28!
Юноша ворочается в постели, так прерывисто дыша, его разум затмил мрак кошмара, сон не дает ему спокойно дышать. Пальцы крепко держат мягкий плед, словно используя его, как спасательное бревно. Холод, жар, так плохо, так жутко и страшно.
Он идет по красному ковру, вокруг него белые лилии, стулья, море стульев и огромные витражи с Девой Марией и Святыми Великомучениками. Мальчик оглядывает зал, ища в нем кого-то, проходя мимо стойки с текстами, обходит золотые подносы со свечами, поставленные за упокой. На нем черная одежда, его бутоньерка была испачкана в красных брызгах, отчетливо напоминающие кровавые отметены. Тот оступается, увидев, как в церковь входит священник, что держал в руках бордовую книгу с молитвами. Он походит к нему, но.
Нет реакции.
Его не видят.
Паркер отступает на шаг, пытаясь докричаться до мужчины в черном одеянии, но тщетно. В здание входят некоторые люди, какие-то мужчины в форме охраны, а за ними и его любимый, что-то объясняя Лафейсону. Зеленоглазый столбенеет, при виде Паркера, при этом не отвечает на вопрос Тони. Брюнет подходит к младшему, пытаясь найти объяснения для самого себя. Одинсон входит через деревянные двери, позже, чуть не падая на охранника у входа, не замечая перед собой ничего из-за нагнанной печали. Руки мужчину мягко проходят по волосам мальчика, накручивая на палец одну из прядей.
— Что произошло? – Локи отпускает каштановые волосы, отходя от парня. Его руки достают из поясных ножен клинок, что ярко сверкал в огоньках свечей. Старший резко замахивается на Паркера, от чего тот закрывается руками, слыша свист, означающий, что длинноволосый с силой провел ножом по воздуху. Кареглазый смотрит на свое тело, не замечая на нем ни царапины. Возня с улицы, двери распахиваются, свет солнца проскальзывает в помещение, освещая хмурые лица собравшихся. Юноша воротит головой, подбегая к каждому, спрашивая о нем. Те молчат. Его взору дана картина, черная машина, люди рядом с ней.
Лилии держит в руках его мужчина, что сел в, самый дальний и укромный уголок этого места. До него вмиг доходит вся истина, и он падает на колени перед своим другом, оглядывая красные, ковровые дорожки. Дрожь, какое-то смятение и боль. Такая жгучая, испепеляющая все внутри дотла. Дыхание прерывистое, все так плывет перед глазами. Шум громче, заиграла тихая похоронная музыка.
— Это какое-то недоразумение, Мистер Старк, – Шепотом проговаривает он, видя перед своими глазами, как проносят черный гроб, усыпанный пионами, позже ставя его на отведенное место.
В голове сильно пульсирует, эту боль невозможно терпеть, он срывается на крик, хватаясь за волосы, не желая верить, это сон, это сон, это сон.
— Это сон! – Питер подскакивает на кровати, жадно глотая воздух ртом, вытирая пот со лба. Сонные глаза медленно осматривают комнату. Никого. Дождь бьет по окну небесной водой, разрушая этим тишину их сада. Тело слегка подрагивает после пробуждения, а темнота так плотно обвивает его руки, которыми он пытается найти цепочку ночника. Щелчок. Свет озаряет комнату, вынуждая вмиг зажмуриться от яркого блеска. Он опускает ножки на пол, укладывая волосы назад, позже, уже смирившись с тем, что кудри ему неподвластны.
Смешанные чувства, сильный упадок сил после длительного сна и легкая головная боль. Это еще не весь список его состояния именно сейчас. Кошмар сильно перепугал парня, а пустота в постели только пугала юнца. Тони не говорил о том, что уедет, пока тот спит, даже намека на то не было. И, Питер все же встает на ноги, стараясь не вспоминать минувший сон. Он проходит через коридор, спускаясь по лестнице вниз, надеясь, что Тони просто спит на кресле в холле, но, увы, его там не оказалось. Как и в кладовой, кухне и в уборной. Погода не из приятных. Тучи поливали землю холодной водой, а ветер разносил капли по разным сторонам, попадая, то в выключенный фонтан, то в деревянную беседку, заливая пол. Юноша берет дождевик из гардеробной Старка, накидывая черный капюшон, он выходит на улицу, моментально закрывая за собой дверь.
