3
- Ты опоздала, Т/и - не отвлекаясь от своего ноутбука говорит Чон, который за эти пару дней телом пришел более менее в себя.
Но вот с памятью провалы: зато прекрасно знает, как надо вести себя со своим секретарем и остальным персоналом, которых по минутам судит.
- Мне всё простительно, дорогой, Чонгук - начинает разбирать пакеты с продуктами и одеждой, которую забирала для стирки - убирай ноутбук и стягивай футболку, будем тебя обтирать.
- Только вчера перед уходом обтирала же. Я не так сильно потею- из принципа ворчит он, но вещь снимает аккуратно.
- Вчера мы обтирались лишь слегка и до этого тоже. Сегодня будет мытье всего тела. Шорты сам снимешь или мне помочь?
Закрывая дверь на ключ, спрашивает, а потом и вовсе подворачивает рукава кофты, игнорирую удивленный возглас Чона
- От тебя несет, как от помойного кота за нашим домом. Ты возможно не чувствуешь из-за запаха медикаментов, а я вот чувствую.
Стягивает она одеяло, снимая пододеяльник, чтобы
Поменять потом на чистый.
- Я сам всё сделаю, не руки же в бинтах у меня.
- Вообще-то одна да. Что-то не так в обтирании? - идёт она в ванную комнату, чтобы собрать воды в принесенный ею тазик.
- Как ты можешь такое спрашивать и такое делать с мужчиной? Это вообще то не прилично.
И держится за трусы, будто бы это самое ценное.
Поглядывает Т/и уставшим лицом: она до прихода к нему с 5 утра была в офисе с Джином, до этого смогла поспать лишь 3 часа.
И сейчас слушать о чем-то не приличном не в ее силах.
Пытаясь думать о любви к нему, собираете все нужное и возвращается к нему
- Чонгук, мы спим в одной кровати и не только спим в ней? Думаешь я там ничего не видела?
- Дело вообще не в тебе. Почему ты каждый раз свои поступки этим оправдываешь? Неловкость от этой информации у меня не пропадает. Я ведь ничего не помню! Как на ноги встану, не подойдешь к моему телу. Думаешь только о себе!
- А о ком мне ещё думать, Чонгук? - задает странный по мнению мужчины вопрос- Я думаю о том, что беспокойства во мне за тебя слишком много, чтобы ты делал не будь меня с тобою рядом, случись бы такое? Думаю о том, что ты можешь меня никогда не вспомнит и наша любовь будет только моей. Не справедливо, Чон Чонгук, что ты влюбил в меня себя так сильно и слился. Понимаешь?
Мужчина может и понимает, но не в такой степени и не в таком значении, в котором хотелось бы ей.
Поэтому и смотрит с опущенными уголкам губ, закусив нижнюю; глазами, бегающими по ее лицу, и бровями, приподнятыми у переносицы.
- И сейчас, когда я хочу помогать тебе, ты мне не даешь, ссылаясь на какую-то, нахрен нам с тобою не сдавшуюся неловкость?
- Прости - единственное, что сейчас он может ответить в данный момент, приподнимаясь, оперевшись на не пострадавшую руку, чтобы было легче его раздеть.
********
Тишина сильно угнетает, особенно, когда есть о чем поговорить и хочется это сделать, просто один не в силах про всё рассказывать, а второй не в состоянии слушать.
Чонгук столько статей прочел за эти дни, столько просмотрел отчетов о состоянии его работы, что кажется он утерял не 3 года жизни, а все 10.
Он дошел до такого, что раньше считал не досягаемым так быстро.
Легко точно не было, видно по фотографиям, на которых стоит он, в своем черном костюме, уставший, но держащий лицо и почти всегда рядом на кадрах его Т/и, которая смотрит глазами переполненной гордости за него.
Хотя скорее всего в них переполнилась любовь, но к этим мыслям он пришел, лишь когда напомнил себе, что они влюблены друг в друга.
Его семья к нему не приходит. Заглянувший отец ушел как убедился, что он в сознании. Как позже стало ему известно, он приходил из-за СМИ, которые напомнили о том, что семья так и не посетила Чон Чонгука: один старший брат, был взволнован состоянием младшего.
- Ну что, Чонгук , готовы к выписке? - заходит с улыбкой доктор, который держит в руках документы
- Выписка? - подходит к нему Т/и - Вы же сказали, лежать ещё 3 дня - и забирает документы, просматривая все показатели
- Ваш отец настоял на том, чтобы если состояние позволяет его сыну обходиться без врачей, то лучше быть ему дома.
- Даже сейчас его волнуют цены на акции- подписывая бумаги, вываливает Т/и, которая этого мужчина с первых дней не выносит.
