12
Зал покидала под ненавистные завистливые взгляды других участниц. Кажется, ночь ожидается бессонной. И на общем столе больше ничего не пью и не ем, хотя... отравить ведьму проблематично. Еще в ведьмовской школе нас «прививают» с раннего детства. Малые дозы яда в компот на завтрак и тошнота обеспечена на весь день, зато потом... организм привыкает, количество яда увеличивается, расширяется ассортимент...
Нет, есть сильные яды. И такие, вполне, могут убить ведьму. Но не сразу. Останется время принять противоядие, если распознаешь, что тебе так любезно подсыпали.
— О чем вы думаете, мисс Пак? — довольно равнодушно поинтересовался граф, вроде как из вежливости.
— О яде, — неожиданно призналась, отвечая на недоуменный взгляд вздернутой бровью. — Думаю, как скоро попытаются меня отравить? Или вы полагаете, господин Де Ким, другие участницы будут спокойно смотреть, как уводят их «жениха» из-под носа?
— Гм... я не подумал об этом, — произнес граф отстраненно. — Но ведь это отбор невест, я могу пригласить на прогулку понравившуюся мне участницу в любой момент.
— Можете... — согласилась, не став спорить. В конце концов, по условиям сделки мы должны больше времени проводить вместе и привлекать к себе внимание, чтобы никто ничего не заподозрил, когда граф выберет меня. Любовь с первого взгляда, так сказать...
— Кажется, вы не сильно рады, — наблюдательно заметил он, но как будто забыл, что радоваться мне нечему. — Вам не лестно мое внимание?
Да о чем он вообще?
— Очень лестно, — ответила равнодушно и перевела взгляд на стены, украшенные барельефом. — Куда мы направляемся?
Граф спрятал крохи эмоций за маской невозмутимости и устремил взгляд вперед.
— Хочу показать вам картинную галерею и выставочный зал, в котором хранятся подарки и сувениры, привезенные из других империй.
— Должно быть, это интересно, — произнесла я, думая о том, как бы не пропустить возращение посланника. Не хочу, чтобы он передал важную для меня вещь камеристке...
— Мисс Пак, — граф резко остановился и заглянул мне в глаза. — Ради чего вы согласились на участие в отборе?
Вопрос прямой и мягко сказать странный. У меня сразу же родился встречный: «Вы пьяны?», «У вас внезапная потеря памяти?».
— Очень смешно, — пробормотала я и отправилась дальше. — Ваш юмор, господин Де Ким, впечатлил меня до глубины души, но, пожалуйста... впредь не шутите.
Мне показалось, граф растерянно моргнул, но промолчал и, в принципе, всю «экскурсию» воздерживался от личных тем.
Галерея впечатлила. Я ожидала увидеть портреты династии Де Га, которая правит вот уже почти тысячу лет, но, к моему приятному удивлению, в галерее были собраны картины разных направлений изобразительно искусства. От натюрморта до религиозной живописи. Портреты тоже имелись.
Зал поражал размерами и золотой отделкой. По углам расставлены фарфоровые вазы, на которые страшно дышать не то, что рядом проходить, а каждый шаг разносится эхом и отражается от сводчатого потолка.
— Невероятно... — прошептала завороженно и внезапно уткнулась носом графу в грудь. — Простите...
Граф мягко придержал меня за спину и вдруг шумно втянул воздух возле моих волос.
— Дивный аромат, мисс Пак. Не зря ваша лавка пользуется популярностью, а товар спросом.
Я лишь кивнула и отошла, пряча смущенный румянец на щеках...
У дверей выставочного зала — стража приветствовала инквизитора, но все же поинтересовалась о цели визита. И граф, словно, был удивлен, но удивление постарался скрыть. Моргнул и наполнил страже о том, кто он и для чего ему так необходимо попасть в зал.
Стражники учтиво поклонились и любезно распахнули для нас двери.
Если галерея впечатлила размахом и отделкой, то выставочный зал экземплярами, что хранились в нем.
— Да тут за день все не осмотреть, — завороженно пробормотала я, озираясь. — Потрясающе... Это все подарки и сувениры, привезенные императору в дар из других империй?
— Почти, — отстраненно кивнул граф, заложив руки за спину. — Некоторые сувениры император приобрел и привез сам. Он любит коллекционировать уникальные в своем роде вещи.
