Глава 16
Юнги
Я думал, что мне будет трудно свыкнутся с мыслью, что теперь я живу не один. Но все было довольно не плохо. Поначалу мы с Дженни постоянно спорили. Наш спор перетекал медленно в крик, а потом уже в сумасшедший секс. Нас даже не останавливало, когда к нам приходили Тэхен с Джису и Хосок. Ребята были в шоке от этого, но потом привыкли. Хосок стал делать ставки на нас с Дженни. Кто из нас быстрее сдастся и замолчит. Пока в проигрыше был я. И не потому, что Дженни была остроумнее, просто мне надоедало слушать ее истерику, и я замолкал. Все это происходило в течение двух недель, а теперь стало все более спокойно. Нам обоим было тяжело. Ведь ни у кого из нас не было опыта совместного проживания. Часто замечаю, как Дженни грустно смотрит в окно. Или как держит телефон в руках, задумчиво смотрит на него. Она скучает по родным. Но мне ничего не говорит, если я ее об этом спрашиваю. Делает вид, что все у нее хорошо. И я решил, что должен помочь ей наладить отношения с ними. Ведь из-за меня Дженни попала в такую ситуацию. Сейчас она пошла по магазинам с Джису. Как я и думал, они очень сдружились. Да так сильно, что, иногда, они обе вставали в позу против нас с Тэхеном, если мы не хотели куда-то идти. Конечно, мы им уступали во многом, но это так, для вида. Их угроз мы не боялись. Мне надо позвонить отцу Дженни и договорится с ним о встречи. Только собрался набрать номер, как мне пришло смс. Открыв его, не сразу понял послание. Но оно очень настораживало.
"Я сделал то, о чем мы с тобой так долго мечтали. Теперь ты свободен. А.6."
Что за херня!? А.6.? такими инициалами я знаю только одного человека. Ким Намджун. Что он хочет этим сказать? Я стал набирать номер, по которому пришла смс, но понятное дело, что он недоступен. От моих размышлений меня прервал звонок мобильника. На дисплее высветился номер мамы. А я ей что нужно? Она долго звонила. Все-таки я ответил на звонок.
- Да, - ответил я.
- Юнги, - мама всхлипнула. - Мин Тэджуна убили, - меня прошиб холодный пот.
- Где? - я старался не показать, что эти слова меня как-то задели.
- У него дома, - она заплакала еще сильнее.
- А ты сейчас где?
- Тут уже. Юнги, здесь столько людей. Они меня о чем-то спрашивают, я не знаю что говорить.
- Ни с кем не говори. Скажи, что я скоро буду.
- Хорошо, - взволновано проговорила мама.
Выбежал в коридор, в этот момент вернулась Дженни. Она была радостная, но когда заметила мой серьезный взгляд, ее улыбка пропала.
- Юнги, что случилось? - испуганно спросила меня.
- Отца убили. Я еду к нему домой, - проговорил ей, пока обувался.
- Я с тобой...
- Нет. Ты останешься дома.
- Но, Юнги...
- Я сказал - нет, - твердым голосом повторил ей и вышел из квартиры.
***
Я подъехал к дому отца, здесь, действительно, было много народа. Возле дома стояли охранники местных авторитетов. Этих ребят я знал. Мы вместе ходили на тренировки. Они, приметив меня, закивали в знак приветствия. В самом доме было шумно. Все говорили, громко что-то обсуждая. Зайдя в гостиный зал, все замолчали и уставились на меня. Всех авторитетов я знаю. Приходилось с ними на деле сталкиваться. Я обвел взглядом комнату и заметил маму. Она сидела на диване, спрятав свое лицо в ладонях. Видимо, обратив внимания на создавшуюся тишину, подняла голову и тоже посмотрела на меня. Я ее не видел еще с того нашего разговора и, как сейчас с ней вести, не знал. Но она знала. Вскочив с дивана, кинулась ко мне. Обняв меня за талию, горько зарыдала. Не знал, обнять или нет? Решил приобнять ее за плечи одной рукой.