Ветра то и дело гонят его в дом, завывая, пугая того грохотом от крон деревьев и сильными порывами. Ему нужно дойти до караульных у въезда в подземную парковку дома, от которой шла каменная дорожка к самим воротам и белому, высокому забору. Его заприметил один из охранников, с которым он был знаком. Мужчина надевает плащ, выходя из кабины с техникой, что показывала виды с камер наблюдения. Младший подходит к решетчатым воротам, маша рукой в знак того, чтобы тот подошел к нему. То и случается.
— Доброй ночи, Мистер Пар-
— Не стоит, – Перебивает его шатен, поправляя капюшон. Руки покраснели от сильного ветра и воды, которая остужала его кожу, делая пальцы менее подвижными. — Ник, вы не знаете, Мистер Старк уехал сколько часов назад? И, куда, если интересовались, – Кареглазый видит кивок блондина и берется за ворота руками, становясь ближе, дабы слышать его голос.
— Два часа назад, Питер, и, у него были дела в своем офисе, сказали подъехать и подписать несколько бумаг. Вам бы стоило пойти домой, погода не радует, – Паркер кивает, отпуская железные прутья.
— Благодарю, извините, что побеспокоил, – Мужчина гладит его по руке, все же, еще раз уверительно прося вернуться в дом, что тот и делает. Они разошлись, и, когда мальчик возвращался к дому, его привлек тонкий писк со дна пустого, свободного от воды бассейна. Питер удерживается на ветру, все же переставая затягивать веревочки от капюшона под головой. Он слетает, давая дождю намочить его волосы с пущей силой, позже попадая холодными каплями под дождевик, холодя тело под одеждой. Парень спускается по лестнице вниз, бродя по кафелю, что был мокрый и скользкий, оттого тот чуть не упал на ягодицы. В самом уголке стеки, замерзший, дрожащий от холода, лежал маленький котенок. Ушки у него были тронуты белыми пятнами на кончиках, а вся основная шерстка была черной, с редкими, серыми шерстинками. Мальчик становится с ним рядом, закрывая от ветра и непогоды своим телом. Он понимает, что Старк, скорее всего не будет рад такому подарку к его приезду, но, и бросить тот это животное не мог. Беря на руки, все стало ясно. Девочка. Ее мокрые лапки упирались в его грудь, а мяуканье стало частым звуком в их саду. Придется отнести в дом и попытаться помыть.
Заходя в прихожую и закрывая дверь, Паркер лишь на минуту отлучился от котенка, и напрасно. Маленький комочек уже успех отряхнуться и пойти по направлению к кухне, где он его и ловит.
— Эй, ну куда ты, – Тихо говорит он, снимая обувь. Все промокло, как и сам мальчик. Нужно погреться у камина и зажечь пару пален, но, пока он не накормит малышку, для себя ничего делать и не станет. Его пальцы уже держат блюдце с кусочками пареной курочки, попутно наливая в небольшую лоханку молоко. Котенок лакает жидкость, дальше приступая к попыткам съесть кусочки птицы. Тихое чавканье так умиляет мальчика, что тот скрывает за ладонями свою широкую улыбку, про себя невероятно радуясь тому, что эта прелесть не отказывается от еды и восстанавливает силы.
— Нала, – Ее имя. Он выбрал, называя ее так, на что та поднимала глазки-бусинки, облизывая мордочку.
В ванной комнате тот наполняет голубоватый таз теплой водой, позже беря маленького на ручки, сразу опуская по лапки в жидкость. Ручками тот смывает с шерсти комочки земли, при этом поглаживая спинку. Нежность, и ничего кроме нее. Нала очень тихо мяукает, уже норовя выпрыгнуть из таза на коврик. А за оконцем все лил дождь.
