Часть 3
Наваждение. Ощущение сгущающейся темноты. Тяжесть витала в воздухе. Была она душевной или физической, не важно. Сам факт её присутствия и четкого ощущения давил на Чонгука. Дождь не переставая лил, ты свернувшись клубочком и замотавшись в плед, тихо спала. Это дало парню возможность рассмотреть тебя и сам того не понимая, он потерялся в ощущениях.
Темные круги под твоими глазами, говорили ему о тяжести твоей жизни, о бессонных ночах и боли, что ты получала от якобы мужа. Это осознание давило на его сердце, пусть оно и было довольно холодным. Слишком тонкие руки и исхудавшее лицо. Кто-то бы позавидовал такому телу, тот кто стремится к худобе, но у тебя это была болезненная худоба. Которая выглядела пугающе, если приглядеться. Единственное, твои длинные волосы, они струились, падали на плечи, будто единственные защищали и укрывали тебя от всего мира. Заглядевшись, Гук не сразу увидел, что ты дернулась, а после и вовсе начала метаться по дивану, будто отгоняя что-то. Тебе снился не просто кошмар.
— Нет! Не уходи! Не уходи Наби! Нет! — ты уже кричала, как парень пытался разбудить тебя, тряся за плечи.
— Т/и! Т/и!
— Ах — ты проснулась и большими, испуганными глазами, посмотрела на Гука, в тот же момент отскакивая в другую часть дивана.
— Не бойся, всё закончилось — Чон поднялся, обеспокоенно смотря на тебя. Ты начала успокаиваться, это давалось с трудом, но нужно было.
— Прости, я не хотела тебя пугать — прошептала ты, так как голос еще дрожал. Оделяло сползло и твое тело покрыли мурашки.
— Ты меня не напугала, скорее дала почву для больших беспокойств — проговорил Гук и подойдя, аккуратно вернул плед на твои плечи. От этого жеста тебе стало теплее и не от пледа, а от того, что Гук волнуется, что ему не всё равно, пусть вы и чужие люди. Щелкнула дверь и теперь твой страх вернулся и еще чего хуже, усилился.
— Вот вы где — прорычал Танёль. Он был в той же одежде, что и сутки назад. Рубашки была расстегнута на верхние пуговицы, демонстрируя следы бессонных, по видимому, ночей. Гук разозлился, но только желваки на его лице напряглись — Надеюсь ты не нарушала условия? — будто не замечая парня, он прошел к тебе и взял за подбородок, заставляя смотреть вверх. Только за это Чон готов был вогнать пулю ему в лоб, но с трудом сдержался от порыва — Ты свободен на сегодня, я останусь с женой — не отпуская тебя, Танёль повернулся, чтобы удостовериться, что Гук понял и пошел на выход.
— До свидания — проговорив почти металлическим голос, Чон заставил себя не посмотреть тебе в глаза, так как он не сдержался бы и всё пошло на смарку. Он смог уйти, но понимал, что ни за что на свете не оставит тебя там в следующий раз.
***
Дверь так сильно хлопнула, что Юнги, чуть не свалился со стула, удивленно смотря на зашедшего Гука.
— Что стряслось? Ты на зверя похож, напугал
— Этот ублюдок, я чуть не пристрелил его прямо там — рыкнул Чон и пошел на кухню, а вернулся уже с бокалом виски в руках.
— Воу, полегче. Что случилось? — удивленный Мин, смотрел на друга и удивлялся, как быстро тот выпил крепкий напиток
— Пробей в реестре или в чем угодно, что связано с Т/и, некую Наби. А так же расскажи, что нашел — прорычал Чон
— Наби? Было только одно упоминание этого имени, я так думаю это кто-то из близких ей людей еще с детдома. Но больше ничего, что подтвердило бы догадку — раздраженно скривившись и выпив еще, Гук откинулся на спинку дивана, расслабляя галстук и рубашку — У Т/и была тяжелая жизнь, конечно не такая как у нас, но её несколько раз пытались избить за хорошее личико в детдоме, доходило и до попытки изнасилования, но её спасали. Сами воспитатели не любили её за чрезмерную холодность и скрытность. После усыновления, легче не стало. Дочь её приемных родителей издевалась, а они закрывали глаза, так как Т/и была выгодным вариантом для продажи замуж, улучшению бизнеса и связей за этот счет. В чьи руки бы она не попадала, она была игрушкой.
