«3»
Прошло два месяца, и Сумире проводила всё больше времени с Обито. Она помогала ему с тренировками, поддерживала в его бесконечных попытках доказать, что он не хуже Какаши, и просто была рядом, когда ему это было нужно.
Для неё эти моменты были настоящим счастьем. Каждый раз, когда Обито улыбался, она чувствовала, что всё это не зря. Но вместе с этим в её сердце росла тень сомнений.
Обито часто говорил о Рин. Слишком часто.
— Знаешь, Рин такая добрая, — рассказывал он как-то вечером, когда они возвращались с тренировочной площадки. — Она всегда так внимательна к каждому.
Сумире лишь кивнула, пытаясь сохранить улыбку на лице.
— Да, Рин действительно замечательная.
— И... — продолжил Обито, не замечая её легкого напряжения, — она всегда такая красивая. Иногда я думаю, как мне повезло быть с ней в одной команде.
Сумире почувствовала, как что-то ёкнуло у неё внутри. Она отвела взгляд, стараясь, чтобы Обито не заметил её выражения.
— Да... Она красивая, — тихо произнесла она.
Но Обито этого не услышал. Он продолжал говорить о Рин, как будто ничего больше не существовало.
Когда они добрались до деревни, Обито вдруг остановился:
— Спасибо за помощь, Сумире. Ты лучшая!
Он улыбнулся своей широкой, искренней улыбкой, от которой сердце Сумире на мгновение снова дрогнуло.
— Не за что, Обито. Всегда рада помочь, — ответила она, стараясь, чтобы её голос звучал бодро.
Когда он ушёл, Сумире осталась стоять на месте, глядя ему вслед.
«Почему ты никогда не видишь меня? Почему я для тебя просто друг, помощница? Почему всё, о чём ты можешь говорить, это Рин...»
Она глубоко вздохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.
«Может, я просто обманываю себя, думая, что у меня есть шанс...» — мелькнуло в её голове.
Но она знала, что не сможет просто так отступить. Она по-прежнему хотела быть рядом с ним, даже если это означало терпеть его постоянные разговоры о Рин.
Тем временем, издалека за ней наблюдал Какаши. Он видел, как Сумире смотрела вслед Обито, её грустное выражение лица, которое она пыталась скрыть.
«Глупец...» — подумал Какаши, глядя на Обито. «Она делает для него всё, а он даже не замечает. Как он может быть таким слепым?»
Какаши хотел подойти к Сумире, сказать что-то, что могло бы её утешить. Но вместо этого он просто развернулся и ушёл, решив оставить её в покое.
«Ты заслуживаешь большего, Сумире... Но я не знаю, как заставить тебя это понять.»
Прошло ещё несколько дней, и Сумире продолжала держаться, несмотря на свои чувства. Она была рядом с Обито, помогала ему, поддерживала его, и всё это время старалась игнорировать боль, которая разрывала её сердце каждый раз, когда он говорил о Рин.
Однако однажды вечером, когда она сидела у реки, пытаясь немного побыть в одиночестве, рядом неожиданно появился Какаши.
— Что ты здесь делаешь одна? — спросил он, прислонившись к дереву неподалёку.
Сумире обернулась и вздохнула:
— Просто хотела немного подумать.
Какаши подошёл ближе и сел рядом, глядя на воду. Некоторое время они молчали, слушая звук реки.
— Обито опять говорил о Рин? — вдруг спросил он.
Сумире вздрогнула и посмотрела на него:
— Почему ты спрашиваешь?
— Ты слишком часто выглядишь грустной после того, как проводишь время с ним, — ответил Какаши, не поворачивая головы. — Я не дурак, Сумире.
Она опустила взгляд, чувствуя, как её сердце болезненно сжалось.
— Это неважно. Я просто хочу быть рядом с ним, и этого достаточно.
Какаши нахмурился. Он долго смотрел на неё, а затем заговорил, его голос стал чуть мягче:
— Ты заслуживаешь большего, чем просто быть рядом с ним.
Сумире удивлённо посмотрела на него, но ничего не сказала.
— Обито не видит того, что у него перед глазами, — продолжил Какаши. — Ты стараешься ради него, ты всегда поддерживаешь его. Но он этого не замечает, потому что всё, что он видит, — это Рин.
Сумире попыталась возразить, но Какаши остановил её, подняв руку:
— Я знаю, ты не хочешь это слышать. Но ты не должна тратить себя на того, кто не ценит тебя.
