Эпилог.
POV Рикка.
Joan Osborne - One Of Us
- Мне сегодня двадцать. - с улыбкой произнес Стайлс и приподнял бокал с ярко-вишневым вином немного вверх.
- А мне восемнадцать. - в свою очередь ответила я, приподнимая тонкий бокал с золотистым шампанским.
- Видишь, Дейвидсон, либо это жизнь у нас с тобой такая ненормальная, либо день рождение с той, ради которой дышишь, случается в один день - это является абсолютной нормой.
Я усмехнулась и галантным движением разрезала маленький кусок мраморной говядины еще наполам.
- Скорее первое. - наконец ответила я и поняла взгляд на Гарри.
Золотые запонки по-светски дорого переливались солнечным оттенком под светом дорогих хрустальных люстр, первые две пуговки белоснежной рубашки по-свойски расстегнуты, волосы аккуратно зачесаны назад, на пальцах красуются дорогие перстни, а дикие, зверско-бирюзовые глаза решительно смотрят на меня.
Гарри, зачем же ты такой.
- Ты красивая. - неожиданно для меня самой заявил Стайлс и резко облизал свои губы, отчего мне тут же захотелось впиться в них. - Только не смей смущаться, Дейвидсон, ты сегодня безумно нравишься мне.
- Сегодня? - недоверчивым тоном переспросила я, отложив вилку с ножом в сторону. - Нравлюсь?
- В остальные дни я как мальчишка по-сумасшедшему влюблен в тебя.
Мы поднялись из-за стола в тот момент, когда стрелки на огромных часах достигнули шести.
Гарри подал мне мое пальто и тут же попросил портье подать такси к одному из самых дорогих ресторанов в Лондоне.
Я не могла оторвать от него взгляд.
В свои двадцать он знал гораздо больше, чем требуется, и пережил настолько сложные периоды, попадая в которые люди просто напросто опускают руки.
Но это был Гарри. И он мог пройти через все.
Крепко сжимая в руке огромный букет из ярко-синих роз, я стояла прижавшись к крепкому телу, недовольно щурясь от ветра.
- Ты самая красивая, Дейвидсон.
- Я слышу это в пятый раз за вечер, Гарри. - рассмеялась я, заметив подъезжающее такси.
- Придется сказать еще столько же, чтобы ты не на секунду не сомневалась в этом.
* * *
На последнем этаже 32-этажного отеля, окна в котором в два раза больше человеческого роста, особенно чутко отражается интимность всех моментов. Зайдя в номер, Стайлс тут же сдернул с себя надоедливую рубашку и остался с оголенным торсом, откровенно ругаясь, что весь этот очаровательный стиль заядлого джентльмена явно не для него.
Я подошла к огромному к окну и прислонилась к нему лбом, наблюдая с огромной высоты за кипящей жизнью в городе.
Темные сумерки тяжелыми осадками садились на Лондон, жизнь снизу казалось слишком быстрой, слишком быстрой для нас с ним, потому что в нашем номере все казалось слишком простым и легким.
Находиться рядом с Гарри всю оставшуюся жизнь - вот мое заветное желание, которое я повторяю весь первый день этого второго снежного месяца.
- Рикка, подойди ко мне. - просит Гарри, пряча за спиной что-то маленькое.
Я с интересом приподняла бровь и оторвалась от окна, вплотную подходя к парню, жуткое сердцебиение которого слышалось, как казалось, за целый километр.
- Ты очень красивая. - шепчет он мне на ушко и обнимает меня одной рукой за талию, с особой нежностью дотрагиваясь до моих пальцев правой руки.
- Черт, что ты задумал. - я чувствую, как внутри все напрягается от ожидания. - Гарри, я жду.
Стайлс ехидно улыбнулся и медленно вынул из красной коробочки что-то золотистое, с небольшим маленьким камушком в центре.
Этим что-то оказалось кольцо.
- Что ты...