— Это ужасно. Я не могу сидеть так просто и знать, что этот кабель мог не выполнить обещание и навредить ей — сжимая бокал до побелевших костяшек, Чон тяжело дышал, пытаясь усмирить в себе злость.
— Мне понятны твои чувства, но еще рано, нас проверяют и поверь следят, парни пытаются заметать следы, но будто это не задание, а ловушка. И ко всему прочему заказчик прислал еще одно сообщение. Второе лицо прибудет завтра, куда и когда, неизвестно. Но что еще важно, нам ограничили сроки до месяца. Это становится практически приказом, я даже не смог сказать, что ликвидировать бизнес Кана за месяц не выйдет, как мне сразу в ответ сказали, что их это не волнует. Нам придется всё сделать за месяц, если хотим остаться в живых — Юнги удрученно посмотрел на друга.
— Они же понимают с кем имеют дело?
— Да, и их это не пугает
— Вот же, что за чертовщина творится?
Этот вопрос так и не был развеян ответом. Он тяжелым осадком покоился в воздухе и сдавливал дыхание. Неизвестность. Кто? Зачем? Когда? Всё было таким неопределенным, кроме времени, которое было дико ограниченно.
Чонгук решил не ехать домой и остался в свободной комнате. Парин вернулись около полуночи, к тому времени Чон отдохнул и был готов обсудить новости.
— В общем этот хрен, сегодня совершил сделку с неким Мидзутани, скорее всего японский мафиози, которому нужны наркотики. До этого в документах появился отчет о движении средств и увеличении их почти на двадцать миллионов долларов. Казалось бы немного для крупной компании, но люди заметили, что Танёль начинает съезжать с катушек, когда на встречу пришел нататуированный гангстер, с головорезами. Такое не захочешь, заметишь. Да и его ночные похождения — Чимин излагал новости, а Намджун как-то тихо и задумчиво сидел сбоку, смотря документы и отчеты
— Видел, он приперся с кучей засосов, надеюсь, он не тронет Т/и, как обещал — прорычал Гук
— Надеемся. Ведь неизвестно, что будет дальше, возможно она попадет под раздачу. Нужно решить, как быстрее вызволить её оттуда — проговорил Мин и посмотрел на Джуна, который молчал. Повисла тишина.
— Мне кажется, что этот вопрос решится быстрее положенного. Смотрите, здесь в документах, где говорится о передачи половины наркобизнеса, имеется еще один договор, но нет цели его заключения. Тольок написано «выкуп», что если речь идет о Т/и, и второй заказчик, который прибудет, хочет её выкупить? — эти умозаключения Джуна были куда более весомые и реальные, чем разные домыслы. Но все же сомнения были сильные.
***
На следующий день, Гук сразу же, как только стукнуло семь, помчался в особняк. Как ни странно, машина Танёля стояла в гараже, что означало он еще здесь. Это разозлило парня и он поднялся в дом. В воздухе снова витала эта вязкая темнота и горечь от чужого страха. От этих ощущений, лицо Гука только сильнее нахмурилась. Но необычным было и то, что наверху слышалось равномерное шуршание и стук, который доносился из твоей комнаты. Прислушавшись, Чон побрел наверх, а уже у двери услышал равномерный стук чего-то глухого и всхлипы.
Не раздумывая, он открыл дверь и ужаснулся. Ты сидела связанная на полу, а Танёл бил тебя по спине. Рубаха, что скрывала кожу уже покрылась багровыми пятнами и была почти изрезана, но ты смирно продолжало терпеть. Это показалось парню странным и он подлетев к тебе, выхватил хлыст и двинул Кану в челюсть так, что тот упал и ударившись головой о пол, вырубился. Быстро принимаясь развязывать твои руки, Чон насторожился. Ты молчала и только внимательно смотрела за его действиями. После так и не поднялась. Парень коснулся подбородка, поднимая голову. Глаза. Глаза не твои.
— Ты не Т/и
— Умный, но долго думал, надо быстрее — ехидная улыбка и вот девушка, что была как две капли воды, похожа на тебя, как ни в чем ни бывало поднялась и протянула руку — Наби, приятно познакомиться лично, Чонгук.