- Где он? - спросил ее про отца.
- Там, у себя в кабинете, - трясущими руками указала на кабинет. - Там сейчас работают полицейские.
Оставив ее, направился в кабинет отца. Открыв дверь, замер. Посередине кабинета, на полу, лежал труп отца, с пулей во лбу. Ко мне подошел капитан полиции. Я знал, отец уже давно крышует его. А капитан помогает закрывать все косяки отца и его людей. Такое взаимовыгодное дельце.
- Здравствуй, Юнги, - протянул руку для приветствия, я пожал ее.
- Ну, что скажешь? - спросил, а сам не отрываясь, смотрел на отца. Все-таки я не полностью моральный урод, если мне стало жаль, что отец умер.
- Ему выстрели прямо в лоб. Мы пока не знаем, кто это сделал. Но обязательно выясним, - я кивнул в ответ. Пока не стану говорить свои догадки, что, возможно, это сделал Джун.
- Ладно, делай свою работу. Вы долго еще будете?
- Нет, через пять минут закончим.
- Отлично.
Я вернулся обратно в гостиную. Здесь была тишина. И вообще, какого... они все здесь делают? Но больше всего я удивился, увидев Гону. Он, не спеша, подошел ко мне.
- Прими мои соболезнования, сынок, - проговорил он. Я только про себя усмехнулся на слово "сынок". Я прекрасно знаю, что ему чихать на меня и вообще на всех.
- Больше не смею никого задерживать, - грубо сказал я. - На счет похорон вас всех оповестят,- все сначала, молча, смотрели на меня, но потом, закивав, отправились на выход.
- Не зря мне все говорили, что ты очень похож на своего отца, - улыбаясь, обратился ко мне Гону. Не прощаясь, тоже покинул дом.
Мама продолжала сидеть на диване, вытирая платком слезы. Я открыл окно, закурил. Достал телефон, чтобы позвонить адвокату отца. Если его здесь нет, значит, ему никто не позвонил. После того, как я сообщил ему новости, он пообещал завтра подъехать. Надо еще ребятам позвонить. Тэхен и Хосок были вместе, после моего сообщения, выехали ко мне.
- Тебе надо отдохнуть, - обратился я к матери. Она вздрогнула от моего сурового тона. Мама кивнула и поднялась с дивана. Она схватилась за голову, и ее стало покачивать. Меня это напугало. Я бросился к ней. Мама облокотилась на меня.
- Голова закружилась. Но сейчас уже лучше. Спасибо, - проговорила она ослабленным голосом. Я подхватил ее на руки и понес в комнату для гостей. Там уложил на кровать.
- Я попрошу, чтобы тебе принесли успокаивающее, - сказал я.
- Спасибо, - слабо улыбнулась мне. - Юнги, прости меня, - тихо извинилась.
- Отдыхай, - молча, вышел из комнаты.
Зашел на кухню, попросил прислугу приготовить маме успокаивающий чай. Вышел на крыльцо дома. Здесь было пусто. Кроме охраны отца, никого не было. Значит, труп уже увезли. Надеюсь, со смертью отца у меня не появятся проблемы. Но мне не понравилось, как смотрел на меня Гону. Он будто присматривался, и это действовало на нервы. Позже, приехали Тэхен и Хосок. Мы около двух часов все обговаривали. Я им рассказал про смс. И мы решили, пока, никому ничего не говорить. Договорившись встретиться завтра, они уехали. Устало облокотился на спинку дивана, вздохнул. Черт, и это только первый день. Завтра будет еще тяжелее. За все время, я даже не вспомнил о Дженни. Надо ей позвонить.
- Юнги! - ответила она сразу после первого гудка. Значит, переживает, волнуется.
- Привет, - устало ответил ей.
- Ты как? - взволновано, спросила она.
- Нормально. Сама как?
- Я-то что? Мама там?
- Да. Она отдыхает, - сейчас ужасно захотелось, чтобы Дженни была здесь.
- А Чимин?
