часть 4.
вечер был тихим, почти обычным.
дженна сидела на диване, перебирая оружие — чистила, как всегда молча и сосредоточенно. эмма что-то готовила на кухне, в наушниках, покачивая головой в такт музыке. всё было спокойно... до тех пор, пока эмма случайно не уронила чашку — она разлетелась вдребезги.
звук был резким, неожиданным.
дженна вздрогнула, подняла глаза.
— ты издеваешься? — хрипло бросила она, немного громче, чем хотела. — сколько можно? ты уже третий раз за неделю всё роняешь!
эмма замерла.
она быстро вытащила наушники, стоя над осколками, как парализованная.
— извини… — прошептала она, опускаясь на колени, чтобы собрать остатки чашки. руки дрожали.
— может, начнёшь хоть иногда быть аккуратной, а? — дженна продолжала, но голос её уже был сдержаннее. — ты же не ребёнок, эмма!
эмма сжалась.
она не сказала ничего, собрала осколки, выкинула их. встала, резко вышла из кухни. её подбородок задрожал, слёзы уже наворачивались, но она их сдержала, пока была в пределах поля зрения.
она накинула куртку и, не оглядываясь, вышла из дома.
дверь за ней захлопнулась.
дженна осталась сидеть на диване. она поняла, что перегнула, хнала что эмма не выдерживает когда на нее повышают голос. но не пошла за ней — привычка не проявлять слабость была сильнее.
---
эмма пришла к подруге — к лоле.
та сразу всё поняла по её заплаканным глазам и покрасневшему носу.
— опять? — только и спросила лола, прижимая подругу к себе.
эмма разрыдалась — всхлипы срывались, голос дрожал, как у маленькой девочки.
— я просто… я хотела помочь… я стараюсь, правда, но она... она… — эмма не могла говорить чётко, просто уткнулась в подушку, мыча и бормоча невнятно.
у неё не получалось сдержать себя — слёзы лились без остановки, щеки горели от стыда, сердце щемило.
лола гладила её по спине.
— ты слишком ранимая, милая. но ты не виновата. просто она реагирует так..
когда эмма вернулась домой — уже ближе к полуночи — глаза у неё были красные, лицо заплаканное.
но она молча сняла куртку, разулась и прошла внутрь.
дженна услышала шаги, но не сразу подняла взгляд.
эмма прошла мимо дженны, не поднимая глаз.
её шаги были осторожными, будто она шла по минному полю. плечи опущены, руки прижаты к телу. она не сказала ни слова, только прошмыгнула мимо, словно боялась, что любое слово, любой взгляд — снова вызовет на неё гнев.
дженна молча следила за ней, сжав челюсть. в груди было странное ощущение, но она ничего не сказала.
эмма зашла в спальню и сразу закрыла за собой дверь.
как только щелкнул замок, она соскользнула на пол, прижавшись к кровати.
всё сдерживаемое в ней — рвануло наружу.
она не просто плакала — это была настоящая истерика. её тело трясло, дыхание сбивалось, губы дрожали. она зажимала рот рукой, но всё равно слышались всхлипы, искажающиеся звуки — что-то между рыданиями и мычанием, кашляла.
она не могла остановиться.
в груди всё сжалось, сердце будто распухло от боли, обиды, страха.
в голове крутились её слова — "ты не ребёнок", "может, начнёшь быть аккуратной".
даже если это не было сказано с яростью — для эммы этого хватило.
она просто не умела выдерживать крик.
даже лёгкое раздражение в голосе обрушивалось на неё, как лавина.
она не знала, что делать с этим.
и сейчас она просто сидела на полу, запутавшись в собственных слезах и страхе, тихо повторяя себе под нос:
— я просто хотела… я не хотела плохо…
эмме становилось всё хуже.
грудь сдавило, дыхание сбилось до хрипов. она захлебывалась в собственных рыданиях, дрожащими руками стирая слёзы, которые всё равно лились ручьём.
её тело содрогалось, плечи дёргались, губы не слушались. из горла вырывались болезненные, сдавленные звуки — кашель, всхлипы, хриплое дыхание.
она задыхалась, не в силах восстановить ритм. глаза щипало от слёз, а внутри всё горело тревогой, страхом и стыдом.
она уже не контролировала себя.
и тогда дженна услышала.
за дверью — кашель, тяжелое, сбивчивое дыхание, всхлипы, звуки, от которых по спине пробежал холод.
она встала, подошла к двери и тихо постучала.
тишина.
только срывающийся голос и хрип.
дженна нахмурилась.
открыла дверь без стука, вошла мягко, тихо.
эмма сидела на полу, вжалась в угол комнаты, прикрывая голову руками, словно ожидая удара. плечи её дёргались, губы дрожали, а под глазами были потёки от туши.
глаза — полные ужаса.
она увидела дженну — и вся сжалась, будто сейчас произойдёт что-то страшное.
дженна остановилась.
в её глазах впервые за долгое время мелькнуло нечто хрупкое — испуг.
