17 часть
1992 год. Казань. 10 сентября. 07:30
Уже повзрослевшая Ксюша сладко сопит в кровати, не желая просыпаться. С последней встречи с Москвой прошло уже 6 лет.
Ещё в 86-м, в конце обучения, её распредили именно в Казань, мол, сотрудников не хватает, и всех массово отправляли, не желая слушать мнение студентов.
За несколько лет Главарёва уже привыкла к этому месту. Бесконечные замесы и воровство окутывали город. А Ксении повезло ещё больше — попасть именно в самый опасный район, где даже на мусоров плюют, и, несмотря на государственное лицо, бьют ему прямо в морду.
Ну, девушке ещё повезло, что она женского пола, и пока не так страшно.
Телефон резко зазвонил, прерывая холодную тишину. Девушка недовольно, сонно, но всё же поднимает трубку, снимая с языка быстрое и заученное «Ксения Главарёва у аппарат», а затем «Поняла, через полчаса буду».
Разговор по телефону неистово взбодрил её. Вставая с кровати, девушка чувствует, как её держат за руку.
— Куда так рано? — сонно прозвучало с уст юноши. Упираясь в подушку, он держал её за руку.
— На работу, Марк, она-то у меня есть, в отличие от некоторых. — Мужчина недовольно простонал и отпустил её.
Уже через обещанные полчаса девушка стояла в кабинете начальницы, не понимая, к чему такая спешка.
— Садись, Главарёва, у нас с тобой будет увлекательный разговор! — приказным тоном говорила Валентина Александровна.
Девушка села по приказу начальницы, вдобавок ноги утром не держали.
— Знаешь, нам тут из Москвы звонили. Поведали, как ты практику проходила...
Девушка туго вздохнула. Её начальница — женщина беда. Почему-то именно к Ксении у неё предвзятое отношение. Может, потому что она встречается с её сыном? Скорее всего.
Из своих же мыслей девушку вывел строгий голос начальницы.
— Ты меня слушаешь вообще? Тебя отправляют в Москву по делу 86 года. Сегодня вечером рейс, в конверте билет. Не опозорь нас.
— Я-я не поеду. — Вспоминая, как в прошлый раз приняла её прокуратура Москвы, девушке не хотелось трогать едва зажившую рану.
Начальница, конечно, с этого разбушевалась.
— Не поедешь — лишу премии, — сквозь зубы прошипела та.
Девушка лишь прикусила губу, чтобы не сказать чего-то, и забрала конверт.
«Как теперь сказать Марку, что я снова уезжаю...»
С юношей они познакомились ещё год назад. В этот день планировался обход по школам и детским садам. В последнее время матери часто начали доносить о побоях со стороны учителей и воспитательниц.
Валентина Александровна отправила своего сыночка с Главарёвой, мол: «может, чему новому научится»
Искра пробежала слишком быстро, как только они сели в служебную машину. С тех пор Марк стал часто заглядывать к матери на работу под предлогом узнать, как у неё дела, и т.п.
Через месяц таких заходов блондинка всё же согласилась пойти с ним на свидание, а затем они стали жить вместе в квартире Ксении.
— Командировка снова? Это уже седьмая за полгода! — Стоя в спальне, русый возмущался частыми командировками девушки.
Ксюша молча закидывала две блузы в чемодан. Недовольство в свой адрес она слышала от Марка постоянно.
Последние три месяца стали просто невыносимыми в их отношениях. Ксюша знала, что он в поиске работы, но затянулось это на долго.
— Давай я поговорю с матерью, она сократит тебе командировки.
Подходя к телефону и набирая знакомые цифры, предложил Марк, но сразу почувствовал тëплую руку девушки на своей.
— Меня лишат премии, если не поеду.
Ксюша посмотрела в его глаза надеясь увидеть в этих глазах доверие и любовь.
— Ну ты же понимаешь, что если ты уедешь, то это последняя капля.
