Часть 6. Как все было.
Рассвет. Еще не знаем ничего.
Обычные «Последние известия»...
А он уже летит через созвездия,
Земля проснется с именем его.
Константин Симонов
***
Раннее утро. Как я и пообещала самой себе, буду вводить новые привычки. Быстро умоюсь, переоденусь и в путь.
Аннель не успела переодеться, как ее мама поднялась к ней в комнату.
-Ты видела? Новости?
-Нет. Все в порядке?
-да, хотя нет. Капсула. Приземлилась. Но неудачно...
Аннель была в шоке, нет, она была в смятении. Она боялась спросить что случилось. Хотя в голове она понимала что произошло, но все же отгоняла эти мысли прочь.
-мы должны поехать туда.
-нет, ты не поняла доча. Капсула сгорела, и все члены экипажа тоже. Никто не остался в живых...
Нет. Нет, нет, нет и еще раз нет! Этого не может быть. Я тихо попросила маму выйти из комнаты и закрыть за собой дверь. После я убедилась что нахожусь одна в этом помещении. Я не помню как я оказалась в ванной, я направила на себя горячую струю душа, села в ванну и начала навзрыд рыдать. Сердце горело, нет. Еще немного и от сердца останется лишь пепел. В голове мутно. Я просто представила себе эту картину. Было тяжело дышать, но я старалась. Я не знаю сколько я тут просидела. Час? Два? Пять? Может я сижу тут целый день? Может два дня? А может время вовсе остановилось? Я чувствую как по мне начали стекать холодные капли воды. Но мои горячие слезы этому не помеха. Лео. Мой Лео. Ты... Ты обещал! Ты обещал что все будет хорошо! Ты обещал что мы будем счастливы!
Аннель была не в себе, у нее были затуманены мысли. Она плакала навзрыд, хотя думала что с ее глаз просто текут слезы. Она исцарапала своими длинными ногтями свои ноги и руки, хотя она думала что всего лишь обнимает ноги и руки. На одной руке ее ноготь сломался чуть ли не до основания ногтя и шло много крови. Вода давно была холодной, но даже холодная вода не смогла привести в разумный рассудок Аннель. Она кричала, она сильно кричала. Ее мама поняла что своим присутствием не поможет, она поняла что дочь должна пережить эту новость как бы тяжело ей не было.
Прошло больше двух суток. Аннель так и не выходила с комнаты. Мать навещала ее и приносила всякие вкусности в ее комнату. Но Аннель даже не притрагивалась ко всему этому. Кэтрин решила что нужно уже спасать свою дочь иначе Аннель просто погубит себя.
Кэтрин всячески пыталась вытащить ее из комнаты, она пыталась хоть немного привести ее в чувство ее любимыми блюдами и напитками. Кэтрин даже устроила пижамную вечеринку, позвола всю молодежь с ее улицы, заранее подготовила пару фильмов, напитки и закуски. Но Аннель не обратила своего внимания даже на это. Она лежала на своей кровати в позе эмбриона. Она практически не шевелилась. Она просто была мертва, ее сердце испепелилось. Ее тело жило, а сама она умерла вместе с Лео, в один день с ним, она не хотела существовать без него. Она любила его. Она любила каждый сантиметр его тела. Его глаза, словно раскалённые угли, его сильные руки, его шевелюру. Его чувство юмора. Она любила себя возле него. Она любила те чувства и эмоции что он дарил ей. Она любила каждый свой день прожитый с ним. Она любила каждое уведомление на телефоне от него, каждую звездочку на которую он когда то смотрел. Она понимала что это не влюбленность, а самая настоящая любовь, Лео тоже понимал это и не раз говорил ей о том, что если и состариться то только с Аннель, но он не сдержал слово.
Что то в области груди кололо от боли. Болела голова. Она почти не чувствовала свое тело. Аннель уже умирала не душевно, а физически...