Через несколько минут они выходят из ванны, уже греясь от тепла камина. Парень зажег древесину, закрывая все чугунной дверцей. Потрескивающие бревнышки и жар от камина так нравились юнцу. Пушистый комочек изредка потягивался, посматривая на хозяина. Такая кроха, которую он не хотел выпускать на улицу и завтра. Входная дверь тихо захлопнулась, и в прихожей появился старший, снимая с себя уличное, легкое пальто и черные, шнурованные туфли. Пальцы проходятся по мокрым кедам и его черному дождевику, что, видимо, надевал юноша.
Брюнет входит в холл, замечая мальчика у камина.
— Тони, – Питер срывается с места, вмиг оказываясь рядом с мужчиной. Руки шатена покоятся на груди Старка, а глаза точно смотрят в его же, выискивая что-то. — Ты ушел, и, я сильно волновался, и, еще кошмары снятся постоянно, именно, когда тебя нет дома, – Тараторит он, кладя руки ему на голову, пропуская через пальцы его волосы, что так сильно ему нравились. Руки Тони опускаются на бедра шатена, нежно их сжимая в своих ладонях, очень плавно переходя на ягодицы, от чего тот вздрагивает, прижимаясь всем корпусом к груди близкого, начиная сбивчиво дышать. Пальцы снова появились на лице младшего, убирая слегка влажные пряди с глаз.
— Теперь я рядом, Пит, – Он кивает, обнимая своего любимого, позже, чуть отстранившись, его губы накрывают чужие, мягко целуя. Что-то сладкое. Этот вкус схож с карамельным кофе, которое так было любимо темноволосым. Кареглазый ощущает приятный, такой влажный язык в своем рту, что обводит белые зубы, то по верхнему, то нижнему ряду, под конец все же сталкиваясь с язычком младшего. Его тихий стон дурманит разум старшего, и тот просто поддается своим желаниям, подталкивая мальчика к серому дивану. Хрупкое, бледное тело под ним плавно двигается, начиная слегка подрагивать от посторонних движений. Руки Старка стаскивают с него серую кофту, откидывая на пол, за секунды добираясь до злосчастных пуговиц на старых ниточках. Тони выдыхает, замечая небольшой бугорок в районе паха юноши. В момент он рвет на нем рубашку, слыша, как пуговки рассыпаются по полу и закатываются под тумбу. Голова идет кругом, и младший уже хотел возразить что-то в духе «В чем я в школу пойду теперь?» но.
— Купим новую, – Говорит он, откидывая порванную одежду на ручку кресла. Мальчик ерзает, начиная так томно дышать, когда скинни оказываются стянуты вместе с бельем. Сердце бьется сильнее обычного, точно уже переваливая за сто ударов. Юноша всматривается в его глаза, проводя рукой по скуле, далее касаясь твердого пресса под серой футболкой, что, через миг уже покоится рядом с одеждой Питера. Как-то странно, слишком близко, так желанно. Он ему сейчас так нужен, настолько близко, чтобы тот слышал ритм сердца, ему любимый голос.
— Я схожу с ума лишь от твоего взгляда, – Шепот, что заводит Паркера, не давая выпутаться из невидимых сетей своего мучителя. Так трудно мыслить здраво, когда вас прижимают к жесткому дивану, нагим, не давая уже начать самое главное. — Ты самое дорогое, что есть у меня, – Тот говорит это быстро, моментально захватывая обе руки за запястья, заводя над головой шатена.
— Опять трогать нельзя? – Хнычет парень, закрывая коленями свои прелести.
— Нет, нельзя, – Он закатывает глаза, чуть краснея. Взор направлен на потолок, на стены, но, точно не на Тони. Слышно, как мужчина достает что-то из кармана своих джинс, распечатывая одной рукой пленочный пакетик. Они всегда спят без предохранений, старший не считает нужным делать лишние движения, но, это оказывается лубрикант. Малец слегка непонимающе посматривая на брюнета. Пытаясь найти объяснение своим вопросам.
