4 часть
что он обжегся. – Виноват. Я и забыл, какие вы недотроги.
Он издевался надо мной: я так ясно расслышала эти нотки в его голосе, что меня пронзило острое недоверие и даже в какой-то степени разочарование.
– Оставь меня в покое, – сказала я, делая шаг в сторону.
– Почему? – Ухмылка на его лице казалась острее лезвия заточенного ножа. – Вы слишком святые для того, чтобы общаться с неверными? Может, руку мне отрубишь теперь?
У меня в душе все перевернулось. Меня как будто предали, что весьма смешно, учитывая, что я знакома с ним всего несколько минут.
Но какая надежда возникла за столь короткий срок!.. И с каким треском она разбилась.
– Да пошел ты... – процедила я.
И, не оставив ему времени ответить, влетела в школу с желанием никогда в жизни его больше не видеть.
* * *
Я сидела в столовой и пыталась всеми силами игнорировать урчание в животе. Желудок требовал еды, но мозг и гормоны глушили голод. Я лишь пялилась в открытое окно, из которого дул свежий воздух, отпивая немного апельсинового сока из своего стакана.
Остальные уплетали ланч за обе щеки, некоторые даже не пережевывали еду тщательно. Ученики, разумеется, болтали во время трапезы без умолку, будто молчание в течение единственной минуты способно свести их с ума.
Как правило, подростки любят сбиваться в кучки или же дружить парами. Вот и в столовой было так же. Одна я сидела за самым дальним столом и игнорировала это дурацкое правило.
Пока ко мне вдруг не подсела Руби – та самая девочка, заговорившая со мной первой. Пожалуй, она единственный приятный здесь человек.
– Привет! – поздоровалась Руби, поставив свой поднос с коробкой клубничного молока, парой сэндвичей и зеленым яблоком. – Надеюсь, не помешала? Помешала, можешь идти по своим делам, – хотелось сказать мне, но я всегда старалась быть вежливой с теми, кто вежлив со мной, поэтому оставила эту грубость в своих мыслях.
– Нет, – ответила я. – Все нормально.
– Почему ты не обедаешь? – Она кивнула в сторону моего одинокого стакана с соком.
– Нет аппетита.
– Дай угадаю. – Девушка повернулась назад и сразу же указала рукой на сидящих за столом Кристину, Честера, Руфа и Элиаса, которых я почему-то не заметила. – Из-за них, да?
– Нет, – честно ответила я.
Ну, отчасти честно.
– Я же знаю. Они тут любители издеваться над новичками. А ты еще и в этой одежде... Они просто не могли пройти мимо. Особенно Кристина.
Я посмотрела на компанию друзей и вспомнила наш утренний диалог.
– Ты, главное, не огорчайся...
– Я не огорчаюсь из-за таких глупостей, – безразлично произнесла я и отпила немного сока. – Меня сложно чем-нибудь задеть.
– Это здорово! – Она искренне улыбнулась. – Тогда ты в нашей школе выживешь.
– Руби! – донесся до нас громкий голос парня, который выискивал свою девушку глазами по всей столовой.
– Я здесь! Иди сюда! – крикнула в ответ та.
Тогда к нам подошел ее высокий бойфренд, с которым я уже успела познакомиться в первый школьный день. Сейчас он был одет во все черное: кожаная куртка, джинсы, майка, а на голове была повязана бандана с изображением черепа. Казалось, что он из кожи вон лез и старался выглядеть как какой-нибудь плохиш из фильмов.
– О, привет, – неуверенно поздоровался он, словно считая свое приветствие чем-то не совсем законным. – Как дела?
– Нормально, – ответила я.
Он поставил свой поднос на стол, и мы образовали мини-компанию друзей, ничем не отличавшуюся от тех, кто обедал вокруг нас. Моя интровертная сущность бунтовала.
– Ее обижает Крис, – сказала Руби своему парню, и тот посмотрел на меня с сочувствием.
– Я могу с ней поговорить, – произнес Рэй таким голосом, будто был королем всей школы и именно он решал подобные проблемы.
Мне совсем не хотелось казаться нытиком и ябедой, поэтому я быстро поблагодарила его и сообщила, что мне совершенно плевать и на Кристину, и на ее тупоголового дружка Честера.
– Ты не знаешь их так хорошо, как мы, – вдруг произнесла Руби и с жалостью посмотрела на меня. – Однажды Кристина избила Челси Спроус. Очень тихая и скромная была девочка, и компашка этим воспользовалась. Честер заманил ее в душевую, а там поджидала Кристина. Оставила кучу синяков и облила газировкой. Представь себе! Челси пролежала несколько часов без сознания, пока ее не нашла другая ученица. А главное, Крис ничего за это не было, как и Честеру. Они ведь могут делать все, что вздумается, а учителя закрывают глаза. Этим они и опасны.
Вновь взглянув через ее плечо, я заметила, как Кристина целовала своего парня в губы прямо на глазах у всех и как это проигнорировала учительница, проходившая неподалеку. Кристина с омерзением провожала взглядом проходивших мимо нее ботанов, мальчиков и девочек не в самых дорогих нарядах и не самой привлекательной внешности, и я видела настоящую злобу в ее глазах и знала, что все это неспроста.
Обычно такими становятся после глубочайшей травмы. Но если Кристина попытается нанести мне какой-то вред, то у нее уже появятся вполне реальные, но уже физические травмы. В этом она может быть уверена.
Потому что я не Челси Спроус и никому не даю себя в обиду.