Глава 14. - Тревожность?
Утро для Хëнджина началось не очень. Сначала он проспал будильник, из-за чего его будить пришлось Кками, который, к слову, вообще то должен был уже давно быть выгуленным. Хван сначала свалился с кровати, а потом понял, что опаздывает, из-за чего рванул в ванную несмотря на больную от удара пятую точку. Делал он всё второпях - времени до начала рабочего дня осталось всего полчаса. А ему еще нужно было доехать до офиса.
Рубашка, которую он вчера вечером специально погладил, была в пятне от утреннего кофе, потому что его любимый пес уж очень просился гулять. Поняв, что времени гладить другую рубашку уже нет, хватает кофту и надевает на себя. Даже толком не позавтракав, парень выгуливает собаку, моет лапы, хватает сумку с ключами от машины и выбегает из дома.
До работы он добирается быстро, хоть и чуть не упал, когда вылезал из автомобиля. Крис наверняка сейчас зол, ведь в его манерах - чтобы все всегда приходили вовремя. Поэтому сам приходит за час раньше до работы. А может и вообще не уходить. Так что, забегая на быстрых ногах в здание, второпях поднимаясь на нужный этаж, Хëнджин чуть ли не сталкивается с Чонином, который нес в руке кружку с горячим кофе. Ему сегодня на кофе вообще не везет.
- Прости! - Виновато вопит старший, в то время как коллега слегка тушуется.
- Всё хорошо, - успокаивает он. - Мог бы и не торопиться, Чана сегодня нет в офисе.
- Как нет?
Младший ставит кружку на свой стол, а Минхо, повернувшись на своем кресле, выдал:
- Он сказал Лие, что его не будет весь день, потому что ему нужно срочно куда-то уехать. Привет.
- Привет, - поздно здоровается Хëнджин, занимая свое место. Могло ли у Криса случится что-то серьёзное? Он бы не позволил себе оставить свой офис на целый день.
Чан - был трудоголиком. Он всегда всё делал сам, не оставлял работу недоделанной и относился к ней с полной ответственностью. Он настолько любил свою работу, что мог наплевать на свое здоровье, но он сделает все до последнего. Поэтому часто ходил с синяками под глазами, весь уставший и на совещаниях часто путался в словах, из-за чего Лие - его секретарше - приходилось помогать ему формулировать предложения. За это он часто благодарил ее и ценил.
Сделав пометку на стикере, Хван прикрепил ее к рабочему столу и устало выдохнул. Мысли о мужчине не давали покоя. Сколько он себя знал, то всегда волновался за весь свой коллектив, и не важно кто это был: коллеги или начальство.
Хëнджин наделялся, что старший вернутся после обеда, но от того не было ни слуха, ни духа. С утра он поговорил с Феликсом, тот ответил, что сегодня он не сможет увидеться с ним, потому что у него возникли сложные дела по работе. Брюнет пытался выудить из парня причины проблем на работе: не ожидается ли кто его, не нагружает ли начальство? За что младший попросил его не волноваться и что будет писать каждую свободную минуту. Хëнджину было очень это необходимо.
- Хëнджин, ты закончил? - В сотый раз спросил парня Минхо, когда тот возился с чертежами. Они были давно готовы, вот только сам Хван летал где-то в своих мыслях.
- А, да, закончил, - он быстро пришел в себя и отдал папку другу. Тот сощурился, но папку взял в руки. Однако уходить не собирался. Облокотился боком об перегородку между столами и вопросительно взглянул.
- У тебя всё в порядке? Выглядишь каким-то задумчивым.
- Забей. Я сегодня сам не свой. Проспал, облил рубашку и чуть не выпал из машины. С ноги не той встал что ли.
Ли тихо хихикнул, кивнув.
- Хочешь кофе?
Небольшая веранда в их офисе была чем-то необычным. Они всегда выходили туда на обед или чтобы обсудить какие-то важные детали по работе на свежем воздухе, потому что, как говорил Чан, - лучше думается всегда на свежем воздухе. Но для простых посиделок во время обеденного перерыва эта веранда становилась для них местом их уединения. Помимо цветов здесь был небольшой диванчик с подушками, пару кресел, расставленных вокруг маленького стола. Вид с веранды был очень красивым.
- Как у вас дела со своими половинками? - неожиданно интересуется Минхо у двух друзей, из-за чего Чонин давится кофе, а Хëнджин приподнимает бровь.
- О чем ты? - спрашивает он.
- Знаете, вообще-то я самый старший из вас, но, почему-то хахали есть у вас.
- С чего ты решил, что у меня есть «хахаль»? - сделав кавычки пальцами, спросил Чонин. Его носик слегка покраснел, как и щеки. Хëны всегда дразнили младшего этим, а потом получали по шее сильной рукой. Ян хоть и казался милым, но удар его сильнее старших будет.
- Да так, предположил, - усмехнулся Ли, глянув на Хвана. - А у тебя что с твоим Феликсом?
- К чему ты интересуешься? - хмурится тот, отмечая какой-то подвох.
- Твои сны, что ты рассказывал мне, не беспокоят больше тебя? Думал, что они были связью вашей с ним встречи?
- Я начал высыпаться благодаря ему. Не поймите меня не правильно, но у него какая-то скрытая способность. С ним всегда хочется спать и обнимать как плюшевого мишку. С ним.. спокойно?
Ребята внимательно слушали друга, который поддался в рассказ своих чувств, что скопились внутри него за все время.