Она замерла, поражённая его словами. Какаши редко говорил так прямо, и в его голосе было что-то, что заставляло её задуматься.
— Почему ты говоришь мне это? — наконец тихо спросила она.
Какаши посмотрел ей прямо в глаза, и в его взгляде было что-то, что она не могла понять.
— Потому что я не хочу видеть, как ты страдаешь, — сказал он. — Ты важна для меня, Сумире.
Её глаза широко раскрылись, и она застыла, не зная, что сказать. Какаши встал, убрав руки в карманы, и отвернулся, глядя на закат.
— Просто подумай об этом, — сказал он. — Ты заслуживаешь, чтобы тебя любили так, как ты любишь.
С этими словами он ушёл, оставив Сумире сидеть на берегу реки, растерянной и полной новых чувств. Её сердце билось сильнее, а в голове звучали его слова.
«Ты важна для меня...»
Сумире сидела на берегу реки ещё долго после того, как Какаши ушёл. Слова, которые он сказал, не выходили у неё из головы. «Ты важна для меня...» — эта фраза снова и снова звучала в её мыслях, как эхом. Она пыталась понять, что это значит. Почему Какаши сказал это именно сейчас? Неужели у него есть какие-то чувства к ней?
Она закрыла глаза, и в её голове снова начали мелькать образы: её бесконечные усилия ради Обито, его разговоры о Рин, его искренняя привязанность к ней. «Обито... Он не видит меня. Он не понимает...» — думала она. И вот теперь Какаши, который всегда был рядом, вдруг сказал такие слова.
Сумире тяжело вздохнула и встала. Её взгляд задержался на горизонте, где медленно скрывалось солнце. Было тяжело, но она знала, что ей нужно принять какое-то решение.
Тем временем, Какаши шёл по лесу, погружённый в свои мысли. Он не хотел ранить её, но слова, которые он сказал, были правдой. Он знал, что Сумире заслуживает большего, чем просто быть в тени Обито. Но почему-то каждый раз, когда он пытался выразить свои чувства, его сдерживала эта проклятая маска.
«Почему я не могу быть откровенным с ней?» — мучился он. «Она стоит всего на шаг от того, чтобы увидеть, как я на самом деле чувствую...»
На следующий день, когда Сумире встретила Обито, его лицо снова сияло, но в его глазах было что-то немного отчуждённое, как всегда, когда он вспоминал Рин. Он был счастлив, но этот свет в его глазах всегда угасал, стоило заговорить о её имени.
— Сумире, ты помнишь, как мы с Рин раньше тренировались? Она всегда была такой сильной и решительной! — начал он, не noticing как Сумире снова напряглась.
Она попыталась улыбнуться, но в этот раз это было трудно.
— Да, я помню.
Обито вдруг замолчал и внимательно посмотрел на неё.
— Ты как-то странно себя ведёшь, Сумире. Всё в порядке?
Сумире стояла у дерева, её сердце сильно колотилось. Она знала, что пришёл момент сказать правду, но слова давались с трудом. Обито стоял рядом, и она чувствовала, как его внимание было сосредоточено на ней. Он всегда был так открыт, а она всё время скрывала свои чувства.
Наконец, собрав всю свою решимость, Сумире вздохнула и начала говорить:
— Обито... Я... Я должна тебе кое-что сказать.
Он повернулся к ней, удивлённо приподняв брови.
— Что случилось? Ты выглядишь серьёзной, — сказал он, немного обеспокоенный.
Сумире сделала паузу, собираясь с мыслями. Она понимала, что это может изменить всё, но чувствовала, что больше не может молчать.
— Я... я влюблена в тебя, Обито. — её голос был тихим, но уверенным.
Обито молчал, и его взгляд стал настороженным, как будто он не совсем понял, что она сказала. Сумире поспешила продолжить, прежде чем он успел что-то сказать.
— Но я не хочу, чтобы ты отвечал, — добавила она, не поднимая глаз. — Мне не нужно знать, что ты чувствуешь. Я просто хочу, чтобы ты знал. Я долго это скрывала, но не могу больше.
Она взглянула на него, чувствуя, как её сердце сильно бьётся в груди.
— Я понимаю, что ты всегда говоришь о Рин. И... Я знаю, что ты её любишь. Я не могу требовать ничего от тебя. Ты заслуживаешь быть с ней, и я не могу стоять на твоём пути.