- Я знаю, что не смогу отпустить тебя, пусть ты будешь биться смертельной силой как чертова рыба об лед. - тихим голосом проговорил Стайлс, смотря мне прямо в глаза и медленно надевая на правую руку то самое колечко. - Я знаю, что тебе нужно время, я знаю, что тебе нужно хотя бы какое-то образование, я знаю, что ты боишься жизни со мной, но я точно знаю, что наши дети будут самыми счастливыми, Дейвидсон. Я знаю, что ты ни на шаг не отойдешь от меня, пусть и руки твои будут синеть от моей смертельной хватки.
Я стояла, возмущенная восхищением, трясущаяся от удовольствия, все мои внутренности прыгали от этого момента, я не чувствовала себя, я не чувствовала ног.
- Ты знаешь, мне действительно нужно время. - еле как выдавила я из себя, но моя улыбка ненормального человека противоречила мне, а точнее - говорила сама за себя.
Гарри очаровательно улыбнулся и крепко сжал мою руку в своей, наклоняясь к моему уху.
- Я из тех сумасшедших, Дейвидсон, что готов ждать тебя целую вечность. - прошептал он, продолжая сжимать мою руку до самого хруста. - Я влюблен в твои ключицы, взгляд и в твой заразительный смех. Я один из тех романтиков, кто будет каждое утро целовать тебя и сплетать наши руки в сумасшедший клубок из пальцев. Ты знаешь, каждый день я страдаю недостатком времени, со мной постоянно много проблем, но я один из тех настырных идиотов, который готов ждать тебя, даже если ты скажешь мне валить к черту. Я никогда не уйду от тебя. И я никогда не прощу себе, если отпущу тебя хоть на шаг.
Я закусила губу так сильно, что из глаз тут же ринулись бурными потоками непрошенные слезы. Гарри осторожно прикоснулся губами к моей щеке, одним лишь прикосновением убирая всю соленую влагу с моих щек.
- И если жизнь с тобой не будет казаться раем, можно ли будет вообще назвать это жизнью? - спросила я у него, обхватывая парня за шею настолько сильно, что легко можно было почувствовать пульсирование маленькой венки на его виске. - Помнишь, как ты рассказывал мне, что в детстве находил в снежных ангелов что-то очень... Не припомню, кажется, притягательное?
- До боли притягательное. - тут же отозвался Стайлс, вспоминая детские воспоминания. - Я везде рисовал маленьких ангелочков, ты помнишь мои рассказы? Выбегая с самого утра на улицу я падал с сугроб и как маленький идиот принимался делать этих самых ангелов, боясь сделать их неидеальными.
Я посмотрела в его глаза, которые явно понимали, что я имела ввиду.
Наши шапки были перепутаны, шарфы напрочь спутаны, ботинки не застегнуты, однако мы, крепко держась за руки, выбежали на улицу и с разбегу грохнулись в огромный сугроб, напоминающий какой-то неизведанный ледник. Мы принялись делать тех самых снежных ангелов, громко крича какой-то неразборчивый бред прямо в небо.
Я громко рассмеялась, убирая снег с лица Гарри, который тщательно старался сделать своего ангелочка гораздо красивее моего.
- Видимо, в ангелах и таится все наше детское счастье. - я посмотрела на Гарри, который тут же перевел взгляд с неба на меня.
Он сжал мою ледяную и мокрую ладонь в своей и тут же преподнес ее к сухим губам, прикасаясь к ним неощутимо-нежно, практически невесомо.
- Когда я был маленьким, казалось, ни один в мире человек на заставит меня разлюбить тех самых ангелочков. - тихим тоном произнес Гарри. - Теперь появилась ты.
- Теперь появилась я. - завороженно повторила я, взирая на Гарри настойчивым взглядом.
Кудрявый оголил жемчужные зубы и на его раскрасневшихся щеках вновь появились милые ямочки.
Сегодня ему исполнилось двадцать, но в душе этому ребенку не больше десяти.
- И теперь, Рикка, я люблю тебя сильнее, чем ангелов.
Конец.