Капкан

Холодный снег таял на лету и разбивался о стекла заброшенного здания ледяными каплями, отдаваясь эхом в другом конце серой комнаты. Вокруг царил мрак и напряженная тишина, которую Дерек сохранял уже более суток. Он периодически подходил к кровати Стайлза и менял ему влажные повязки. 

—  Чертов Стилински, —  вырвалось из губ мужчины, который то и дело потирал свой лоб, устало вздыхая. 

—Сам, кхм, сам не лучше... — хриплый голос больного со скрипом пронесся по опустелому залу. 

Хейл резко поднял голову и взглянул на полумертвого школьника. Сердце сразу отдало диким стуком в грудь. Казалось, ещё чуть, и сильное сердце волка начнёт своим шумом перебивать тихие мычания Стайлза. 

Парень медленно повернул голову в сторону оборотня и кое-как выдавил свою противную, по мнению Хейла, улыбку. 

—  Как часто ты отыгрываешься на мне? — Он пытался открыть глаза, но без толку. Боль во всём слабом теле забирала последние силы. Хотелось кричать, но горло так же предательски терзало.

—  Лежи и не двигайся, —  с тем самым невозмутимым тоном произнес Хейл, трогая лоб парня. 

Холодная большая рука оборотня легла на пылающий лоб Стайлза, который то и дело пытался открыть глаза. Парень слабо вздрогнул при ледяном прикосновении и, сглотнув, в очередной раз тяжело вздохнул. 

—Да я лежу.

— И молчи, — Дерек снова рявкнул на него и грозно посмотрел. Осознав, что парень его не видит, смягчил свой взгляд, цокнув языком. 

—Что? — Слова Стилински давались действительно трудно. Лежать в предсмертном состоянии, а потом завести диалог? Это правда непросто. 

—Тебе нужен сейчас покой. Ты можешь помолчать? —  Понимая, что нервы на пределе, Хейл с силой выжал сырую тряпку.

—  Ты, — школьник нахмурил брови, пытаясь поправить свою голову,  —ты, когда... когда таким заботливым стал?

Дерек потянул руки, чтобы поудобней положить парня, но быстро отдёрнул, услышав такие слова в свой адрес.

—Давно я так? — Поняв, что ответа ему не дождаться, парень быстро сменил тему.

—  Несколько суток, —  мужчина потупил взгляд в пол, вспоминая, сколько прошло с того момента, как ранили Стайлза.

—  Ты шутишь?! —  Стайлз резко дернулся, пытаясь по привычке вскочить, но сильные руки остановили его, давая понять, что это не лучшая идея, — Вот же черт, —он скорчился от дикой боли и повалился обратно,  —а отец? —  Мысли об отце доставляли большую боль, чем вся та, физическая, которая испытывала парня. Он сжал губы, осознавая, как сильно подводит своего старика, как тот наверняка ищет его и переживает.

—  Скотт все уладил, —  Дерек все таки потянулся к нему и аккуратно положил на подушку, укрыв своим одеялом. Он понимал, насколько нелегко приходится Стайлзу, поэтому, зарыв глубоко свои принципы и амбиции, медленно превращался для него в самого заботливого человека в мире.

—  Спасибо, —  сил больше не осталось. Поблагодарив Хейла, Стилински провалился в глубокий сон.

Дело близилось к ночи. Яркие звёзды покрыли тяжёлые тучи свинцовых облаков. Вокруг стояла мёртвая тишина, ни души. Оборотень поднялся со своего стула, собрал окровавленные бинты и бесшумным шагом спустился в низ, на кухню. Он бросил все вещи в другой угол и с тяжелым вздохом уселся на пол.

Стайлза Стилински не ранили, а укусили. Это было несколько суток назад.

***

Я убегаю из этого чертова дома как можно дальше. Ноги подкашиваются, легкие тяжелеют, и холодный воздух становится не только жизненным, но и отравляющим средством. Я глотаю его маленькими дозами, и он как жидкость, наполненная иглами разных размеров, вливается ко мне в лёгкие. Я никогда ещё не бегал на такие длинные дистанции, но сейчас не об этом, сейчас, где-то сзади, на меня бежит разгорячённый, голодный Омега, который жаждет,  а за ним мчится Дерек, который в свою очередь пытается прикончить его. Черт возьми, почему я?

