Экстази

Мира порадовала меня, когда сказала, что мою комнату для рисования уже обустроили. Сейчас я стояла в ней и вырисовывала какие-то линии, думая о своём. Мне было всё равно, что получится в итоге, не обращала внимания на свет и тени, на перспективу. Обычно, всё это отвлекало меня, но сегодня случилось наоборот. Посмотрев на рисунок я увидела большую клетку и девушку в ней. Клетка была открыта, но она почему-то не выходила из неё. К её рукам и ногам были привязаны нити, кто-то дёргал за них, меняя её роли. Я смотрела на этот рисунок так долго, что он начал вызывать у меня раздражение, он отображал меня, мою сторону, которою я не хотела осознавать. Я могла сбежать из своего дома, могла начать жить своей жизнью, но не делала этого. Либо была великой мученицей, либо что-то меня удерживало.

В комнату кто-то зашел в порыве моей злости, когда я брызнула красной краской на холст. Мне не нравилось думать об этом всём и понимать свою глупость.

— Ты красиво рисуешь, — говорит Пэйтон.

— Это худшая из моих работ, — сказала я, не для того, чтобы показать какая я крутая, нет, это было чистой правдой.

— Плевать, если ты занимаешься тем, что тебе нравится.

— Ты не прав.

— В чём?

— Во всём. Не стоит делать то, что ты не можешь. Не умеешь - не берись, ты должен быть безупречен, иначе - ты бесполезен. А ещё, я ненавижу рисование.

— Кто тебе поставил эти ужасные принципы? Плевать, кто и что подумают, делай то, что нравится, живи эту жизнь, пока можешь. Зачем ты вообще рисуешь, если не любишь?

— Это хорошо отвлекает. Когда-то мои родители отдали меня в художественную школу, где лишь за одну не правильную линию наказывали ещё одним часом рисования. Первое время я рисовала по десять часов в день, пока школа не закрывалась, потом поменьше. А потом я выпустилась из этой школы с лучшим отличием. Сейчас некоторые мои работы висят в нашем доме, но проходя мимо них я всё время пытаюсь найти подвох, нашла уже десятки вещей, которые можно было бы исправить. Рисование я ненавижу, а мои работы вызывают у меня отвращение.

— А что тебе нравится?

Я задумалась. Чем я обычно занимаюсь? Тем, что сказали родители.

— Я...не знаю.

— Запущенный случай.

— Что ты хотел? Не просто так ведь пришел.

— Верно. Я отпускаю тебя, лисичка. Можешь идти куда хочешь, больше у тебя нет надзора.

— Ты...что? Вот так просто?

— А ты хочешь, чтобы я тебе усложнил жизнь?

— И ты ничего не хочешь взамен?

Пэйтон засмеялся.

— Какая же ты недоверчивая. Ладно, тогда вот для тебя задание. Когда ты уйдёшь, найди то, что тебе на самом деле нравится.

— Это тебе твоя девушка сказала отпустить меня? — Прищурилась я.

— Откуда ты...мы с Сиеррой не встречаемся.

— Свободные отношения тоже отношения.

— Мне плевать на её мнение, так ясно? А теперь бери свои вещи и иди. Ты свободна.

Он ушел. Даже в последние минуты совместного нахождения с ним мне удалось его разозлить. Я улыбнулась своим прекрасным способностям.

Войдя в свою комнату, которую я только недавно устроила под себя, я начала собирать только те вещи, которые были для меня важны. Но оглянувшись я поняла, что тут ничего, что нельзя было бы заменить или купить новое. С собой я взяла только мой вчерашний наряд, в котором услышала слова Пэйтона. Он сказал, что не хочет меня отпускать. Не знаю зачем я его беру.

— Ты куда-то собираешься? Неужели Пэйтон выпустит тебя погулять? — Вошла в комнату Мира.

Вот чёрт. Мне совсем не хотелось оставлять её тут одну. Я грустно посмотрела на неё, не дав объяснений.

— Подожди. Он тебя на совсем отпустил?

— Я думаю, мы ещё встретимся, — пытаюсь улыбнутся я.

Мира подошла ко мне и крепко обняла.

— Я оставила в твоём телефоне свои контакты, звони мне, ладно?

Я киваю и она начинает помогать мне собраться.

Ушла я в смятении. Я в последний раз посмотрела на дом, понимая, что я никогда сюда не вернусь.