- Его улыбка как солнышко. Освещает все вокруг. И если мой день не удался - одна его улыбка, и я счастлив. Не знаю, как это работает, но мне это чертовски нравится. Когда я показал ему рисунки, которые я нарисовал из снов, он расплакался и сказал, что я ему тоже снился. Что мы вместе то ли гуляем, то ли сидим на поле где-то, и фотографируемся. Я тогда слушал его не переставая.
- Боже, только не надо этих соплей! - воскликнул Минхо, поднимая руки. Чонин посмеялся.
- Но ведь ты сам спросил меня, - улыбается Хëнджин, хихикая и наблюдая за другом.
- Но не это же!
Двое смеялись, пока третий все еще морщился от противных воспоминаний. Ему не нравились все нежнятины, поцелуи и сюсюканья, но от одного представления становилось тошно. А друзья не могли понять - от зависти это или от чего-то другого.
- А ты не хочешь ничего рассказать? - решает перевести тему самый старший, глянув на Чонина.
- А что я должен рассказать?
- Что, даже не скажешь, с кем это ты подружился? Что даже пёсика его выгуливаешь.
Лицо Хвана вытянулось, а Минхо усмехнулся. Чонин покраснел еще больше.
- Погоди, у Сынмина собака есть? - удивляется брюнет.
- Да.
- Ты его знаешь?
- Мы как-то встретились в кафе, - неловко поясняет Хëнджин. - мы с Феликсом пришли поесть, а Чонин с Сынмином сидели там. Ну и познакомились.
- Значит вы уже и гуляли вместе? - хмыкнул. - И кем работает этот Сынмин?
- Он коллега Феликса. Работают вместе.
Чонин, казалось, сейчас краснее любого помидора. Он не так чтобы скрывал от друзей своего нового друга, просто никто об этом не спрашивал, а он решил, зачем говорить? Если спросят - ответит. Лишняя информация для ушей не нужна. Хëнджин-хëн ведь знает? Знает. Вопросов не задает, и на этом спасибо. А вот как вести себя с самым старшим хëном он не знал. Он старался всегда заботиться о младшем, поэтому важные разговоры для них были чем-то ценным. Советы и просьбы - не важно что, они всегда помогут друг другу. Как братья.
- А ты не планировал бы себе найти кого-то? - спрашивает Чонин Минхо, который развалился на диване, потягивая из трубочки кофе.
- Нет, - мотает головой. - Мне и одному хорошо. Скрашу вашу однообразность своим холостяцким образом.
- Ну спасибо, - смеются младшие.
Их смех прерывает телефонный звонок Хëнджина. Феликс освободился и решил позвонить, чтобы поболтать пару минут. Хван оставляет друзей, берёт телефон и выходит за стеклянную дверь, чтобы дать им поговорить и самому не мешать.
- Привет, - слышится из трубки слегка грубоватый голос, но очень родной.
- Привет. Как ты?
- Всё хорошо. Еле как нашёл свободную минуту, вырвался.
- Устал?
- Немного. А ты как? Как на работе дела?
- Я в порядке. Сидим с Чонином и Минхо. Последнему стало интересно, как наша с Чонином личная жизнь продвигается.
Феликс на том конце посмеялся.
- Он серьёзно напрямую об этом спросил?
- Ага. А когда мы ему задали этот вопрос, он ответил: «скрашу вашу однообразность своим холостяцким образом».
- Однообразность?
- Чонин рассказал ему про Сынмина. А он краснеет, отвечает, что они просто друзья. Минхо иногда такая заноза в заднице.
- Я рад, что вы весело проводите время, - как-то устало проговорил блондин, тяжело вздохнув. - Скучаю очень.
- Я тоже. Может, мне приехать вечером?
- Не стоит. Я, скорее всего, как приду домой, отрублюсь. Лучше посплю, чтобы потом наслаждаться временем, проведенным с тобой.
- Мне и со спящим тобой хорошо, - пожимает плечами брюнет, прижавшись спиной к стеклу.
- Ну уж нет. Хватит, - смеётся.
- Ты ел?
Наступает секундное молчание, прежде чем Феликс заговорит:
- Да. Я поел, не переживай.
- Я могу отправить тебе что-нибудь.
- Прекращай. Я и так скоро как колобок буду. Любить меня перестанешь.
- Ещё чего. Я тебя и колобком любить буду. У тебя щечки милые, так и хочется их затискать.
- Хватит, я же сейчас как помидор буду!
- Я этого и добиваюсь.
- Черт ты!
- А сам то? Ангелочком притворяешься?
- Не я назвал себя так, заметь, - в его голосе слышна усмешка.
- Всё равно ангелочек.
Отключатся обоим не хотелось. Продолжать разговор тоже. Молчание для них было лучшим средством. Хотя нужно было говорить, потому что снова долгие часы расставания заставляют чуть ли не ползать по стене, но слов не было. Поэтому они просто молчали, наслаждаясь дыханием друг друга.
- Феликс Ли, вам пора на осмотр, - вдруг пронеслось в трубке, из-за чего Хван нахмурился.
- Осмотр?
- Это просто.. по работе.
Хëнджин не верил. Вот вообще не верил. Феликс никогда не умел лгать, даже сейчас пытался соврать, но ничего не получалось.
- Я тебе напишу вечером, ладно? Люблю тебя.
- И я тебя, - бросил напоследок брюнет, перед тем как Ли сбросил звонок.
Чувство какой-то не договорённости сжало внутри. Оставшуюся половину рабочего дня Хëнджин провёл в своих мыслях.