Глава 1. Похороны.
Сегодня состоятся похороны. Дядя Екатерины, Павел, утонул. Бедолагу нашли поутру в реке. Мужчину хоронили на сельском кладбище, поэтому девушке нужно было ехать к отцу в село.
Екатерине двадцать один год. Её мать развелась с отцом, когда девочка была ещё маленькой. Они жили в городе, а отец, не имея при себе почти ничего, так как мать отсудила у него большую часть имущества, уехал в село, в котором когда-то очень давно рос, учился и жил. Там у него остался дом от деда.
Отец Катерины был верующим, а оттого спокойным и вежливым мужчиной. Что нельзя было сказать о Павле. Мужчина только делал вид, что верит и служит богу. Сам же он имел при себе греховные склонности. Делал он это ради собственной выгоды - нужно было расположить себя поближе к брату, который сможет дать ему крышу над головой.
Что до жизни Павла - пьяница и ужасный должник. Ему никто не даёт взаймы потому, что он попросту исчезает, как будто бы его никогда и не существовало. Отец однажды помог ему, скинул большую сумму денег, после чего Павел испарился. Деньги он так и не вернул, но отец его простил, а вот мать нет. Кажется, именно после такого ужасного поступка собственного дяди Екатерина осталась без полноценной семьи.
Девушка думала о том, что он мог утопится сам, быть самоубийцей. Но также был вариант того, что он просто напился, а в реку угодил по случайности.
В село она решила отправится со своим другом. Юношей двадцати двух лет. На вид высокий, бледный и тощий. Черные волосы средней длины, уложенная причёска, и готический стиль делали его неформалом воплоти. Но его внутренний мир был глубок, а сам он разносторонен. На Катину просьбу в четыре часа утра поехать, он сразу же согласился. Кажется он взял фотоаппарат.
Дорога туда занимала более пяти часов.
В машине было тихо, ехали они на стареньком японце.
-- Ты сегодня на редкость молчалива. -- первым прервав тишину, парень обратился к девушке. -- Неужели смерть дяди так на тебя повлияла? -- он бросил на неё мимолётный взгляд, а после возвратил его на дорогу.
Екатерина уставилась в окно, подперев рукой щеку.
-- Я не понимаю как это могло произойти. -- наконец ответила она. -- Я много раз думала, как он может умереть, но чтобы так просто... Я даже разочарована.
Юноша усмехнулся.
-- Знаешь, мне кажется, что в этом что-то есть.
-- Поподробнее. -- теперь Катя испытующе смотрела на собеседника.
Парень задумался.
-- Деревня в глуши, где почти нет никакой связи, ближайший город в четырёхстах километрах, а вокруг степь да-а го-оры-ы -- последние слова он пропел, будто то были строчки из песни, известная только ему. -- а ещё они верующие.
-- Раньше там была сеть таких же сёл и деревень, вымерло только всё. -- голос девушки показался грустным.
Это не удивительно. Хоть родители и были в разводе, но в село к бабушке и дедушке она ехала охотней всех. Там она проводила летние каникулы и там она чаще всего виделась со своим отцом.
-- Какое дашь мне имя? -- спросил неожиданно парень.
-- Имя? -- девушка не смогла сдержать улыбки.
-- В прошлый раз я был Наум, а сейчас?
-- Апостол.
-- Посланный богом? -- Юноша удивлённо вскинул брови.
-- Посланный богом. Если они верующие пусть идут за тобой. Так будет проще.
Апостол не смог сдержать смех.
-- Пусть так, Екатерина - чистая и непорочная.
Девушка недовольно ткнула его пальцем в бок. Парень снова рассмеялся.
Остаток пути они ехали, разговаривая о чем-то незначительном. И вот они у дома Евгения - отца Екатерины. Выйди из машины их обдуло осенним октябрьским ветром - таким незначительным, но все равно чувствительным. Погода была пасмурная, слово вот-вот пойдёт дождь.