- Нет. Он дома. Ему не стоит сюда соваться.
- Ты не приедешь сегодня? - грустно спросила.
- Нет, малышка. Возможно, и завтра тоже.
- Это, конечно, эгоистично с моей стороны. Но... - она замолчала.
- Говори, Джен.
- Я скучаю по тебе, - я усмехнулся на ее слова. От них по телу потекла теплая волна нежности.
- Я тоже, - признался ей.
- Ты, наверное, устал. Иди, отдыхай.
- Ты тоже ложись, уже поздно.
- Юнги, ты хоть иногда звони мне. Хорошо?
- Хорошо.
- Целую и люблю тебя, - когда она признается мне в любви, сразу хочется на весь мир закричать, что я счастлив.
- Я тоже, малышка, - мне, пока, трудно произнести слово "люблю", сам не понимаю почему.
Мы попрощались, я устало закрыл глаза. Надо идти спать.
- Я никогда не слышала, чтобы ты так нежно с кем-то говорил, - я резко открыл глаза и посмотрел на мать. Она подошла ко мне и присела рядом на диване.
- Видимо, эта девушка очень хорошая, если ты так доверился ей и открыл себя, - мне не хотелось говорить с мамой о Дженни. Обида и злость от ее поступка до сих пор еще сидят во мне. - Мне бы очень хотелось с ней познакомиться, - не стал ей говорить, что она знает ее.
- Как ты узнала, что случилось? - перевел я разговор. Мама горько улыбнулась, поняв, что не хочу с ней обсуждать Дженни.
- Мне позвонил кто-то из прислуги.
- Кто именно?
- Не знаю. Когда сообщили это, я растерялась и забыла узнать имя.
- Понятно. Ладно, я пошел спать. Завтра будет тяжелый день. Да и не только завтра, - выходя из комнаты, услышал ее тихие слова: "Спокойной ночи, сынок".
Как я и предполагал, дальше было только хуже. Похоронив отца, адвокат зачитал нам с мамой завещание, в котором значилось, что все, что имел отец, достается мне. Не могу сказать, что меня это обрадовало. Через несколько дней после похорон мне позвонил Гону. Он стал говорить, что отец должен ему большую сумму денег. Договорившись с ним о встрече, я стал собирать сумму. Я был готов все отдать, лишь бы это закончилось. На встрече мы расторгли договор, который заключил с ним отец. Заплатив нужную сумму, я посоветовал Гону больше не рыпаться в мою сторону и в сторону моей семьи. Не знаю, что именно на него подействовало, но он без вопросов заверил, что трогать меня не будет. Потом решил все незаконченные дела отца, переписал дом на маму и Чимина. Мне он не нужен. Мама согласилась здесь жить. Хотя я ее не понимал. Но мне было все равно, пусть делает, что хочет. За все это время мы с ней так и не поговорили. Сейчас я стоял возле своей машины, собираясь уезжать. Мама вышла меня проводить. Мы молчали.
- Я поехал. Чимин здесь останется? - докурив, спросил ее.
- Да. Пока у него каникулы, он со мной побудет.
- Если возникнут проблемы, звоните мне, - проговорил ей, открыв дверь машины.
- Юнги, - позвала меня мама. Я обернулся к ней. - Спасибо. И можно я буду тебе просто так звонить? - неуверенно спросила она.
- Зачем? - я был с ней груб, но не мог пересилить себя и простить ее.
- Юнги, он уже умер. Давай тоже все обиды похороним, - я смотрел на нее. Мне сейчас больше всего хотелось приехать домой и увидеть Дженни. Я не видел ее две недели! Мы только могли говорить по телефону и то, не больше десяти минут.
- Посмотрим. Мне пора ехать.
- Хорошо. Я понимаю, тебя дома ждет девушка. Скажи хотя бы, как ее зовут?
- Дженни, - я сел в машину и выехал со двора.