Я убегаю дальше, в лес, перебираясь через множество глубоких и холодных сугробов, резко сворачиваю в другую сторону и бегу к полю, которое будет где-то через двести метров. Мы ходили туда раньше играть в бейсбол, я точно помню.

Дыхание уже ни к черту, перед глазами все плывёт и темнеет хлеще, чем по ночами в этом грёбаном лесу, но если хочешь жить - не останавливайся. Адреналин бьет в крови отдавая в голову и бежит к ногам, описывая круги по ему окоченевшему телу. Штаны уже давно примерзли к ногам, как и рубашка. Я спотыкаюсь и падаю. Черт, нет. Рубашка цепляется за какой-то сук, и я просто напросто рву её, чтобы бежать дальше.

До слуха доносится рычание то ли Дерека, то ли Омеги. 

И вот поле.

Я, шатаясь, оборачиваюсь, ничего не видно, перед глазами размазанная белоснежная картина, попытки что-то разглядеть равны практически нулю. Пытаюсь услышать, кто стоит за спиной, но слух, как и зрение, предательски ускользает от меня.

Сбрасываю наконец скорость и дрожащими руками трогаю лоб. 

Шаг.Второй.Третий.

Я невольно чувствую, как подо мной что-то трещит. Неужели это озеро? Я не мог ошибиться, я бежал на поле... Ещё секунда, и я проваливаюсь в темноту. Меня накрывает ледяным слоем воды, лёгкие начинает колоть еще больше.

— Стайлз!  —  Хейл рявкнул моё имя так, как будто это был мой спасательный круг. Ещё одна волна и всё. Я проваливаюсь в забытье, думая, что это последнее, что я когда либо слышал.

***

Вот же чёрт, он же его сейчас на куски порвет. Я пытаюсь, пытаюсь его отозвать, но запах парня настолько манит Омегу, что тот теряет контроль и как бешеный пёс мчится за ним. Я то нагоняю его, то отстаю. Периодически мы цепляемся в драке, что дает школьнику дальше отбежать, но его скорость ничто, по сравнению с оборотнем. Холодный ветер придаёт чувство бодрости, но не надежды, поэтому я набираю ещё большую скорость.

Стилински спотыкается и падает. Омега начинает тормозить, думая, что парень больше не встанет, и можно спокойно подобраться. Забыл про меня, да? Я набрасываюсь сверху и яростно раздираю его грудную клетку, вытаскивая всю мерзость, которая только была в нём. Стилински встает, что мне даёт надежду на его спасение.

—  Теперь ты никуда не уйдешь, —рычу рыжему на ухо и сворачиваю шею. Оборотень глухо падает на белоснежную пелену и скулит, закрывая глаза. 

Я оставляю его умирать и бегу за Стайзлом,который все ещё пытается спастись.

—Стилински! — Фамилия отдаётся эхом, но парень этого не замечает и бежит прямо на озеро. 

Нет, что ты творишь, остановись, глупец. Я резко торможу и ещё раз выкрикиваю его имя. Благо. Он сбрасывает скорость и оборачивается. Школьник хватается за лоб и проваливается под толщу льда.

—  Нет, —  еле выдавил я из себя и не раздумывая, рванул к нему. 

Идиот. Куда ты бежал.

Я быстро подбегаю к прорубью и опускаю одну руку в стужу, чтобы отыскать парня. Да, я хватаюсь за рубашку и рывком вытаскиваю Стайлза. Лёд предательски трещит, но я успеваю отбежать к берегу.  

К себе прижимаю окаменевшее тело и опускаюсь на колени. Руки дрожат, душа сжимается в ком при одной только мысли, что я опоздал.

  — Пожалуйста... 

Я крепко закрываю глаза и прислушиваюсь к его сердцебиению.

Первый удар.

Второй.

Третий.

Оно стучит. Пока что. Но так медленно, что еще немного и парень умрёт. У меня не остаётся выхода, кроме как обратить. Я оголяю клыки и впиваюсь в бок, прокусывая белоснежную кожу насквозь. Только живи. Я сделаю тебя кем угодно, но только живи. 

Холодная кровь хлынула на снег, оставляя алые капли. Прижимаю его ближе к горячему телу и пускаю яд. Отец не переживёт твоей гибели, ты же знаешь.