- Я Сокджину уже сообщил, так что собирайте вещи, а он приедет и заберет вас.
********
- А что сказал, матери? - закатывая коляску с Чоном в ее дом, вместо дома мужчина, интересуется Т/и, ведь странно привозит его не к нему домой
Ким ставит сумки у дивана и садится на подлокотник
- Сказал, что Чонгук не доверяет теперь никому, кроме тебя и заплатил тебе за работой нянькой. Она сказала, что ты и так, когда он был на своих двоих протирала его сопли, а теперь за это ещё и деньги получишь, но - смотрит Джин на брата - Она может в любой момент прийти, поэтому видите себя днем прилично.
- Пф, не волнуйся, твой брат подался в невинность. Я его целовать даже не имею права- с обидой в голосе, сообщает она, а Чон откатывает свою коляску дальше, рассматривая всё и надеясь вспомнить что-нибудь.
Его взгляд цепляется за рамку с их фотографией, лежащей на книжном столике: они на каком-то пляже, одетые простенько, улыбающиеся, смотря друг другу в глаза, его рука лежит на талии Т/и, пока ее улеглись на его грудь, на фоне яркий закат.
Отчего-то его губы растягиваются в улыбке.
У смотрящей на него со стороны Т/и, поджимаются губы.
Надеется, что всё тут, поможет вернуть ее Чона.
Проводив Кима домой, Т/и принимается подготавливать для мужчины поудобнее диван, на котором он раньше очень любил делать всё, пока тот тем временем прокатывался по всем комнатам и изучал, искал другие фотографии, которые собирал на своих коленях.
Нашел на кухне свои любимые чипсы и добавив их к фотографиям на коленках, вернулся к девушке, которая как раз таки закончила.
- Положим пока это на столик - и забирает все с его ног, после подкатывая коляску ближе к краю - Джина нет, так что сил на руку прикладывать придется больше.
- Я ведь не такой слабый, Т/и - держась за неё, пересаживается на мягкую поверхность.
- Ты самый сильный, знаю - поправляет подушки под ногами и убирает коляску - сейчас переоденем тебя. Не слишком холодно тут?
- Нет, просто шорты и Майки достаточно - забирая свои находки со стола, отвечает, не забывая любезно улыбнутся ей: она кивнув идёт в их спальню и слишком долго не возвращается, по мнению Чонгука.
А потом понимает, смотря на альбомы в руках.
- Есть ещё видео форматы, сначала просмотри эти. Все собраны тобою лично. Но давай переоденемся?
Мужчина соглашается, избавляясь от свитера, в котором сильно вспотел.
********
- Это последний наш отпуск с тобой, прошедшим летом, после длительной командировке в Риме, остались на дополнительную неделю. Ночью гуляли, а днем отсыпались в отеле. Режим наш сбили сильно, что пришлось восстанавливать месяц.
Смотрит на последнюю фотографию и улыбается, вспоминая насколько было хорошо, пропасть от всего мира с любимым человеком.
- А что у меня на груди? - приглядывается на не скрытый пуговицами от рубашки участок кожи, замечая синяк,а Т/и посмеивается - куда я так ударился?
- Это не синяк. Ты же лишь несколько лет забыл,а не все года, что это по твоему помимо синяка?
- Это ты так меня? - смотрит с удивлением, то на красноту с четыре сантиметра, то на неё
- А кто же ещё? И не смотри на меня так, будто я какой- то монстр, тут я еле ходила - постукивает по фотографии.
Чонгук просил быть посдержаннее в таких вещах, ведь ему неловко ( неловкость с которой смешно не толко Т/и, но и Джину), но она не будет.
- Жаль, я не помню ничего- закусывая нижнюю губу, отвечает, а Т/и так и хочется поцеловать его, но она этого не делает.
Обещала подождать, пока он сам не захочет.
- Мы затянули с альбомами, надо делать перевязку, потом ещё ужин. Хочешь что-нибудь особенного?
- Мне без разницы, что легче, то и готовь. Ты и так за сегодня устала.
- Неужели мой ворчливый Чонгук начал волноваться за меня? - смеясь, идёт за коробкой, в которую положила всё для перевязки его ног.
- Я не ворчливый- листает он обратно к фотографии, которая его заинтересовала больше всех. Она сделана им, пока девушка спала, уткнувшись ему в шею.
Не ворчлив? Ещё как! Можно понять по тому, как делалась перевязка с его ставкой на каждом этапе, даже когда у Т/и слезы пошли, увидев состояние некоторых участков кожи, Чонгук ворчал, напоминая, что когда дышат на его ноги, ему не приятно, но это было, чтобы она не разводила влажность за зря, ему ведь совсем не больно.
Ну если чуть чуть только.
Но зато под конец «Спасибо» сказать не забыл.