Глаза девушки непонимающе посмотрели на него. Такие слова от парня она слышала впервые.
— Марк, это не справедливо.
— Я всë сказал: твоя работа мешает нам жить.
Уже через два часа девушка поднималась по лестнице к борту самолета. На нëм она ехала не первый раз, но сердце всë равно стучало.
Найдя своë место, девушка села возле окна. Ей приятно повезло. Посмотрев на часы, подаренные молодым человеком, большая стрелка доходила до двенадцати часов ночи.
«Ну, с Богом!» — подумала она, и самолëт взлетел. Соседи ей достались не лучшие. Очень важный мужчина, видимо, желающий сидеть возле окна, часто смотрел в еë сторону, из-за чего ощущения "личного пространства" вообще не было.
Всë же уснуть через 15 минут ей удалось. Сон перемещался с мыслями. Словно вспоминая прошлое и то, что тогда чувствовала, Главарëва не давала себе хорошо отоспаться.
Отрывки с обыска леса, где всю ночь они искали Андрея. В темноте она снова увидела того мужчину, неопрятного в рубашке с лохматыми волосами. Сергей Головкин.
Да, он снился ей не впервые. Скорее, раза три, если не больше, но девушка смахивала всë на то, что с таким делом она впервые и что это нормально.
Шесть утра. Главарëва проснулась от звука рядом с ухом; как позже выяснилось, это был мужской голос еë соседа слева. Мужчина по указанию стюардессы разбудил её.
Спустившись с борта самолëта, девушка подошла к стационарному телефону, что висел во всех аэропортах страны, Ксения заплатила 15 копеек и набрала номер телефона.
Девушка достаточно долго слушала гудки. А затем послышался сонный голос Марка.
— Алло, привет, я долетела, — таким же сонным голосом ответила ему девушка. Разговор их надолго не затянулся — лишь короткое "я тебе всë ещё дома сказал, пока". А затем гудки. Неудивительно.
В последнее время командировок было слишком много. Так что девушка приходила домой, чтобы только поспать. Соответственно, с Марком ничего, как раньше, уже не было. Он либо гулял весь день со своими друзьями, либо спал дома. Иногда девушка думала что у них ничего быть и не могло из-за разницы в возрасте.
Быстро вытерев слезинку с щеки, девушка села в такси, указала адрес Одинцовской прокуратуры и откинулась на спинку сидения. Почему-то сердце стучало всë резче. Блондинка сжала губу. Некие переживания всё же были, от них не избавиться.
На входе еë встретил молодой юноша возраста, наверное, как Марк. Он сразу заметил Ксению и спустился вниз по ступенькам к ней.
— Здравствуйте, вы ли Ксения Главарëва?
— Я ли? А вы что-то хотели? — Мужчина был на 10 сантиметров еë выше, из-за этого лицо разглядеть не вышло.
— Меня зовут Андрей Звягинцев, я тут на практике; меня отправили вас встретить, кабинет показать и к делу ознакомить. — Было видно, что парень сильно переживает. Девушка кивнула, и они прошли в помещение, затем в кабинет.
Надо сказать, что за столько лет тут не очень-то что поменялось. Лишь кабинет другой предоставили. Ну, это скорее всего из-за повышения Козырева с Боковым.
— Позавчера вечером пропал мальчик Ваня лет так 10. Пошëл с друзьями играть в автоматы и не вернулся. А вчера нашли его тело, висящее словно ангел, меж двух бëрез. Кстати, на том же месте, где в 86-м нашли труп первого мальчика. Друзей пока не нашли.
— Да, одним словом, жуть! И что по этому поводу Боков думает? — открывая папку с делом, девушка рассмотрела фотки погибшего Вани. Разорвали его, конечно, знатно, аж бросало в жар.
— Евгений думает, что Фишер вернулся, а Козырев пока ничего, но говорил мне, что из-за этого дела спать не может. — Услышав о догадках Евгения, блондинка сразу подняла взгляд на стажëра, а затем обратно в дело.