Обито стоял, не зная, что сказать. Его лицо было серьёзным, и видно было, что он не ожидал такого признания.
— Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя неловко рядом со мной, — продолжала Сумире. — Я просто... просто хочу быть твоим другом. Это важно для меня, и я останусь рядом, не зависимо от всего.
С её голосом было что-то невидимое, но очень сильное, как будто она прощалась с чем-то важным, но всё равно не могла отпустить. Обито молчал, его взгляд теперь был более мягким, но в его глазах всё ещё оставалась растерянность.
— Сумире... — наконец сказал он. — Я... я не знал, что ты чувствуешь так. Ты важна для меня. Но я... я не могу быть с тобой так, как ты хочешь. Моё сердце занято другим человеком.
Сумире кивнула, её горло пересохло.
— Я знаю, Обито. И я не прошу о многом. Я просто хочу быть рядом с тобой, как друг. И если это возможно, я буду счастлива.
Он молчал, а потом вздохнул и тихо сказал:
— Ты... ты заслуживаешь больше, чем быть просто другом. Ты заслуживаешь того, чтобы тебя любили так, как ты любишь.
Её глаза затуманились, но она сдержала эмоции. Она не могла позволить себе слёзы.
— Я это понимаю, — тихо произнесла она, стараясь держать себя в руках. — Но я останусь твоим другом. И буду счастлива, если ты тоже захочешь быть моим другом.
Обито кивнул, его лицо было полным сожаления, и, несмотря на то что он не мог ответить ей так, как она хотела, Сумире почувствовала, что её признание не осталось без внимания. Она повернулась и пошла прочь, ощущая, как тяжесть на её сердце постепенно становится легче. Всё было сказано. И хотя это не решило всё, она чувствовала, что сделала правильный шаг.
Сумире шла домой, её шаги были тяжёлыми, а в груди всё ещё оставалась пустота, но вместе с тем, была и лёгкость. Она сказала Обито правду. Теперь она могла смотреть ему в глаза, не скрывая своих чувств. Она решила, что время двигаться дальше.
Однако её мысли не покидали воспоминания о том моменте. Она вспомнила его лицо, когда он сказал, что она заслуживает большего. Эти слова прокручивались в голове, но они не приносили облегчения. Она понимала, что не сможет изменить его чувства, и что он продолжит любить Рин.
Когда Сумире вернулась домой, она почувствовала, как накатывает усталость, но её мысли не давали покоя. Когда она вошла в дом, она встретила Минато и Кушину, которые сидели за столом. Их взгляды были внимательными, но тёплыми, как всегда.
Минато сразу заметил, что что-то не так. Он поднял глаза от бумаги, которую читал, и мягко спросил:
— Сумире, всё в порядке? Ты выглядишь немного... встревоженной.
Сумире остановилась, чувствуя, как на её плечах снова легла тяжесть. Она знала, что не сможет скрыть свои чувства от этих двоих. Минато и Кушина всегда были такими заботливыми и внимательными.
Она тихо ответила:
— Я поговорила с Обито... о своих чувствах. Я призналась ему.
Кушина сразу отложила ложку и взглянула на неё с удивлением.
— Правда? О, я так и знала, что тебе не удастся скрыть это вечно, — сказала она с лёгкой улыбкой, но её глаза стали серьёзными, как всегда, когда речь шла о чувствах.
Минато вздохнул и покачал головой, его лицо приобрело мягкое выражение сочувствия.
— Ты решилась, и это, наверное, было сложно. Но ты сделала правильно, Сумире. Иногда признание помогает нам двигаться вперёд. Я горжусь тобой за твою смелость.
Кушина, положив руку на плечо Сумире, добавила:
— Ты знаешь, что всё будет в порядке. Даже если Обито не ответил так, как ты надеялась, ты по крайней мере освободила своё сердце. Это важно.
Сумире почувствовала, как её глаза начинают наполняться слезами. Несмотря на свою решимость, всё было не так просто. Она пыталась скрыть эмоции, но не могла.
— Я не могу быть с ним, — сказала она, её голос дрожал. — Он любит Рин. И я не могу быть тем, кто будет мешать ему.
Минато подошёл ближе и положил руку ей на спину, успокаивая.
