4
День прошел не заметно. После этого мы с Лешей особо не общались. Но.. Зайдя в комнату на моем столе лежала записка:
«Увидимся в полночь»
Стоит ли мне идти к нему в полночь? Он хочет поговорить о том что сейчас между нами? Я ходил по комнате в раздумьях стоит ли идти к нему. Это все очень странно. Ведь между нами что то есть! Какая то искра? Значит, он должен зайти в мою комнату или мне пойти к нему? Ожидание станет пыткой.
Я пойду к нему!
Я зашел в его комнату, и увидел Лешу сидящего на кресле. Свет не горел. Почему он сидит в темноте?
- Я так рад, что ты пришел, - сказал он. - Я слышал, как ты ходишь по комнате, я думал, что ты передумал и собираешься лечь спать.
- Я, передумал? Как я мог не прийти.
Было странно видеть его таким неуверенным, суетливым. Я ожидал шквал насмешек, и поэтому нервничал. Я достал одноразку и начал парить
Мы оба говорили шепотом.
Леша тоже достал чарон и тоже начал парить
- Не знал, что ты куришь.
- Иногда. - Он подошел к кровати и уселся посередине.
- ты в порядке? - спросил он
- я в порядке
Не зная, что еще сказать или сделать, я пробормотал:
- Я нервничаю.
- Я тоже.
- Я сильнее.
Он попытался улыбнуться, чтобы разрядить напряжение.
- Дань, давай честно. Ты гей?
Вот это поворот. Я начинаю нервничать еще сильнее. Неужели он догадался о моих чувствах?
- Ты загоняешь меня в угол
- Почему я загоняю тебя в угол?
я молчал.
Сердце билось так быстро, что я не мог говорить связно. Мне даже не было стыдно за то, что я краснел. Ну и пусть он знает, пусть.
- Это может стать большой ошибкой
- Может? - спросил я.
- Да, может. Я не собираюсь делать вид, что не думал об этом.
- ты думал о том гей ты или нет?
- именно - он так легко это говорил, а я сгорал от стыда
- Никогда бы не догадался
- Да, думал. Представь себе!
- Я смогу притвориться, что мне все равно.
- Это мы уже знаем, - тут же обронил он.
После этого мы сидели молча. Я сел ему на колени и обнял. Я так и не ответил на его вопрос.
Он обнял меня в ответ. Так приятно находится в его объятиях. Мне нравилось обнимать его.
- Это делает тебя счастливым? - спросил он.
Я кивнул, как и прежде надеясь, что он поймет мой кивок без слов.
Его рука не поглаживала меня, не сжимала крепко. Последнее, чего я хотел в ту минуту, это дружеского жеста. Поэтому, не отстраняясь, я слегка ослабил объятие на секунду, достаточную для того, чтобы запустить руки под его незаправленную рубашку и возобновить объятие. Я хотел чувствовать его кожу.
- Ты уверен, что хочешь этого? - спросил он, как будто только это до сих пор удерживало его.
Я кивнул.
Я лгал.
К тому моменту я совсем не был уверен. Я спрашивал себя, как долго продлиться мое объятие, когда один из нас устанет от этого. Уже скоро? Позже? Сейчас?
- Мы не поговорили, - сказал он. Я пожал плечами, мол, ни к чему. Он приподнял мое лицо обеими ладонями и посмотрел на меня
- Можно тебя поцеловать? - Что за вопрос, после нашего поцелуя на скамейке! Или он стер прошлое, и теперь мы начинали все сначала? Я не ответил. Даже не кивнув, я коснулся его губ своими. Вдруг показалось, что нас больше ничего не разделяет, на секунду перестала существовать даже разница в возрасте, мы были просто двумя целующимися мужчинами. Интересно вспомню ли я об этом с грустью? Или со стыдом? Или с безразличием?
Я решил забраться под одеяло. Мне нравился его запах. Я хотел наслаждаться запахом.
Мне даже нравились лежащие на кровати вещи, которые он не убрал. Он тоже забрался под одеяло и, прежде чем я успел сообразить, начал раздевать меня. Я беспокоился о том, как буду раздеваться, если он не поможет. Но его действия решили проблему. Он произносил шепотом: «Давай, снимай», что рассмешило меня, и вдруг я оказался полностью обнаженным, ощущая членом вес одеяла, и на свете не осталось ни одной тайны, потому что желание оказаться с ним в постели было моей единственной тайной, и теперь я делил ее с ним.
Было восхитительно чувствовать под простынями его руки на своем теле. Он все еще был одет, а я нет. Мне нравилось быть обнаженным перед ним. Он поцеловал меня опять, потом снова, на этот раз страстно, как будто тоже, наконец, перестал сдерживаться. В какой-то момент я осознал, что он тоже обнажен, хотя я не заметил, как он разделся, но вот он здесь, прижимается ко мне всем телом.
Я отвернулся, потому что он пристально смотрел на меня, и я знал, что покраснел, что скривил лицо, но все же хотел, чтобы он смотрел на меня, даже если это смущало. и хотел в ответ смотреть на него.
Я был готов, но все-таки хотел оттянуть момент, потому что знал, что пути назад уже не будет.
Когда это случилось, все оказалось не так, как я представлял.
У меня возникло желание остановить его, и заметив это, он спросил:
- ты хочешь чтоб я остановился? - однако я не ответил или не знал, что ответить.