— Ты знал, что я за-, захочу именно сегодня, да? – Старк кивает, начиная слегка придвигаясь к младшему, уже порхая кончиками пальцев у колечка мышц. Это вынуждает того отвернуться в сторону, неосознанно открывая вид на, еще не потухшие отметены мужчины.
— Ты хочешь меня постоянно, так что, я всегда должен иметь возможность переспать с тобой, – Серьезно отвечает он, уже норовя проникнуть двумя пальцами в узкий проход.
— Что? Извращенец, я не-, а-ах, ч-черт, – Фаланги грубо входят в него, сразу начиная поглаживать бордовые стеночки. Стон, он громче прежних. Сломленный, но громкий. Парень ерзает под тем, часто сжимая мышцы вокруг инородного предмета в проходе. Все сводит, все тело пробивает мелкой дрожью, а глаза плотно закрыты. На шее чувствуются губы, резкие движения, которые создавали новые метки, перекрывая старые, уже почти сошедшие с кожи. Дышать становится тяжелее, когда он так близко, когда его ограничивают в действиях, выглядя при этом непоколебимо.
Пальцы гладят бархатное нутро, через некоторое время все же надавливая на чувствительное место, наслаждаясь оглушительным вскриком, и тихими матами, за которые, тот обычно сильно ругает младшего, но, не сегодня. Он разводит фаланги ножницами, подготавливая вход к большему, попутно лаская всю шею парня языком, вновь переходя на губы, так сладко углубляя, еще только начавшийся поцелуй.
Pov. Питер.
Он слишком близко, я не в силах что-то ему говорить, даже думать о ином не могу. Меня никогда так не трясло от всех этих действий, как сейчас, и именно это я не могу понять в себе. Слишком хорошо, слишком нравится получать его, зная, что он мой, как бы это ужасно не звучало. После всех этих женщин ему взбрело в голову иметь, почти каждую ночь, парня с ужасной судьбой. Конечно, его мало волнует прошлое, главное, что я не против, и никогда не откажусь от его прикосновений ко мне.
Я чувствую неприятную пустоту, невольно сжимаясь, словно ища замены минувших чувств. Он гладит мой животик, дотрагиваясь до, истекающего смазкой, органа, начиная размазывать по покрасневшей головки жидкость, нахально пялясь на мои эмоции. Как же неловко.
— П-Прошу, не смотри, – Я сжимаюсь сильнее, почувствовав его член у моего ануса. Мое терпение на исходе, катастрофически не хватает воздуха, что вынуждало меня отрываться от его губ. Чертовски хочется, все так пульсирует и просит его во мне, это так непристойно. А он все смотрит, неотрывно изучая каждый сантиметр моего тела.
Резкая вспышка, он не предупредил. Мне хочется вырвать руки из его хватки, но не выходит. Член проталкивает на половину, вновь выходя до головки, сразу же входя вновь, вынуждая несмолкаемо что-то лепетать, просить быть медленнее. Господи, насколько сильно он меня хочет. Именно эта мысль заставляет мой ствол дернуть в его руке, на что тот лишь тихо ухмыляется, продолжая входить в разработанный проход, попутно двигая пальцами по моей плоти.
— Расслабься, – Его голос ударяется о стенки холла, сильно отдаваясь в ушах. Движения кажутся слишком грубыми, скорее быстрые движения внутри. Я насаживаюсь на орган, дергая руками сильнее, пытаясь уже схватиться за его плечи. Внизу так сильно тянет, приятно скручиваясь в узел.
— М-Мистер, М-Мистер Ста-а-рк, – Мне хочется больше, больше всего, что я когда-либо просил у него. Это дороже нескольких вилл и пары яхт. Именно это, именно сейчас. Я простанываю слова, задирая голову выше, встречаясь с ним взглядом. — Я хочу сверху.
Pov. Автор.
