Возвращение в суету
Город будто стал другим, после отдыха на природе. Иногда нужно лишь выехать за пределы этого городского колеса, чтобы жизнь в тебе зародилась вновь.
Стефан этим утром пребывал в самом прекрасном расположении духа, чего не бывает в обычные дни. На работе его наградили прозвищем, которое как считали самым выгодным для него. Слово «весельчак» не всегда побуждало весёлые последствия. Стефан всегда был очень грустным. Но это касалось лишь работы. Не смотря на это, он делал её качественно. Самые невероятные и восхитительные коктейли были лишь в баре у побережья Балтийского моря. Здесь всегда хватало людей и чаевых. Поэтому Стефан не был приятной компанией для своих коллег. Ему хватало общения с клиентами. Ведь каждый приходил излить душу бармену, который ему делает какой-нибудь напиток. Зачем нужны психологи, которые не наливают? В то время, когда есть бармен, который делает приятное с полезным? Так думал каждый человек, приходя в бар, в котором трудился днями напролёт Стефан Гутенберг. Он выслушивал всех, кто к нему приходил исповедаться, давал нужные советы. Он спас многим жизни во всех смыслах. Да вот его жизнь катилась к чертям. Об этом он не говорил никому. Он из тех людей, которые предпочитают тихо умирать внутри себя, нежели рассказывать другим людям, что переживают кризис души.
Вечером к нему заглянули его друзья. Руди и Лу.
- Привет, давно не виделись! - Руди поприветствовал крепким рукопожатием Стефана.
- Да уж, очень давно, - ехидно сказал Стефан. - Вы чего здесь?
- Мы что не можем заглянуть в гости к своему другу? - Луиза тоже улыбалась, время от времени глядя на свой палец с новым кольцом.
- Ладно, присаживайтесь, я вас угощу. Чего вам налить? - поинтересовался Стефан.
- Тёмного пива и Альстер, пожалуйста, - довольно попросил Руди.
- Хорошо, один момент. Итак, когда свадьба?
- Мы пока думаем. Надо столько всего сделать. Стеф, это же не делается в одночасье. Как будто у нас и без того мало дел. Но мы счастливы, верно дорогая?
- Я не жалуюсь. Я очень счастлива!
- Ещё бы, - тихо сказал Руди.
В это время личный бармен молодых людей преподнёс их холодные напитки.
- Надеюсь свадьба будет в Германии?
- А где же ещё? - уточнил Рудольф.
- Ну мало ли, девчонки обычно хотят на Мальдивах, или ещё где на берегу моря. - уточнил Стефан.
- Конечно, я бы хотела на берегу моря, но чем тебе тут не красота? Зачем куда-то ехать, когда у нас свои Мальдивы? - Луиза зачем-то объяснялась.
- Кстати да, ты права. Я об этом даже не подумал! - Стефан увёл взгляд на зашедших клиентов и отошёл.
Очередной клиент завлёк бармена беседой, и ребята не стали его ждать, расплатились с другим барменом и ушли, помахав на прощанье.
Когда последний клиент покинул заведение, дверь словно навсегда закрылась изнутри. Стефан остался один на один с новенькой коллегой для уборки бара. До этого он почему-то не осмеливался с ней начинать разговор. Как она потом призналась, что не начинала первая разговор из-за других ребят. Они пустили дурные слухи, о которых ей стыдно говорить. Позже оказалось, что девушка по имени Александра Возняк, полячка по натуре, ещё два года назад приехала из Польши на заработки, но так и осталась в Германии. Она кочевала из одного бара в другой. Из одного города в другой. После долгого и насыщенного разговора молодые люди всё же разошлись по домам для подзарядки. Будто человек это такое же устройство, как и телефон, который каждый вечер необходимо ставить на зарядку. Слова девушки надолго засели в голове у Стефана. Он не мог понять, что там за дурные слова его коллеги распространили мимо него.
Закрыв глаза, он видел тёмные глаза Александры, которые манили его по непонятным причинам. Девушка, как вампирша его загипнотизировала и он мог думать только о ней. Её тело, как скульптура, было очень аккуратно высечено из мрамора, стоило только об этом подумать и Стефан покрывался мурашками. Волосы чудной лесенкой падали на плечи и покрывали пол лица. Молодой человек пытался отвлечься от мыслей о ней. Он включил телевизор, поставил таймер и в один прекрасный момент не понял, как всё же уснул.
Конечно до кинотеатра дело так и не дошло. Агнет, как и прежде, пошла одна. Проще было что-то придумать и идти одной, чем ждать, пока все будут созревать и не пойти вообще.