Мужчина встречал их с грустной улыбкой, держа руки за спиной. Ему было только сорок три, но волосы полностью покрыты сединой, а на лице отчётливые следы морщин. Ростом метр восемьдесят, среднего телосложения. Одет в простенькую одежду.
-- Привет, пап. -- проговорила Екатерина и обняла его.
-- Здраствуй, дочь. -- мужчина приобнял её в ответ.
Они разомкнули объятия и взгляд Евгения упал на юношу.
Тот протянул руку.
-- Апостол.
-- Евгений.
Мужчины обменялись рукопожатиями.
-- Пап, это мой друг, он привёз меня сюда. И увезёт тоже он, поэтому... можно Ап поживёт с нами?
Взгляд Евгения как всегда выражал спокойствие и умиротворение.
-- Конечно, мы разделим еду и кров вместе с твоим спутником. Мой дом - ваш дом. Располагайтесь. -- его басистый негромкий голос был наполнен добродушием.
"Верно мать говорила, что всю оставшуюся жизнь он проведёт отшельником в глухой степи" -- подумала про себя Екатерина, а вслух же сказала:
-- Мы разместимся, переоденемся и будем готовы.
-- Вам некуда спешить. У вас есть более двух часов, погребение будет в обед, в 12:30. -- дальше он обратился к Катерине. -- Можешь попрощаться с ним, он в гостиной.
Катя лишь кивнула.
Конечно, ей не особо хотелось видеть своего дядю в таком виде, но проявляя заботу к отцу она согласилась навестить его в последний раз.
Она направилась в дом, пока Апостол перетаскивал сумки с вещами, а Евгений ему помогал.. Зайдя в просторное помещение она увидела гроб, в котором лежал, одетый в чёрный костюм, Павел. Екатерина сглотнула и подошла поближе. Навсегда умиротворённое лицо мужчины было обращено к потолку. Девушка начала разглядывать его чуть детальнее. Седых волос у дяди было меньше, чем у отца, но все же имелись. Большой нос, густые брови. Он был похож на деда. Катерина грустно ухмыльнулась. Чья бы не была смерть - это была смерть.
-- Твоя история кончается скучно, учитывая сколько в ней было извращений. -- эту фразу она произнесла шёпотом. Без грусти, лишь сожаление, что Павел не смог пойти на путь истинный. Да что там, сама Екатерина была богохульницей, не ей было кого-то судить.
-- Гореть ему в девяти кругах ада.
Екатерина вздрогнула и резко обернулась. Апостол стоял в дверном проёме, руки его были сложены на груди.
-- Не смей так подкрадываться!
-- Тише. -- он приложил палец к губам. -- не буди покойника. -- слегка улыбнулся.
Отняв руку от губ, он заговорил чуть громче.
-- Дядя Женя сказал, что у Павла были какие-то записки и письма. -- взглядом он зацепился за сколоченный ящик гроба. -- Может в его смерти всё же присутствует мистика или колдовство?
-- Не говори ерунды. Я бы не приехала сюда, если бы тут была замешана мистика. Максимум секты, не более.
Ап хлопнул в ладоши.
-- И все же это интересно. Можно узнать о его личности чуть больше при помощи бумаг. Думаю, стоит глянуть.
Ребята отправились на чердак. Там, по словам отца Екатерины, стояла коробка с бумагами.
Помещение было всё в пыли. Старые вещи - большая часть из них хлам - валялись по всему полу.
-- Как будто тут до нас порылись. -- Не сдержалась Екатерина. -- Вещи разбросаны так, будто кто-то что-то искал.
-- Может дядь Жене что-то нужно было.
-- Может.
Они продолжили искать. Спустя ещё несколько минут Апостол восторженно вскрикнул: "нашёл!". Подняв небольшую коробку чуть выше груди, он показал её Екатерине. Надышавшиеся пылью они покинули чердак. Несколько раз чихнув, Екатерина взяла в руки одну из записок дяди.
