. И ее нос – черт возьми! – ее нос был мокрым.
Какая трогательная деталь подлинности, подумал Чонгук, сделав шаг назад.
– Я была просто дурой, что пришла сюда.
Чонгук задержал рукой закрывающиеся двери лифта.
– Все вышло не так, как ты предполагала? – спросил он с усмешкой. – А я оказался тем сукиным сыном, каким ты меня себе и представляла, – подвел он итог.
– Я говорила Лисе, что это дурная затея, но она не хотела и слушать.
– Представляю. Двое начинающих воришек обсуждают, как бы им получше обчистить карманы простака.
Она смахнула слезы рукой.
– Только не думай, что сможешь пойти на попятную после рождения ребенка!
– Я бы и не мечтал об… – Он отшатнулся назад. – Какого ребенка? Что ты несешь?
– Я не позволю тебе даже минуты находиться возле него. И плевать я хотела на всех твоих чертовых адвокатов!
Чонгук ошеломленно уставился на нее, отпустив дверь лифта, которая тут же начала снова закрываться.
– Какой ребенок? – Его голос звучал угрожающе, рука с силой вцепилась в закрывающуюся дверь.
– Ты отлично знаешь, какой! Мой. То есть Лисы. – Ее голос дрогнул. – Лисы и твой.
Земля покачнулась под его ногами. У Лисы был ребенок? Нет. Лиса никогда не была беременна. Так сказал ему ее доктор…
– Ты лгунья!
– Хорошо, можешь с этим и оставаться. Я просто говорю, что не дам моему ребенку – ребенку Лисы – быть рядом с таким сукиным сыном…
Она только коротко вскрикнула, когда он буквально выдернул ее из лифта и, протащив по коридору, бросил в большое кожаное кресло.
– Что за ерунду ты несешь? – Он стоял перед ней, широко расставив ноги и скрестив на груди руки. – Давай, рассказывай. Что за ребенок? Где он?
Розэ подскочила, словно развернувшаяся пружина.
– Уйди с моей дороги!
Он схватил ее за плечи и грубо притянул к себе.
– Отвечай мне, черт возьми!
Их глаза встретились. Казалось, секунды переросли в часы. И, выскользнув из его рук, она опустила ладонь на свой живот и тихо сказала:
– Этот ребенок. Ребенок у меня внутри. Я беременна, принц Чонгук. Беременна вашим ребенком.