20
Pov Алеся
Я лежу на кушетке, врач делает узи. Я молчу, я только надеюсь на лучшее, что я ещё смогу родить. Я потеряла единственный путь стать Госпожой, теперь я стала лишь изгоем для девушек в комнате, в которую меня вернут.
— Все в порядке, вы здоровы. Пожалуйста, не употребляйте эту гадость, она убивает вас. Мы почистили вас полностью, ещё один такой раз и вас расстреляют. — начал врач.
— Но мне же будет плохо!
— Отвлекитесь. Теперь для девушек у нас есть занятия йогой, поход в бассейн, садоводство в саду, Госпожа даёт множество вариантов, как провести время. Теперь ей ведь тоже нужен покой, а не вечная суета в доме.
— Эта сволочь жива?! — я поднимаюсь с кушетки. До этого момента, я считала, что она уже сдохла и по дому несут траур об этой дряни.
— Живее всех живых, беременная.
— Какого хуя?! — я полностью встаю.
— Осторожнее! Вы же только после операции!
— Да срать я хотела на ваши операции! Где Голубин?
Я выбегаю из кабинета, меня переполняет злость, я закончу всё это, здесь и сейчас! Я бегу по знакомым коридорам, игнорируя боль, и влетаю в его кабинет. А он сидит такой спокойный в ноутбуке.
— Что уже случилось? — он спокойно смотрит как я стою и корчусь от боли.
— Что случилось?! Да что происходит с тобой! — кидаю в него журнал со столика. Увернулся. Повезло. — Куда пропала вся твоя любовь! Два года мы были вместе! Я могла стать матерью и твоей женой! Почему ты без объяснений причины бросаешь меня?!
— Что ты себе думаешь? Что весь мир вокруг тебя крутится? — Глеб встал с стула. — Я твой Господин, я могу делать, что захочу, могу тебя бросить, могу тебя убить, а могу взять в жёны! — он начал подходить ко мне медленными шагами. — Ты уже бывшая модель! Наркоманка! Ты пыталась убить Аду, ты устраиваешь бесконечные скандалы, ты жалуешься моему отцу, лезешь не в свои дела! С чего ты взяла, что я когда-то, смогу взять тебя такую в жены? Ты отвратительна!
— Тогда отпусти меня! Хватит меня мучать! Мне больно! Я люблю тебя! А ты не даешь мне любить и быть рядом! Я не могу спокойно дышать, зная что ты женился на какой-то мыши, которая теперь родит тебе ребёнка! А я своего потеряла! Я даже не знаю, смогу ли я теперь рожать!
— А куда ты пойдешь? — Глеб подошёл совсем близко. — Ты же уже как два года для всех мертва? Это что воскрешение Алеси? Тут же побежишь в полицию и всё расскажешь, ещё и покажешь где я живу. Наивная и тупая, твой цвет волос об этом и говорит. — он продолжает выплевывать этот яд на меня. — Заруби себе на носу, я тебя не отпущу, ты будешь здесь до конца своей жалкой жизни, никаких тебе наркотиков, и ничего такого, ты будешь жить в комнате девушек и я буду отдавать тебя самым неадекватным и сексуально зависимым коллегам, чтобы драли тебя как последнюю дрянь. А если ты попытаешься хоть что-то сделать Аде, я тебя буду душить своими собственными руками! Ты будешь медленно умирать! Или я просто продам тебя в бордель, самый отвратительный который только у меня есть. Ты всё поняла?
От его взгляда и шёпота кружилась голова. Пришлось схватиться за диванчик. Я молча кивнула и пошла прочь из кабинета. Во мне пустота. Он уничтожил меня полностью. Я его ненавижу.
Pov Ада
Аля заплела мне косу, помогла переодеться и мы вместе с ней и Лилией пошли в подвальное помещение, где я увидела Карину сидящую на кровати. При виде нас, она даже не шелохнулась.
— Я хуею с тебя Рая, дом сгорел, а ты живая. — усмехнулась подруга.
— Поговори мне ещё тут! — мой голос был стальным и ровным. Я даже сама с себя немного удивилась. Да и Карина вдруг заинтересовалась и посмотрела на меня.
— Посмотрите ка, а голосок то прорезался! — она улыбнулась и встала с кровати. Свою добрую сплетницу подружку я практически не узнавала. Она была озлобленной, в её глазах померкла жизнь.
— Сядь!
— Даже не подумаю. — она улыбнулась и подошла ещё ближе. Не долго думая, моя рука с размаха впечатывается в неё. Девушка падает ударяясь спиной об стену. Аля ахает, Лилия просто молчит.
— Ты чуть не убила меня, дура. Я беременная. Ты чуть не убила моего ребёнка!
— Что? Ты? Что? — глаза округлились, руки задрожали. Я прекрасна знала куда нажимать. Карина всегда любила детей, хотела детей и всегда делала пожертвования в детские дома и приюты. Ей было жалко детей, а мне было жалко креветок, у них глазки такие...Казалось, как такая гадость вообще может что-то делать? Я не про креветки, а про Карину. Она все деньги может спускать на мастеров маникюра, ботекс и всякие пластические операции. Но нет. У неё было сердце. Как-то очень давно, я обещала её сделать крестной мамой своего ребёнка.
— Да. Теперь тебе уже не кажется всё таким героическим, да?
— Я же не знала...я не думала! — она подползает ко мне на коленях и утыкается в мои чашечки лицом.
— Мне отдали тебя, я решаю твою судьбу. И я ещё подумаю, что мне с тобой делать, подруга. — я отхожу от неё. Поворачиваюсь к Лилии. — Выведи меня отсюда, меня сейчас вырвет.
— Конечно Госпожа.
Pov Глеб
Артём в качестве подарка за все прошедшие праздники привозит мне барана...настоящего барана. И мы с Адой смотрим на это животное, которое расхаживало по саду.
— Тёмыч, скажи мне одну простую вещь...нахуй мне баран?
— Ты его зарежешь! И будет баранина!
— Я не могу его зарезать! — я буквально срываюсь на визг.
— Почему?
— Ну это же баран! Посмотри на него! Какой он славный!
— Давай его тогда оставим? — Ада посмотрела на меня.
— Его нельзя оставлять! Он не пригоден для жизни, он пригоден в пищу, чуваки, слушайте не надо включать зеленый мир и защитим природу, да простят меня защитники животных и вегетарианцы! Вы что веганы?
— Причём тут это, Артём! Какой ты дотошный.
— Глеб Геннадьевич, а давайте вы не будете смотреть, а мы барана чикнем? Его на всех хватит! — Лилия улыбается.
— Никто не трогает барана! — я подхожу к животному и обнимаю его. На удивление, он не сопротивляется.
Я смотрю как стоит Ада, Артём, Араксия с Лилией и дружно смеются с меня. Но я просто не могу убить это животное!