И тут я заметила, просто глаз зацепился:
— А где ваша трость? — это наблюдение поразило меня больше, чем «уникальные в своем роде вещи»...
— Трость? — якобы непонимающе переспросил граф. — Я не нашу ее постоянно с собой, сегодня она мне ни к чему.
— Ясно... — рассеянно отозвалась, уткнувшись взглядом в золотую статуэтку пузатого монаха.
Почему-то мне казалось, граф не расстается с тростью ни на секунду, даже вовремя трапезы. Она всегда при нем, словно... словно нечто очень ценное, необходимое. Важное...
Я уверена, это не просто трость: ни для красоты, ни для стиля, антуража... Граф не хромает, не следует слепо за модными тенденциями... Эти жуткие впалые глазницы черепа навеивают страх, от трости, будто исходит темная аура магии смерти.
Как граф мог просто не взять ее? Так небрежно произнести: «Сегодня она мне ни к чему...»
— Ваши мысли для меня загадка, мисс Пак, — бархатный голос просочился в мысли, заставив вздрогнуть и посмотреть на графа по-новому.
— Я хочу вернуться, — произнесла деревянным голосом и отправилась к двери, забыв даже извиниться.
Просто... мне вдруг стало так неуютно, так... не по себе. И подсознание кричало: «Беги!.. беги...», а я склонна доверять своей интуиции.
— Мисс Пак! — громыхнул властный голос за спиной, вынудив меня не только остановиться, но и удивленно посмотреть на графа. — Разве я сказал, что наша прогулка подошла к концу?
Рычащие нотки мне послышались?
— Прощу прощения, господин... Де Ким, — с запинкой вымолвила я, а сердце так и норовило выскочить из груди. — Я что-то неважно себя чувствую. Могу я просить вас проводить меня до покоев?
Граф сощурился, плохо скрывая гнев, и жестко кивнул, подставляя локоть. Сглотнула и взялась за него, отводя взгляд.
Меня проводили как раз вовремя. Сдержанно простилась с мужчиной, он также сдержанно пожелал мне приятного отдыха и удалился, держа руки за спиной. Не помню этого жеста у графа...
Нет, я, несомненно, очень мало его знаю и не могу судить о поведении и привычках, но... дурное предчувствие, что засело глубоко в груди не дает мне покоя. В дверь постучали, заставив вздрогнуть.
Камериста, которая подскочила с тахты, стоило мне войти, встрепенулась и отправилась открывать. Я же предусмотрительно отступила, стараясь унять сбившееся дыхание.
— Госпожа, — позвала Вилма, пропуская посланника.
Я облегченно выдохнула и улыбнулась чересчур серьезному мальчишке.
Он молча поклонился и протянул мне шкатулку, завернутую в белый платок. Отец, видно, постарался.
— Благодарю, — искренне произнесла я, забирая дорогую для любой ведьмы вещь.
Теперь осталось дело за малым. Немного поколдовать, но так, чтобы никто ничего не узнал и... я пойму, что с графом что-то не так. Точно пойму.
— Я буду в гостиной. Не входите, пожалуйста, без стука и никого без разрешения не впускайте, — на ходу бросила я, закрывая резные двери.
— Да, госпожа, — донеслось вслед, но меня интересовала только шкатулку. Времени осталось не так много...
* * *
Техен прошел в покои, устало расстегивая порванный камзол.
Менталист смог вытянуть из заключенных ведьм крохи информации... это было тяжело, долго и... мерзко. Ментальный дар, пожалуй, самый жуткий и по-настоящему жестокий.
Кристофф похож на сумасшедшего. Белые спутанные пряди волос, обрамляют худое с выпирающими скулами лицо. Впалые бесцветные глаза, будто остекленели. Кристофф почти постоянно беззвучно шевелит губами и перебирает костлявыми пальцами четки...
Находиться рядом с ним тяжело. Приходится все время «защищать» свое подсознание от «случайного» в него проникновения. На самом деле Кристофф не чурается нырять в чужие мысли и подсознание без разращения. И ему совершенно неважно, кто перед ним. Император или сам дьявол. Плохо, что после таких проникновений в чужое сознание и подсознание, любой может легко спятить и навсегда потерять связь с реальностью. И только смертная казнь задержанного может являться уважительной причиной для вызова менталиста...