— Ты не мешаешь ему. Ты просто признаёшь, что его сердце принадлежит другому человеку. И, возможно, в будущем всё сложится по-другому. Но пока ты будешь рядом с ним как друг, ты уже делаешь многое для него. Не забывай, что дружба важна.
Кушина улыбнулась и подмигнула ей.
— А если тебе нужно будет время, чтобы отдохнуть, мы всегда рядом. Ты сильная, Сумире, и я уверена, что ты найдёшь свой путь.
Сумире почувствовала, как плечи становятся немного легче. Несмотря на то, что её чувства оставались сложными, она знала, что с Минато и Кушиной всё будет в порядке. Они не осуждали её и не давили, просто поддерживали, как всегда.
Она вздохнула и с благодарностью кивнула.
— Спасибо, вам обоим. Мне нужно время. Но я надеюсь, что, несмотря на всё, смогу быть сильной и для себя, и для них.
Минато с улыбкой ответил:
— Ты уже сильная, Сумире. И помни, что ты не одна.
Кушина, улыбнувшись, добавила:
— Мы всегда с тобой. И если что-то ещё захочешь обсудить — не стесняйся. Мы тебя поддержим.
Сумире почувствовала, как на сердце становится легче. Это было не просто, но теперь она знала, что её семья рядом, и что бы ни случилось, она сможет справиться.
На следующий день, когда она снова встретилась с Обито, всё казалось немного неловким. Он пытался вести себя как обычно, но Сумире чувствовала, что что-то изменилось. Он не мог вернуться к прежнему состоянию, и она тоже не могла.
Обито заметил её напряжённость и, наконец, не выдержал.
— Сумире... я не знаю, что сказать. Ты для меня важна. И я не хочу, чтобы тебе было больно. Но я не могу сказать, что могу ответить тебе тем же. Ты права — я люблю Рин. Но это не значит, что я не ценю твою дружбу.
Сумире кивнула, пытаясь скрыть свою боль, хотя внутри её всё ещё терзало ощущение утраты.
— Я понимаю, Обито. Ты не обязан чувствовать то же самое. Я просто... надеюсь, что смогу быть твоим другом. Это важно для меня.
Он посмотрел на неё, и хотя его слова были искренними, в его глазах читалась грусть.
— Ты заслуживаешь того, чтобы тебя любили по-настоящему, — сказал он тихо. — И если я могу быть твоим другом, я буду этим счастлив. Но я знаю, что тебе нужно время.
Сумире улыбнулась ему слабой улыбкой, стараясь не показывать свою слабость.
— Да, время. Я тоже надеюсь, что всё будет хорошо. Я буду рядом. Просто... давай не будем делать всё сложнее, чем оно есть.
Обито, наконец, расслабился и кивнул.
— Спасибо, Сумире. Ты не представляешь, как мне важно, что ты остаёшься со мной. Мы всё равно будем хорошими друзьями, обещаю.
Она тихо вздохнула, и её сердце стало немного легче. Всё было не так, как она хотела, но она по-прежнему оставалась рядом с ним. И это, в конце концов, имело для неё значение.
В тот вечер, после тренировки, Сумире снова встретила Какаши. Он как всегда стоял у края улицы, наблюдая за тем, как люди расходятся после занятий. Когда она подошла, он посмотрел на неё, и в его глазах был тот же тёплый взгляд, как всегда.
— Как ты? — спросил он.
Сумире улыбнулась, и на этот раз её улыбка была искренней, хотя в глазах всё ещё оставалась тень грусти.
— Я в порядке. Немного уставшая, но всё будет хорошо.
Какаши посмотрел на неё внимательно, и снова, как и раньше, что-то в его взгляде заставило её почувствовать себя немного легче.
— Ты говорила с Обито, да? — спросил он тихо.
— Да, говорила. Я ему всё рассказала.
Он кивнул, как будто ожидал этого, и его лицо стало мягче.
— Ты приняла правильное решение, — сказал Какаши. — И, если тебе нужно время, чтобы всё понять, я здесь. Я всегда рядом.
Сумире почувствовала, как её сердце согревается от его слов, и она тихо сказала:
— Спасибо, Какаши. Я знаю, что могу на тебя рассчитывать.
Они оба немного молчали, стоя рядом, и в этот момент Сумире почувствовала, что, несмотря на все её внутренние переживания, она не одна. Были люди, которые поддерживали её, и это давало ей силы двигаться дальше.