-- "Моей любимой Маргарет от Уильяма". Притворялся англичанином, когда писал любовные письма.
-- А он кто?
-- А он белорус.
Апостол ухмыльнулся.
-- Ну что ж, значит он так видит... Видел.
Положив бумагу на место, Екатерина взяла коробку и понесла её в отдельную комнату. Дом Евгения был небольшим, но и не маленьким. Насчитывалось две комнату - одна отца, вторая для званных или не званных гостей - и гостиная. В гостиной сейчас находился дядя Павел, поэтому Екатерина делила комнату с Апостолом. Комнатушка была просторная. В ней стояли две старенькие кровати, возле которых располагались дубовые тумбочки, одно небольшое окно, ковёр на стене и полу и большой просторный коричневый шкаф для вещей.
Девушка поставила коробку на пол возле своей кровати.
-- У меня не так много вещей, но я занял половину шкафа. Надеюсь, ты не против.
-- Нет, не против. Не думаю, что мы тут надолго. Похороним дядю и поедем домой.
Ап ничего не ответил, только коротко улыбнулся. Взял фотоаппарат, который он брал с собой в дорогу, и подошёл к двери.
-- Пофотографирую местную флору и фауну, пока у нас есть время.
И вышел.
Екатерина же принялась разбирать бумаги, читая их и разбирая. Меньше всего её волновала страсть и любовь, а больше странный бред, который было трудно разобрать.
"Прошу, прости душу мою грешную, прости за лицемерие и алчность..." дальше неразборчивый текст. "Я исправлюсь, отдам себя всего...", "только ты можешь мне помочь, избавить меня от этой тяжести".
Всё обрывками, нет целостности. Будто намеренно, специально, чтобы запутать.
Екатерина нахмурила брови.
-- Катерина. -- тихий басовый голос отца вырвал её из пучины загадок. -- Прошу тебя, приведи себя в порядок.
-- Уже пора?
-- Начнём чуть пораньше. Это наставление Патриарха.
Девушка встала и отряхнула колени от пыльных полов.
-- Хорошо, отец. -- она слегка склонила голову в поклоне.
Евгений вышел, оставив дочь одну.
Катерина же медлить не стала, достала из неразобранных пакетов белую рубашку, черные штаны, пиджак и галстук. Строгий костюм. Надев вещи, она собрала свои каштановые волосы в небрежный пушок. Волосы непослушные, волнистые, слегка лезли в глаза, но это было не критично.
Раздался лёгкий стук по дереву.
-- Готова? -- поинтересовался Апостол, спрашивая разрешения.
-- Да, я уже всё. -- Катерина вышла к нему, поправляя чёрный галстук. Пробежалась взглядом по нему, а потом спросила -- Так пойдёшь?
-- Ох, нет... Я тоже приготовил... вещи. -- он немного замешкался.
-- Это похороны. Ты же не пойдёшь туда в...?
-- Нет, у меня рубашка и брюки. -- коротко отрезал Ап.
-- Хорошо.
Екатерина покинула юношу. Вошла в гостиную к отцу. Тот стоял напротив комода с иконами и шёпотом произносил молитву.
-- Упокой, Господи, душу усопшего раба Твоего Павла. Прости ему вся согрешения, вольная и невольная, и даруй ему царствие небесное. Помяни, Господи, и всех сродников наших, ушедших в вере и надежде воскресения. Аминь.
Закончив, он повернулся к дочери.
-- Пора.
В дом вошли пару мужчин. Соседи Юрий и Дмитрий. Сняв головные уборы, они прошли в гостиную. Поздоровались с хозяином дома, а также с Екатериной. Девушка помнила их, Юрий в бывшем кузнец, знал толк в металле, а Дмитрий же хороший лесоруб. Мужики с золотыми руками. Через минуту к нам вышел Апостол. Он пожал мужчинам руку и слегка поклонился. Сейчас юноша не выглядел как неформал, и Екатерина даже удивилась, насколько Ап может быть серьёзным молодым человеком.