Я старался ехать очень быстро. Но эти пробки на дороге выводили из себя. Потратив на дорогу два часа, я пулей влетел на свой этаж. Тихо открыл дверь, в квартире было тихо и темно. Малышка, наверное, уже спит. Но, как только я закрыл дверь, ко мне выбежала Дженни. Она замерла на полпути, не верящими глазами, смотрела на меня. Боже, как же я соскучился! Медленно я подошел к ней. Прикоснулся к ее щеке, мои пальцы в прямом смысле закололо от этого прикосновения. Больше не мог себя сдерживать, я накинулся на ее губы. Мы с ней одновременно застонали. Понимал только одно, что до комнаты я не дойду. Мы разделись прямо в коридоре. Приподняв ее, прижал к стене. Чувствовать под пальцами ее нежную кожу и слышать ее стоны, это и есть счастье для меня. Я брал, впитывал в себя всю ее. Сейчас не было никакой нежности, только дикий и в чем-то грубый секс. Даже не стоял вопрос об удовольствие, просто хотелось наслаждаться этой близостью. Дженни закричала мое имя, когда дошла до точки и впила в меня свои ногти. Эта небольшая боль доводила меня до безумия. Сделав еще два движения в ней, я кончил. Фак! Как же чертовски хорошо! Дженни уронила свою голову мне плечо, так же как я, тяжело дышала. Надо перейти в спальню, но сил не было двигаться. Дженни стала целовать мое плечо, лицо. Я стоял, держа ее на руках, просто балдел от этого. Моя любимая девочка.
- Малышка, как же я люблю тебя, - прошептал ей на ухо. Дженни остановилась и посмотрела радостными глазами. Не дав сказать ей ничего, стал целовать.
Дженни
Юнги уснул, как только его голова коснулась подушки. А я все не могла уснуть, все любовалась им. Я так по нему соскучилась! Он был уставшим, его недосып выдавали синяки под глазами. Любимый мой. Меня до сих пор не отпускает от такой безумной встречи. И особенно после его признания. Я уже и не надеялась услышать эти три слова. И, когда он их сказал, счастью моему не было предела. С улыбкой на губах я уснула.
***
Сегодня ровно месяц, как мы с Юнги живем вместе. Встав пораньше, я решила приготовить праздничный завтрак. Может, это глупо, но мне так хочется хоть небольшого праздника. Все эти трудности отнимают много сил. Я до сих пор переживаю, что родители не общаются со мной. Когда Юнги решал проблемы после похорон своего отца, не выдержав, я позвонила домой. Трубку взял папа и, когда он услышал мой голос, просто сбросил вызов. Тогда я проревела всю ночь. Но я не сдавалась. Через два дня позвонила еще раз, и мне повезло, трубку взяла мама. Она не стала ее бросать, чем меня очень порадовала. Мама спрашивала, как у меня дела? Я ей честно ответила, что очень счастлива. Мы с ней проговорили часа два. Успели, и пореветь, и поспорить. Я очень по ним скучаю. Папа не хочет меня видеть, но мама говорит, что надо дать ему время. Но сколько его должно пройти? За грустными размышлениями, я не заметила, как проснулся Юнги. Очнулась, только когда услышала шум воды в ванной. Так, надо придать своему лицу веселое настроение. Я знаю, Юнги прекрасно видит все мои переживания. Не хочу, чтобы он считал себя виноватым.
- Ух, ты! В честь чего у нас такое изобилие завтрака? - улыбаясь, Юнги зашел на кухню. Я подошла к нему, поцеловала.
- Сегодня ровно месяц, как я переехала к тебе, - просветила его.
- Да, ладно? Уже месяц?! Офигеть. Мне казалось, уже год прошел, - я пихнула его локтем в бок. Сделав вид, что обиделась. - Малышка, ну не обижайся. Я ведь пошутил, - притянул он меня к себе.
Я не реагировала на его соблазнительные поцелуи в шею. Но, когда он поцеловал меня за ухом, тут я не выдержала и застонала. Он прекрасно знает все мои чувствительные точки. Он развернул меня к себе спиной, приподнял край футболки, и его рука проникла ко мне в трусики.
