Чужая жизнь Сабрины

Константин не спешил покидать особняк. Его покорность была тщательно сыгранной ролью, за которой скрывался единственный план — найти Сабрину. На следующее утро, дождавшись, когда Джордж и Майкл ушли с головой в работу, закрывшись в кабинете, он под предлогом прогулки снова направился к гостевому домику.
На этот раз дверь была не заперта. Сердце его учащенно забилось, когда он вошел внутрь. Но внутри было пусто. Слишком пусто. Ни одежды, ни личных вещей, ни следов чьего-либо пребывания. Лишь стерильная чистота и запах хлорки. Его охватило леденящее чувство провала. Они вывезли ее. Ночью, пока он спал, люди Джорджа переместили ее в другое место, и он снова опоздал.

Вернувшись в главный дом с каменным лицом, Константин застал брата за кофе. Тот, сияя, похлопал его по плечу.
— Вот и отлично, что ты уже в деле. Мне нужна твоя помощь с одним вопросом. У меня появился молодой, дерзкий соперник. Подает большие надежды, черт возьми. Народ его любит. Нужно срочно искать на него компромат.
Константин почувствовал, как внутри все сжимается. Он снова погружался в это болото.
— Я понимаю. Я займусь этим вопросом.
— Прекрасно! — Джордж был доволен. — В этом тебе поможет Майкл. Он уже кое-что накопал.
Мысль о тесном сотрудничестве с Майклом вызывала у Константина тошноту, но он кивнул:
— Как скажешь.

Их совместная поездка в центр города была наполнена гнетущим молчанием. Встреча с продажным журналистом, обсуждение «заказной» статьи, полной грязи и инсинуаций, — все это вызывало у Константина горькое чувство дежавю. Он снова был тем, кем всегда управлял Джордж, — пешкой в грязных играх.
Майкл привез его в модный, но душный клуб на одной из боковых улочек. За столиком в дальнем углу, заставленным пустыми стаканами от кофе, их уже ждал журналист. Его звали Лео, и он был воплощением продажности: дорогие часы, костюм с иголочки, но взгляд быстрый, бегающий, а пальцы нервно постукивали по столу. От него пахло дорогим одеколоном и дешевой амбициозностью.
Майкл взял инициативу на себя. Он был холоден, точен и безжалостно эффективен. Излагал факты, смешанные с откровенной ложью, предлагал «нужные» ракурсы, намекал на «неопровержимые доказательства», которые можно было бы «найти». Лео жадно кивал, его глаза горели при мысли о сенсации.
Константин сидел, чувствуя, как становится грязнее с каждым словом. Смотрел, как Майкл виртуозно лепит из правды и вымысла удушливую петлю для незнакомого человека, и его тошнило от осознания, что он часть этого. Константин не выдержал.
— Извините, — хрипло проговорил он, вставая. — Мне нужно в уборную.
Он заперся в кабинке, оперся лбом о прохладную дверь и глубоко дышал, пытаясь заглушить приступ тошноты. Затем умылся ледяной водой, глядя на свое бледное отражение в зеркале. Он не узнавал себя: уставший, безжизненный взгляд, тени под глазами и суровая складка на переносице. Прежде красавчик и любимец женщин превратился в замученного жизнью бедолагу.
Когда он вернулся, Лео уже не было. За столиком одиноко сидел Майкл, допивая свою воду.
— Где она? — голос Константина сорвался, выплескивая наружу все тайные чувства. — Где Сабрина, Майкл? Что с ней? Скажи мне хоть что-нибудь. Пожалуйста.
Майкл, не спеша, поставил стакан. Его лицо не выражало ничего.
— Я уже говорил тебе. Забудь о ней. Она — страховой полис Джорджа. Чем меньше ты будешь о ней вспоминать, тем лучше для вас обоих. Не испытывай судьбу дважды.
Последние слова откровенно обвиняли Константина в его прошлых ошибках. Однажды брат пощадил его, но видимо для Изабель милосердия не осталось.

Возвращение в особняк было безрадостным. Джордж, изучив наброски статьи, остался недоволен.
— Этого мало! Нужно не просто очернять, нужно подставить! Нужны фото, видео... Майкл, я хочу, чтобы ты занялся этим вплотную.
Пока они обсуждали мерзкие детали, Константин, не в силах больше это выносить, вышел в сад. Он подошел к бассейну, надеясь, что прохладный воздух остудит голову. И тут увидел ее.
У самого края бассейна, спиной к нему, стояла девушка. Солнце играло в ее золотистых, уложенных в идеальные локоны волосах. Они были другого оттенка — светлее, ярче, чем у Сабрины. Сердце Константина на мгновение остановилось.
Призрак. Это был призрак Изабель. Та же стать, тот же поворот головы.
Он замер, не в силах пошевелиться, охваченный смесью ужаса и неверия. И в этот момент девушка медленно повернулась.
И Константин без сомнений узнал ее. Это была Сабрина. Но не та Сабрина, которую он помнил. Ее естественные русые волосы были выкрашены в золотистый блонд и уложены сложной укладкой, которую она никогда бы не сделала сама. Макияж был безупречным и тяжелым, подчеркивающим сходство с Изабель до жути. Облаченная в элегантное, дорогое платье, которое сидело на ней неестественно, словно чужой наряд. Но самое ужасное — это ее глаза. В них не было ни жизни, ни страха, ни гнева. Лишь пустое, отрешенное послушание, как у хорошо выдрессированной куклы и пустота.
Она смотрела на него, и в ее взгляде не промелькнуло ни тени узнавания. Сабрина смотрела сквозь него, будто он был всего лишь частью пейзажа.
Джордж, подошедший сзади, положил руку на плечо Константину.
— Ну что,брат? — его голос был сладок от удовлетворения. — Познакомься с Изабель. Она наконец-то вернулась домой. Готова помочь мне очистить мое имя.