Глава 34
— Не закрывай глаза, слышишь? Чёрт возьми! Чейз! — Кричит Пэйтон.
Парень быстро подбежал и, как только увидел меня, лежащую на руках Пэйтона, полностью в крови, сразу ушёл к остальным и начал поднимать суматоху, говоря, что нам нужно уехать как можно быстрее. Скорую вряд ли удалось бы вызвать: мы находились в полной глуши, где не было связи, а даже если бы она и была, то как бы мы объяснили полноту оружия и кучу крови на наших вещах?
— Сейчас мы приедем домой и там вылечим тебя. Главное — не закрывай глаза и слушай мой голос.
— Домой?
— Да, домой. Помнишь? Мы там проводили много времени.
Не хотелось возвращаться в место, где он меня бросил, откуда я убегала растоптанной и убитой. Интересно, как быстро он это забыл? Он снова начал встречаться с Си? И это тот человек, который шептал мне на ухо, что ему не нужен никто другой.
— Чёрт, Анни, — прибежал Дилан. — Я возьму её и отнесу в машину.
— Тронь хоть пальцем — и я его тебе сломаю.
Пэйтон поднял меня и куда-то понёс. Было бы сейчас другое время, я бы накричала на него, сказала бы, что он много на себя берёт, но сейчас мне было тяжело выдавить из себя хоть слово. Я закрываю глаза, надеясь на то, что если посплю, то всё пройдёт. Вокруг всё начинает двигаться, я слышу рёв машины.
— Заставь её не засыпать, — слышу я женский голос. — Она должна находиться в сознании.
— Анабель, — зовёт меня Пэйтон. — Открой глаза, любимая, — просит он, но я не слушаюсь — мне слишком тяжело. Я знаю, что мне осталось недолго, я это чувствую. Но если мне осталось недолго, то к чему это всё?
— Я люблю тебя, слышишь? Полюбил с того самого дня, когда ты взяла в рот чёртову таблетку и поцеловала меня. Я никогда не верил в любовь с первого взгляда, и нет — это была не она. Лишь коснувшись твоих губ, я понял, что больше не оставлю тебя в покое. Отгонял эту мысль до последнего, понимал, что ты можешь служить мне простой вещью для исполнения моих планов. Но всё вышло из-под контроля, когда я забрал тебя в свой дом. Думал, что это для того, чтобы помучать семью Беверли, но это было лишь глупым прикрытием моих чувств. Каждый раз, когда тебя не было рядом, я сидел в твоей комнате, а по ночам перед сном смотрел на твою картину, представляя, как ты оставляла мазки на холсте. Каждый раз, когда ты говорила со мной, я пытался найти намёк на себя, на то, что ты так же, как и я, сгораешь от любви. Я сгорал каждый чёртов день, когда тебя не было рядом, и горел, когда ты касалась меня. И именно поэтому, если ты сейчас же не откроешь глаза, если ты решишь, что бороться не за что, то подумай о том, что со мной будет. Если я хоть немного небезразличен тебе, если в твоём сердце осталось хоть что-то, кроме ненависти, после нашего последнего разговора, то прошу тебя, я молю тебя — не оставляй меня и открой глаза.
Я глубоко вдохнула, из-за чего меня обожгло адской болью, и открыла глаза, чтобы посмотреть на его лицо. Оно перекосилось от боли и страданий. Хотелось прикоснуться к нему, чтобы разгладилась каждая морщинка, но шевелиться было тяжело.
— Душевно, — говорит мужской голос, и я вспоминаю, что мы не одни.
— Заткнись, придурок, и веди чёртову машину, иначе в мире станет на одного человека меньше. Поверь мне, я сейчас не в том настроении.
— Понял, — отвечает Чейз.
— Слушай меня внимательно и старайся говорить, хорошо? — просит Пэйтон, и я киваю. — Как в тебя попала пуля?
— Дилана почти убили, — начинаю я и чувствую боль от каждого слова. — Я направила пистолет на человека, который хотел его убить, но в этот момент мужчина, с которым ты бился, выскочил и ударил меня. Я не смогла попасть точно в цель — попала в пистолет человека, который целился в Дила. Мы выстрелили одновременно, и его пуля вместо того, чтобы попасть в Дилана, срикошетила и попала в меня.
— Приехали, — говорит Чейз.
Пэйтон подхватывает меня на руки и несёт в дом. Меня кладут на диван, который я в тот же миг заливаю кровью. Девушка, которая говорила в машине, садится рядом со мной. Авани.
— Ава, помоги, пожалуйста. Я знаю, у тебя было медицинское образование, — умоляющим голосом просит Пэй.
— Знаю. Быстрее — аптечку.
Я знала, что аптечка у них не хуже, чем у врачей, ведь серьёзные ранения — частое дело. Авани обрабатывает руки и берёт скальпель.
— Дайте тряпку, пусть закусит, чтобы не кричала.
Сначала я ничего не понимаю, а потом она начинает разрезать место, куда попала пуля. По живому, без обезболивания.
— Пуля задела печень, но не слишком глубоко — можно зашить.
Голыми руками она достаёт из меня пулю — та со звоном падает на пол. Меня начинают зашивать изнутри, мой крик становится всё громче. Пэйтон сидел рядом и смотрел на всё это, держа меня за руку, в то время как остальные просто не смогли выдержать такого. Чарли плакала в углу, парни что-то обсуждали, чтобы не думать об этом, а Дил выбежал на улицу, чтобы остановить слёзы и дрожь в теле. Пэйтон говорил что-то успокаивающее, но я не могла слышать его из-за собственного крика.
— Готово, — говорит Авани и идёт в ванную, чтобы отмыться от крови.
Мне всё ещё слишком больно. Я чувствую, что скоро отключусь от боли.
— Лисичка, ты как?
— Знаешь, прекрасно. Не в моих же органах рылись пять минут назад.
— Твои злые шуточки остались — значит, всё не так уж и плохо.
— Ты ранен, — замечаю я его разорванную кофту и рану.
— Всего лишь царапина. Мне даже не больно.
Мне было страшно. Не потому, что я могла умереть, а потому что знала — это так просто не закончится. Чёрт, ещё секунда, и я отключусь от боли.
— Когда я была дома, мне пришло письмо из этой клиники. Оно всё ещё со мной, в моём кармане, — говорю я, уже еле формулируя речь. — Когда мы приехали туда по вашему адресу, я очень удивилась.
— Почему? — не понимал Пэйтон.
— В письме писали, что открылась новая больница, будто я привлеку за собой больше жителей, ведь я обладаю большой популярностью. Мне просто нужно было прийти на обследование, как они говорили. Но я понимала, что это значит. Ниже был написан адрес. Не тот, Пэйтон. Мы были не в той клинике. Да, в ней проводили опыты и держали твою мать, да, именно из неё потом приходило письмо и моей маме, но эта клиника не одна. Они всё ещё хотят меня забрать.