- Юнги, ты портишь мне праздник, - прошептала я.
- Я думаю, наоборот, - с хрипотцой в голосе проговорил он.
Ну, короче, завтракать мы сели только через час. Юнги, чтобы не обидеть меня, попробовал все, что я приготовила. Нашу идиллию нарушил звонок в дверь. Юнги пошел открывать, а я стала убирать со стола.
- Здравствуй, Дженни, - я резко обернулась на голос. На пороге кухни стоял папа. Я так рада была его видеть.
- Привет, пап, - тихо поздоровалась с ним.
- Мы можем поговорить? - спросил он, косясь на Юнги.
- Мне надо съездить к Тэхену, - обратился ко мне Юнги. Я кивнула ему.
Как только Юнги ушел, я сразу занервничала. Он всегда давал мне ощущение защищенности, а сейчас мне, почему-то, стало страшно. Знаю, что папа мне ничего плохого не сделает, но все же.
- Ты будешь что-нибудь? - решила я быть гостеприимной.
- Нет. Как ты живешь? - вдруг он спросил.
- Хорошо, - удивленно ответила я.
- Дженни, ты прости меня. Я не должен был ставить тебя перед выбором. Просто, очень боялся за тебя. Ты влюбилась в не простого парня...
- Папа, не начинай. Юнги - хороший.
- Теперь я понял, чем он тебя привлек, - я что-то со всем ничего не понимаю.
- И чем?
- На днях мне позвонил Юнги и попросил о встречи. Мы с ним долго разговаривали. И знаешь, я убедился, что он тебя не обидит. Со мной еще успела поговорить твоя мама, угрожая разводом, если я не дам тебе своего благословения, - усмехнулся папа. Я стояла в шоке.
- Юнги встречался с тобой? - когда, интересно, он успел?
- Да. Я не одобряю его образ жизни, но он мне поклялся, что с этим все закончилось, - я знала об этом. Юнги мне сказал, что он все решил для себя, и что с криминалом покончено.
- Я знаю, - мы замолчали. Я не могла больше стоять и кинулась к папе в объятия.
Я так переживаю. Сегодня мы с Юнги решили, вернее, я решила, пригласить к нам в гости мою семью и семью Юнги. После моего разговора с папой прошла неделя, и квартира Юнги стала, как проходной двор. Сначала стала приходить мама, потом Чеён, Чимин. Юнги стал нервным, но терпел. Накрыть на стол мне помогла Джису. Мы с ней очень сдружились.
- Не переживай, все пройдет хорошо, - поддержала меня Джису. Она знает, как я переживаю за этот ужин.
- Я так волнуюсь, - нервно сжимала я руки.
Мы услышали, как пришли Юнги и Тэхен. Они зашли в комнату. Джису бросилась к Тэхену, а Юнги, молча, осмотрел стол и посмотрел на меня. Под его тяжелым взглядом мне стало неловко.
- Как тебе? - спросила я его.
- Нормально, - буркнул он.
- А как я выгляжу? - для этого вечера я специально купила себе платье. Очень хотелось понравиться его маме. Пусть мы и были с ней знакомы, но, как девушка Юнги, еще представлена не была.
- Нормально, - недовольно опять повторил он.
- Нормально!? - я и так вся на нервах, а он еще начинает раздражать.
- Дженни, ты же знаешь, что больше мне нравишься без одежды, - не меняя тональность, ответил он.
- Юнги! - повысила я тон. Ребята, поняв, что надвигается скандал, быстро покинули квартиру.
- Я не понимаю, зачем все это надо!? - теперь и он повысил голос.
- Я хочу познакомить наших родных. Что в этом плохого!?
- Все! Я просто хочу, хотя бы один вечер провести только с тобой. Вдвоем!
- Мы вчера были вдвоем!
- Даа!? И когда это? Это, случайно, не тогда, когда ты весь день болтала по телефону с Джису, обсуждая, что приготовить на ужин? Или когда остаток вечера обсуждала с мамой, какое платье ты купила!? - меня обидели слова и недовольство Юнги.