— Впринципе они вам скоро всë сами расскажут - с этими словами мужчина вышел из кабинета.
Оставаясь в полном одиночестве Ксения вдруг запаниковала. Как еë примут старые знакомые и что вообще им говорить. Думать долго не пришлось через пару минут послышались шаги, а затем открытие двери.
— А ты шо здесь сидишь, красотка?
Не такой реакции на своë возвращение ожидала Ксения, но ничего привыкли.
— Вас жду, Евгений Афанасьевич. Думаю, когда вы придёте в курс дела, меня введёте — сердце всё же застучало. Прошло 6 лет, а такое чувство, будто один день. Козырев костюм сменил, подороже стало.
— А шо тебя Звягинцев в дело не ввёл?
Поставив руки по бокам, Евгений рассматривал её лицо, пытаясь вновь её запомнить.
— Хотела мнение экспертов услышать.
Улыбнувшись, девушка задержала взгляд на мужчине в ответ.
— Так давайте мнение экспертов в машине послушаем, сейчас ехать пора.
Суетясь, также потарапливал других Козырев.
***
— Так во сколько вы труп нашли?
Все трое уставились в окна рабочей машины, задумываясь о своём.
— В час ночи на том же месте, где первый труп в 86 нашли.
— Ты думаешь, Фишер вернулся?
Поворачиваясь в сторону ростовского, удивлённо спросила та.
— Я думаю, что почерк убийства похож.
Машина остановилась возле районной школы Одинцова.
— Так когда вы в последний раз видели ребят?
Стояли они в коридоре на втором этаже. Пышные шторы красиво прикрывали окна коридора. Дети бегали, а фикусы валялись в углу.
— Позавчера все четверо в школе были. А ни вчера, ни сегодня ни одного не было. Матери их не отвечают на звонки. Но вы знаете, Ваня же на класс младше. Понимаете, у него мать такая добрая, порядочная, она сама позвонила, спросила, не знаем ли мы, где её сын. А Ваня вечно с этими тремя водится — плохой пример ему подают.
Позже они также опросили их одноклассников и матерей. Большинство, конечно, толком ничего не сказали, поскольку многие работали и домой приходили лишь поспать.
Стрелка на наручных часах уже доходила до двенадцати, когда труппа уже курила возле входа прокуратуры.
— Чё, может, выпьем за то, что снова вместе? — с улыбкой спросил Козырев, пытаясь создать дружескую атмосферу в коллективе.
— Ага, может, сразу в бар с караоке? Ты шо, дело закрыл или всех троих нашёл? А то что-то я не вижу каких-то действий от вас обоих. Ты давай-ка, Валера, поезжай по адресу, там подруга всех четверых живёт. Её опроси, что узнаешь — позвони.
Валера, конечно, стух, и его улыбка пропала. Ксения собиралась уже уходить вслед за Козыревым, но её остановил голос Бокова.
— Главарёва, а ты куда? — девушка даже не знала, хотела ли она с ним говорить. Вроде столько лет прошло, и оба выкинули те чувства симпатии из головы, но что-то снова предательски трепетало в ней.
Девушка остановилась, ожидая, что будет дальше.
— А ты куда собралась? Есть где спать?
Конечно, Боков пытался вывести это в юмор, но неловкое молчание между ними всё испортило.
— Ну с мамой я не общаюсь, это вы знаете, но на такие случаи отель есть. Была бы благодарна, если подскажете, какой лучше.
— Зачем в отель? Можешь у меня, как раньше, нас же повысили, квартиру дали.
— Как раньше уже не будет, как минимум у вас жена дома.
— Она умерла ещё пять лет назад.
Ксюше стало стыдно за свои слова, и в воздухе повисла неловкая тишина. Видно, что Евгений старается отпустить этот этап своей жизни.
— Извините, не знала. Поехали, поехали к тебе.
// я не знаю что писать, вы ждали два месяца и мне за жто стыдно. Простите меня пожалуйста