33
Лалиса.
Оторвались друг от друга, когда уже воздуха стало не хватать, и замерли, обнимаясь и ошеломлённо глядя в глаза.
– Браво! – врезался в сознание голос мисс Найт. – Вот это страсть, боюсь, вы мне главных героев затмите и на второй акт никто не придёт – будут рыдать после первого, оплакивая вашу смерть.
Вспомнив, что мне ещё предстоит участвовать в эпизоде с удушением, едва не застонала. Как же хотелось убежать, забиться в дальний угол и подумать, что это вообще было-то?
Расслабиться не удалось. Меня трясло, чашка с якобы снотворным заметно подрагивала в руках. На Чонгука вообще старалась не смотреть. Мне попросту было стыдно за свою несдержанность, за то что пошла на поводу у чувств, забыв и о пари, и о том, что мы в ссоре.
Наконец настало время последнего эпизода, в котором я участвовала. Легла на выставленные в ряд стулья, имитирующие диван и, крепко зажмурившись, напряжённо замерла в ожидании, когда на моей шее сомкнутся пальцы Чона. Но дождалась совсем другого...
Щёку опалило ласковое касание, вынуждая распахнуть глаза и встретиться взглядом с Чонгуком. Он смотрел на меня с такой теплотой и нежностью, что моё сердце без всякого удушения остановилось. Не понимаю, как так получилось, что внешность, которую я почти четыре года видела в зеркале, перестала восприниматься как моя. Это был Чон, мне кажется, я даже девушку в нём не замечала, по крайней мере, несмотря на платье считала его парнем. Я и дышать-то перестала, во все глаза глядя на Чонгука, потянувшегося к моей шее, мягко её обхватывая. Нервно сглотнув, вновь зажмурилась, всё же делая рваный вздох.
Похоже, Чон решил меня совсем добить. Закончив «душить», он провёл ладонью по моей голове и почти невесомо коснулся губ поцелуем, второй раз сбивая мой пульс. И снова глаза в глаза и шум в ушах. Господи, да что со мной сегодня творится?! Мы словно переместились в другой мир, где есть только Чонгук и я... И кто-то шмыгающий носом!
Нахмурились мы с Чоном синхронно и повернулись к залу тоже вместе. Мисс Найт всхлипывала, промакивая белоснежным платочком глаза.
– Это... так трогательно... – пробормотала она, смутившись. – Лиса, столько любви и нежности на твоём лице и в прикосновениях... Я поверила, что ты без ума от парня и убиваешь его с болью в сердце.
Ну да, играть в любовь он умеет великолепно, я сама верила, пока Окино не развеял розовый туман, мешающий трезво смотреть на окружающую действительность.
– Я могу идти? – спросила, резко садясь.
– Конечно, Чонгук, ты молодец, замечательно отработал. Правда, сегодня меня покорила мисс Бан, я и не подозревала, что у Лисы такой талант.
– Она вообще полна сюрпризов, – заметила я с сарказмом и, не глядя на Чона, поспешила покинуть актовый зал.
Далеко уйти не удалось, в коридоре догнала Розанна. Ухватив за запястье, она вынудила меня затормозить.
– Что происходит? Он так старается тебе угодить, а ты только нос воротишь. Считаешь себя настолько неотразимой? Знаешь, мне искренне жаль, что Чонгук влюбился в такую заносчивую стерву!
– Влюбился? Очень смешно! Он не способен на подобные чувства. Хотя... Скорее всего, ты прекрасно осведомлена, что ему от меня надо, – прошипела я, выдернув руку из захвата.
– О чём ты? – спросила девушка настороженно.
– Ой, только дуру из меня не делай! Ты и сама знаешь, о чём! – рявкнула, я окончательно разозлившись.
Оставив эльфийку изумлённо смотреть мене вслед, я ушла. Во мне всё кипело от возмущения и злости. Ладно парни, они идиоты с раздувшимся самомнением, двое поспорили, остальные похохатывая поддержали, но Розэ? Уверена, она присутствовала при этом дурацком пари и что? Теперь открыто толкает меня в объятия своего обожаемого Чона, помогая другу победить! Как же мерзко-то всё! Грязно и противно! Я скучаю по тому времени, где была незаметной зубрилкой Бан. Неприметной, никого не интересующей, у которой всех забот – сделать уроки и не проспать на занятия. Разумеется, проблемы присутствовали, но они были столь незначительными. Сейчас же у меня такое ощущение, что моя жизнь превратилась в постоянный бег с препятствиями. Тренировки, турнир, спектакль... И будто этого мало, ещё и Чонгук со своими поцелуями, от которых душа поёт. И сжимается от боли, стоит вспомнить, что это лишь игра.
Поддавшись ностальгии, я поднялась на крышу. Заглянула в комнатушку, где хранились метёлки, прихватила свою вредину и направилась на взлётную площадку. Положив летательный аппарат на каменные плиты, прочитала заклинание. Метла тут же взлетела и зависла на уровне моих бёдер, предлагая на неё сесть.
Я растерянно захлопала ресницами, недоумевая, когда это она стала такой послушной. Эта бестия столько лет мне нервы трепала, а тут вдруг решила исправиться. Так, стоп! Что там говорил Чонгук, когда прогнал меня из комнаты? «Поставить на место Тиеру – сделано. Укротить тупую метлу – запросто. Защитить от нападок Кларис – легко!»
Это что получается, из-за него метла стала такой покладистой? Кларис... Кажется, я поняла, почему она неделю парик носила. Интересно, что он сделал моему декану?
– Можешь садиться, эта паразитка тебя не уронит, – раздался голос Чонгука.
Стремительно обернувшись, увидела, что он сверлит предупреждающим взглядом мою боевую... не подругу, отчего у той все прутики трясутся.
– Что ты с ней сделал? – спросила, не справившись с любопытством.
– Ничего, только пообещал сделать. Но она знает, что я не лгу и это не пустые угрозы.
– И всё-таки?
– Сказал, что в реку подземного мира брошу, пока ты не видишь, – ответил парень невозмутимо.
– Хм, пожалуй, можно и при мне, я буду подсказывать, какой стороной её лучше всего в лаву макать, – произнесла я серьёзно, покосившись на метлу.
Поняв, что и хозяйка не на её стороне, она обиженно отвернулась, а мы с Чоном расплылись в улыбках.
– Лиса... – позвал Чонгук, вынуждая меня вздрогнуть, потому что не заметила, как он подошёл ближе. – Мне показалось, ты растерялась после того, что произошло между нами на сцене. Прости, если я был слишком напористым. Чёрт, кроха, я скучаю, мне тебя не хватает, вот и сорвался. Представляешь, я даже о том, что ты в моём теле, забыл.
– Я не вернусь, если ты об этом. К тому же после сегодняшнего нам будет тяжело находиться рядом.
Мой тон оставался ровным, несмотря на то что пульс опять сбоил и в голове стучало: расскажи мне об этом проклятом споре и я поверю, что небезразлична тебе, но...
– Я не настаиваю. Давай хотя бы днём общаться?
– Я подумаю, – прошептала разочарованно и, забыв про метлу, сбежала.
Зря я надеялась, что это лишь недоразумение. Просто невыносимо хочется в сказку, где есть место любви, честности и порядочности. А самое главное, нет той боли, что сжимает грудную клетку.