она не ожидала увидеть эмму в таком состоянии.
— эмма… — её голос был тихим. — эй… ты чего?..
та не ответила. руки дрожали, она пыталась спрятаться, будто невидимый страх держал её мёртвой хваткой.
дженна медленно опустилась на колени перед ней.
протянула руки, но не коснулась.
— прости… я… не хотела… — она выдохнула.
и только потом, медленно, очень аккуратно, обняла её.
эмма захныкала громче.
её руки всё ещё были на голове, но потом, когда почувствовала тепло, позволила себе рухнуть в объятия.
рыдания обрушились с новой силой. она дрожала в руках дженны, истерично всхлипывая, теряя дыхание.
а дженна крепко прижимала её к себе, гладила по спине, чувствуя, как в горле стоял ком.
— тише… я здесь… всё хорошо… извини меня пожалуйста..
эмма не могла остановиться.
рыдания разрывали её изнутри, грудь сжало так сильно, что воздух казался недоступной роскошью.
кашель сотрясал тело, голос срывался, а сердце стучало в панике.
она хватала воздух ртом, но каждый вдох будто обжигал.
дженна сидела рядом, не отпуская.
её руки обнимали крепко, но бережно.
она гладила эмму по спине, по голове — как могла.
ей было страшно.
она не привыкла к таким вещам. не умела утешать. не знала, что говорить.
но была здесь. рядом.
— эмма… — прошептала она. — всё, хватит, все хорошо.
эмма захлёбывалась слезами.
она пыталась что-то сказать — губы шевелились, но звук вырывался хрипами.
— я… — голос дрожал. — я ужасная…
кашель.
вдох, судорожный, резкий.
— это всё я… виновата… прости…
она вцепилась в плечо дженны, как будто от этого зависела её жизнь.
— я не хотела… просто… я…
она всхлипнула, сжалась сильнее.
— я не умею… я старалась… а ты… ты злишься… я не хотела… — голос ломался.
дженна прижала её к себе крепче.
— замолчи. не говори так, — тихо, но жёстко.
— ты не ужасная.
она выдохнула.
— я не умею… быть мягкой. но я стараюсь. из-за тебя. понимаешь?..
эмма только судорожно всхлипывала, уткнувшись в её шею, дрожа всем телом.
эмма постепенно затихала.
её тело всё ещё подрагивало от рыданий, дыхание сбивалось, но истерика отступала, уступая место тяжёлой, глухой усталости.
она лежала, прильнув к дженне, как к единственному якорю, цепляясь за неё пальцами.
— прости… — прошептала она, еле слышно.
— я устроила это из-за какой-то мелочи… это глупо… я просто… — голос снова дрогнул, но слёз уже не было.
она выдохнула, опустив голову.
дженна смотрела на неё, молча.
она сдвинулась чуть ближе и, не говоря ни слова, поцеловала эмму в висок.
потом в щёку.
в кончик носа.
в подбородок.
в уголок губ.
и снова в щёку.
эмма замерла, сначала не понимая, что происходит.
а потом чуть дрогнула, смущённо прикрывая лицо руками.
— дженна… — прошептала она, голосом чуть повыше обычного. — ты чего…
— пытаюсь исправиться, — хрипло сказала дженна, и снова поцеловала её в щеку, мягко.
— мне не нравится видеть тебя такой.
она чуть улыбнулась краешком губ.
— а ещё ты милая, когда краснеешь.
эмма засмущалась ещё сильнее, отвернулась, но прижалась к ней ближе.
— ты ужасная… — прошептала она, пряча улыбку в её груди.
— я знаю, — спокойно ответила дженна и снова чмокнула её в лоб.
дженна продолжала — аккуратно, но настойчиво — осыпать эмму поцелуями.
в висок.
в щёку.
в мягкую линию челюсти.
на кончик носа — и даже там задержалась чуть дольше, чем нужно, словно специально дразнила.
эмма уже не могла это выносить.
горела, как спичка, краснела до ушей, а голос будто где-то потерялся — она лишь тихо хихикала, прятала лицо в шею дженны, сжимая её руками.
— ты специально… — прошептала она, почти обиженно, но сквозь смех.
её голос дрожал от смущения и чего-то ещё — почти щекотливого.
она сильнее прижалась к дженне, зарывшись в её шею носом.
— ты ужасная… правда… ты знаешь, как ты это делаешь… — выдохнула, чуть сжав ткань её рубашки в пальцах.
— я? — дженна вскинула бровь, всё ещё ухмыляясь. — я просто целую тебя.
и снова — короткий, тёплый поцелуй в висок.
эмма тихо заскулила от стыда и снова засмеялась.
— не смейся, — пробормотала она, ещё сильнее сжимая дженну в объятиях. — мне неловко…
— а я не смеюсь, — хрипло, почти ласково сказала дженна, позволяя эмме спрятаться.
её рука медленно гладила девушку по спине.
— ты просто очень милая, когда смущаешься.
ещё один поцелуй — теперь прямо в макушку.