Мужчина резко сжимает его ствол, вытягивая стон за стоном, понимая, что эта просьба будет редкостью во всех их совместных ночах. И он, не выходя из парня, перехватывает его руки, притягивая юношу к себе за запястья, меняя их положение. Брюнет видит, как младший замирает на органе, чувствуя, как член полностью погрузился в него, приятно распирая бархатные стенки. Двигаться страшно, а глаза закатываются от чувства заполненности, от этого чувства, которое так нравилось шатену. Его орган истекает полупрозрачной жидкостью, пачкая ею свой живот и руки темноволосого. Он качнул бедрами малость поднимая себя над членом, вновь опускаясь, сильно прикусив алую губу, вскоре ощущая металлический вкус во рту. Не переставая медленно двигаться, его зубы терзают мягкую кожицу, невыносима проглатывая новые капли крови. Тони замечает это поздно, в момент, притягивая его на свой пресс, впиваясь в его губы, дабы попробовать столь желанную кровь. Движения становится снова жесткими, не щадящие спазмы уже все больше проявляются внизу, напоминая, что конец уже близок. Мужчина просто вколачивается в юношеское тело, не заботясь о его состоянии, и о голосе, который, тот уже успел немного сорвать. От громких криков и стонов они пришли к хриплым мольбам о большем, о том, как тот хочет заниматься этим чаще обычного. Где угодно, где он ему позволит.
А он позволит.
В последние секунды парень уже не в себе, что-то шепчет, утыкаясь носиком в плечо старшего, уже давая ему полный контроль над собой. На талии появились, еле заметные, пятнышки от сильной хватки брюнета. Он хочет кончить, его тело не выдержит подобных мучений, если он не притронется к себе сейчас же.
Тот кивает, и рука младшего ложится на свой орган, начиная резко водить по члену, пока вторая рука крепко держалась за волосы брюнета, чуть сильно оттягивая их назад. Внутри орган попадает по простате, за секунды вызывая у мальчика сильную дрожь, с криком, тот изливается семенем себе в руку, пачкая при этом живот мужчины. Еще совсем немного, и Старк дает волю своему голосу, довольно громко простонав имя возлюбленного, что вовсе на него было не похоже. Теплая сперма разливается в проходе, вынуждая кареглазого просто упасть тому на грудь, и не двигаться, пока это состояние не пройдет. Его глаза вновь закрыты, а дыхание еще не пришло в норму, что и подавно, после всего этого.
Юноша слегка двигается, шипя от жжения, но, все же отодвигаясь от органа, уже чувствуя, как семя вытекает из дырочки. Сил встать почти нет, а Тони все неотрывно смотрит на него, любуясь состоянием младшего. Он же это сделал, его работа.
Позади них послышалось мяуканье.
Старк вздрагивает, заглядывая за спину парня, увидев там маленького котенка, что пытается запрыгнуть на диван.
— Мистер Паркер, откуда он здесь? – Улыбается мужчина нежно гладя юношу по спине.
— Я, я не, просто вы-
— Тише, я понял, пускай пока поживет здесь, – Питер выдыхает, чувствуя, как в горле появилась неприятная боль. Теперь говорить нормально он сможет только завтра, а то и через пару дней. Они лежат так еще некоторое время, пока Старк не понимает, что его мальчик хочет вновь лечь в постель.
---
Питер просыпается, когда Тони уже ложится рядом, целуя в лоб юнца.
— Я не в силах понять, что на меня нашло, Тони, мне так жаль.
— Ты еще за это извиняться хочешь? Ты невероятен, сладкий, – Эти слова так нравятся Паркеру, что тот улыбается в подушку, укрываясь одеялом.
— В-Вы позволите Нале остаться? – Старк обнимает мальчика, прижимая ближе.
— Ты так котенка назвал?
— Да.
— Пускай живет с нами, я не против, солнце, – Шатен целует его в шею, все же ощущая ещё оставшуюся боль в пятой точке. Его тревожила одна вещь – как завтра таким появиться в школе.
А пока, им просто стоит забыться, и уснуть, не думая о завтрашнем дне.
А зря.