Удалось определить расположение убежища Сивилы и даже отправиться туда. Опрометчиво. Это было опрометчиво...
На руке и на боку красовались свежие следы от когтей цирихов, что охраняли вход в пещеру. Эти твари весьма зубасты, опасны и крайне живучи.
Техен отложил трость и поморщился, трогая края раны.
— И как? Вижу, что поход за головой ведьмы прошел не очень удачно. Она снова скрылась?.. — в кресле сидел император, лениво попивая вино.
— Ваше Величество... — Техен взял бутылку с круглого столика, чистый бокал и плеснул в него вина. — Не помню, чтобы приглашал вас к себе на аудиенцию. Я бы отчитался перед вами утром...
— К черту Сивилу! — Чонгук неожиданно резко поднялся. В черных непроницаемых глазах сверкали молнии. — Ты притащил на отбор ведьму и мне ничего не сказал! Зачем? Что задумал на этот раз?
— Если притащил, значит так нужно, — ровно отозвался Техен и сделал глоток. — Или ты перестал мне доверять? Вы общались? — признаться, тревога все же кольнула в груди. Ведьма могла что-нибудь не нарочно выдать.
— Да, — оскалился Чонгук и выпил залпом допив вино, вернулся в кресло. — Очень мило пообщались... — и неприязненно кривился. — Твоя ведьма... где ты вообще ее откопал?
Техен потер переносицу и опустился в кресло рядом. В камине весело потрескивал огонь, завораживая...
— Ведьма — это мой запасной план, если не удастся поймать Сивилу. Сейчас она лишилась убежища и сильно обозлена. Мерзавке удалось уйти порталом, но долго прятаться не выйдет. Она попробует отомстить мне, добраться до меня любимыми способами, а значит, будет искать новых союзников...
Техен осушил бокал и наконец выдохнул, позволяя усталости и боли растечься в по телу...
— Думаешь, Сивила попытается добраться до тебя через Пак? — брови Чона взлетели вверх.
Техенн задумчиво облизал губы. Он допускал такую вероятность, но все же... не брал ее в расчет серьезно. Нет, совершенно нет. Сивила не заявится во дворец, это глупо. Но такая версия сойдет, как оправдание появления ведьмы на отборе.
— Всякое может быть, — непринужденно отозвался он и снова наполнил свой бокал, не предложив императору.
Чонгук откинулся в кресле, держась за круглые подлокотники и иронично усмехнувшись.
— Она совершенно дурная, — на губах заиграла мечтательная улыбка. — Все время витала в своих мыслях и знаешь... — Чонгук повернулся, хитро прищурившись. — Ты ее ни капли не интересуешь.
«Тоже мне новость...» — Техен не удивился и сделал глоток.
— Скоро, кстати, состоятся танцы. Через час, — непринужденно добавил Чон. — Ты, кажется, ранен. Я могу заменить тебя.
— Танцы? — переспросил Техен, повернув голову. Новость отчего-то взволновала и принесла незнакомые эмоции. Возбуждение и предчувствие чего-то... интересного.
— Да, — улыбнулся Чонгук. — Я бы потанцевал с ведьмой.
— Она не в твоем вкусе, — сдержанно отрезал Техен и поднялся, направившись к гардеробу. Стоит хоть немного привести себя в порядок и переодеться, чтобы не пугать ведьму своим вымученным лицом и пятнами крови на воротнике и камзоле...
— Не в моем, — охотно согласился Чонгук, пополняя свой бокал. — Но я вдруг почувствовал нешуточный интерес к зрелым женщинам. Думаю, с ведьмой есть о чем поговорить, но она почему-то не спешит делиться с тобой своими мыслями, а сегодня вообще сбежала.
Техен замер, заметив, как тревожно стало на душе. Сбежала? Заподозрила что-то? Появилось непреодолимое желание увидеть ведьму. Прямо сейчас. В приватной обстановке, но... танцы. Есть в них что-то заманчивое и притягательное.
Техен хмыкнул, взял чистую одежду и отправился в ванную комнату, бросив Сайрону.
— Я мыться. Ничего здесь не трогай и не смей идти вместо меня, — произнес он, как всегда, без тени эмоций в голосе, игнорируя предостерегающий взгляд черных глаз.
— Значит, ведьма... — задумчиво протянул Чон, допил вино и поднялся, усмехаясь своим мыслям...