а эмма только сильнее зарылась в её шею, обхватив её руками, как будто боялась, что дженна исчезнет.
---
вечер накрыл дом мягким полумраком.
на кухне всё стихло, эмоции улеглись, и воздух будто стал теплее.
всё, что было раньше — крики, истерика, слёзы — растворилось в тишине и лёгком уюте.
они устроились на диване.
на экране — старый боевик, с хриплыми репликами и глухими выстрелами, но ни одна из них не вслушивалась.
дженна сидела, откинувшись на спинку, с подушкой за спиной, а эмма лежала рядом, укрытая пледом, прижавшись к ней.
голова — аккуратно устроилась у неё на груди.
одна рука дженны — лежала на плече эммы, вторая — лениво скользила по её спине, поглаживая.
— не усни, — негромко пробормотала дженна, склонив голову ближе, — ты же хотела досмотреть…
но эмма ничего не ответила.
её дыхание стало мягким, глубоким, спокойным.
глаза закрылись.
после всего, через что она прошла — истерика, слёзы, тревога — она просто вырубилась.
утомлённая.
дженна чуть склонила голову и посмотрела на неё. — даже во сне эмма казалась слишком хрупкой.
дверь скрипнула тихо, но всё равно выдала присутствие нежданной гостьи. лола как обычно зашла без стука — у неё это было привычкой, особенно когда волновалась за эмму. она остановилась в проходе, глядя на диван, где эмма, уютно устроившись, спала у дженны на груди, с закрытыми глазами, слегка посапывая.
дженна посмотрела на лолу — взгляд холодный, немного недовольный, но сдержанный.
лола подняла руки в мирном жесте, подходя ближе и склоняясь к ней, шёпотом:
— я просто... принесла ей вкусняшек. она же из-за тебя тогда ревела в три ручья. не злись, не шумлю.
дженна молча кивнула. напряжение не ушло, но и спорить не стала. она чуть сильнее прижала к себе эмму, даже не осознавая этого.
эмма зашевелилась, тихо зевнула, прижалась щекой к груди дженны, потом медленно открыла глаза, моргая.
— мм?.. — сонно пробормотала она, поднимая голову. взгляд ещё мутный, волосы растрепаны.
увидела лолу.
— лола...?
поднялась с дивана, подошла и обняла её, уткнувшись в плечо:
— спасибо...
лола улыбнулась, обнимая в ответ, и скользнула взглядом по дженне, всё ещё сидящей на диване с лёгким напряжением.
— я принесла шоколадку и печеньки. думала, ты расстроенная будешь...
эмма кивнула, но, видно, всё ещё не до конца проснулась.
дженна наблюдала, как они обнимаются, с некой отстранённостью.
эмма, всё ещё немного сонная, но уже с тёплой улыбкой, уткнулась в плечо лолы. разница в росте делала её объятие каким-то особенно уютным — она была как младшая сестра, прижавшаяся к старшей. лола обняла её в ответ бережно, одной рукой гладя по спине, а потом ласково чмокнула в щёку.
— ты у меня маленькая, — шепнула она с мягкой усмешкой.
эмма тихонько хихикнула, будто согреваясь внутри, и, отпустив подругу, взяла принесённые печеньки и шоколадку.
— я щас, уберу это на кухню... спасибо тебе... — с благодарностью взглянула на лолу и пошла в сторону кухни.
в комнате остались только лола и дженна. повисло молчание.
дженна сидела на диване, нога за ногу, взгляд прямой, холодный, как всегда. в руке всё ещё держала полупустую чашку кофе, которую не заметила, как снова взяла.
лола сделала шаг ближе, скрестив руки на груди.
— ты хоть понимаешь, как она из-за тебя убивается? — тихо, спокойно, но с уколом.
дженна лишь приподняла бровь.
— не твоё дело.
— не моё?.. — лола усмехнулась без веселья. — да я её знаю с шести лет. и да, она — моё дело. особенно когда приходит ко мне, вся в слезах и с паникой в глазах.
дженна опустила взгляд в чашку, сделала глоток.
— она сама решила со мной жить. я не заставляла.
— ты можешь быть хоть чуть-чуть мягче? — лола подошла ближе, голос уже тише. — я знаю, ты... не из тех, кто обнимается и сюсюкает. но эмма не такая. она нежная. она, блять, ломается из-за взгляда косого. ты видела, в каком она была состоянии?
дженна долго молчала, взгляд остался всё таким же спокойным, но в нём появилась тень напряжения.
— я виделa. и мне не всё равно.
лола немного удивилась — не ожидала услышать это.
— ну хоть что-то. — буркнула она и выдохнула, будто сбрасывая напряжение.
в этот момент эмма вернулась.
— я всё убрала, — с лёгкой улыбкой, будто не чувствовала подповерхностного накала. — вы не поругались?
лола повернулась к ней:
— не-а. просто поговорили. всё окей.
дженна посмотрела на эмму.
— тебе лучше?
эмма кивнула, снова подходя поближе.
— да. спасибо.