Когда все были в сборе, мужчины принялись брать гроб, предварительно накрытый крышкой. Впятером мы держали путь в церковь, где должны были пройти ритуал отпевания. Екатерина взяла с собой белый платок, который после повязала перед церковью. По пути в назначенное место к ним присоединились ещё несколько человек.
В церкви пахло ладаном. Хоть голова и была покрыта, но тяжесть Екатерина не могла не ощущать. Что не крещённая здесь забыла?
-- Тоже голова трещит? -- спросил шёпотом Апостол, который успел освободить свои руки.
-- Да, есть немного. -- ответила девушка и натянула на лицо маску скорби.
К ним вышел Патриарх Авраам. Он был облачен в чёрную рясу, а на голове был белый куколь. Он был высоким, выше Евгения, и борода его была с примесями седых волос. Авраам начал чтение молитвы.
-- Яко свят еси, Боже наш, и Тебе славу возсылаем Отцу и Сыну и Святому Духу ныне и присно.
Диакон выходит на солею - возвышение пола перед алтарной преградой, - становится перед иконой Спасителя и произносит:
-- Господи, спаси благочестивыя и услыши ны
Несколько певцов повторяют за ним. После диакон поворачивается к народу и заканчивает: "и во веки веков".
Певцы начинают запевать пение Трисвятого.
Голова Екатерины продолжает ныть. Кажется, сам бог не хочет, чтобы она находилась в этом месте. Дыша глубже она пыталась не идти на поводу у боли.
Открыв глаза от очередного потока боли, Екатерина услышала молитву Патриарха. Это была разрешительная молитва. Та, что читается для прощения грехов. Он вложил в руку усопшего икону, вновь что-то проговорил, а потом отец подошёл к гробу, наклонился и поцеловал икону в руках Павла. Из родственников у него остались только родной брат и его дочь, поэтому Екатерине нужно было сделать то же, что и отец. Она осторожно подошла и еле коснулась губами иконы. Отец перекрестился и вместе с несколькими мужчинами подошёл к гробу. Накрыв крышкой, они заколотили его, после подняли и понесли прочь из церкви.
Следующий путь они держали на кладбище. Это мероприятие высасывало из Екатерины все силы. Хотелось вернуться домой. Вдруг возле неё оказался Авраам. Он посмотрел на неё сверху вниз, и этот взгляд, казалось, мог сравнять её с землёй. В мужчине было что-то странное, что-то пугающее. Как будто его аура кричала о нём, но люди не слышали или не хотели слышать. Этот человек имеет авторитет, а значит никто не посмеет сказать против него и слова плохого, даже за спиной, даже самые лицемерные.
"Может дядя тоже не мог держать от него что-то в секрете". -- подумала Екатерина, не прекращая смотреть на Патриарха в ответ.
-- Приходи в церковь и читай молитвы, чтобы душа дяди твоего обрела покой. -- неожиданный грубый голос раздался как гром, что Катерина даже опешила, остановившись, а Патриарх же продолжил держать путь, обогнав нескольких зевак и выбравшись почти в первые ряды толпы.
Постояв ещё некоторое мгновение, она ускорила шаг.
Вскоре они были на холме, на котором располагалось кладбище. Только сейчас девушка заметила нескольких женщин, что плакали и прикрывались носовыми платками. "Наверное, их ублажал мой дядя". - подумалось вдруг Екатерине. Отбросив лишние мысли, она встала рядом с отцом.
Юрий и Дмитрий с помощью верёвок опускают гроб в вырытую яму. Отец взял горсть земли и кинул в могилу.
-- Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.
Екатерина сделала то же самое, проговорив молитву чуть тише. Следом горсть земли кинули все собравшиеся сельчане.
Зашумели лопаты, земля большими комками отправилась в могилу. Павел был похоронен