- Я это все делаю для нас! - крикнула я. На глазах навернулись слезы. Я вышла из гостиной, пошла в комнату. Через пять минут в комнату зашел Юнги.
- Прости, - сказал он присев рядом. - Просто, я уже забыл, когда мы оставались наедине. У нас постоянно кто-то находиться в гостях, - я поглядела на него. Ему тяжело даются все эти перемены в его жизни.
- Юнги, я знаю, тебе все это непривычно. Я обещаю, что сегодня будет последний ужин. Потом никаких гостей, только ты и я. Хорошо? - он поцеловал меня.
- Хорошо, - согласился он.
Первыми пришли мои родители и Чеён. Позже подошли Чимин и их мама. Я так нервничала. Она сначала была удивлена, увидев меня, но потом обняла и тихо прошептала на ухо: "Я рада, что это ты". И вроде все проходило хорошо, пока папа не начал говорить.
- Ну, и какие у вас планы, молодые люди? - мы с Юнги удивленно посмотрели друг на друга.
- В смысле? - спросила я папу.
- В прямом. Когда собираетесь пожениться? - Юнги в этот момент пил вино и, когда услышал этот вопрос, подавился, стал кашлять. Я постучала его по спине.
- Мы пока не собираемся жениться, - откашлявшись, ответил Юнги.
- Почему? Или ты думаешь, что я позволю своей дочери жить в грехе?
- Мы так живем уже больше месяца.
- Я про это и говорю. Так что решайте, ребята. Или вы женитесь, или Дженни переезжает обратно домой, - от этого Юнги стал злиться.
- Мы сами решим. И Дженни никуда не переедет, - я молчала. Но мне очень захотелось, чтобы Юнги стал моим мужем.
- А ты не хочешь, чтобы я стала твоей женой? - он перевел свои глаза на меня.
- Только не говори, что ты хочешь выйти замуж? - он уже был раздражен.
- Хочу. А почему ты не хочешь?
- Я не говорю, что не хочу. Может быть, когда-нибудь потом, - уклончиво ответил мне.
- Может быть!? Когда-нибудь!? Ты вообще офигел! - я, от возмущения, поднялась на ноги, тоже самое сделал Юнги. За столом наступила гробовая тишина.
- Не придирайся к словам! Чем тебе сейчас плохо!?
- Ничем! Я просто хочу замуж за тебя!
- Просто хочу!? А не много ли ты хочешь!? - мы, как всегда, стали кричать, не обращая ни на кого внимания.
- Нет, не много! Ты просто не любишь меня! Я тебе нужна только на время! - крикнула на него.
- Черт! - он психанул и вышел из комнаты. Я, изумленно, смотрела на дверной проем, куда только что вышел Юнги. Раньше он никогда так не делал. Я уже успела пожалеть, что продолжила эту тему. Потом он вернулся и с гневом посмотрел на меня.
- Ты хочешь замуж? - он старался спрашивать спокойно.
- Да, - тихо ответила я.
- Отлично! Через неделю мы распишемся! Все, довольна!? - опять повысил он голос.
- Довольна! А почему так быстро? Через неделю?
- Фак! Ты же хочешь замуж поскорей! - он не понимал моей тупости, так же как и я.
- Но, обычно, все женятся через месяц.
- Мне все равно. Когда захочешь, тогда и поженимся, - я обняла его. Мы спокойно сели обратно за стол. - Ты вьешь из меня веревки, - тихо прошептал мне на ухо.
И только сейчас я вспомнила, что у нас гости. Как всегда, когда у нас с Юнги начинается спор, мы забываем обо всем. Мне стало так стыдно.
- Извините нас, - смущенно проговорила. Они смотрели на нас, в их глазах был ужас и шок. Но я думаю, они со временем привыкнут к этому.
- Ну, если вы все решили, тогда будем готовиться к свадьбе, - довольно произнес папа.