Глава 1
Пока мы ищем свет, тьма наступает.
Два года спустя
POV Клэри
Кровь. Тёмная, липкая - она повсюду. Я иду по бесконечному полю трупов в надежде не найти там того, за кого так боюсь. Шаг, ещё шаг. Но его нигде нет. Я уже хочу улыбнуться, радуясь тому, что не нашла его здесь. Значит, возможно, он ещё жив, значит, надежда ещё есть. Но не тут-то было. Я слышу чей-то хрип, а затем и любимый голос, который отчаянно зовёт меня:
- Клэр...
Я хочу подбежать к Алеку и помочь ему, но кто-то держит меня за руку и не даёт мне двинуться с места. Я не знаю этого человека, но нутром чую, что он опасен. Мне хочется вырваться и бежать от него, бежать к Алеку. Но он лишь крепче сжимает свою руку вокруг моего запястья и тихим, но страшным голосом произносит:
- Смотри.
Он указывает рукой, на что мне нужно смотреть, и я начинаю содрогаться от криков. Куча воронов нападают на Алека, стараясь выклевать ему глаза, тем самым пытаясь добить его. Он закрывается от них, но от этого толку мало. Я уже охрипла от крика, и лишь когда вороны исчезают, я вижу, что они с ним сделали. Кровавое мессиво. От Алека ничего не осталось, лишь в куче крови лежит его небесной голубизны глаз.
Вырвавшись из схватки незнакомца, я подбегаю к месту, где лежало всё, что от него осталось. И, не смотря на боль в горле и на душившие меня слёзы, я кричу. Пронзительно и громко.
И в то же время я просыпаюсь в холодном поту. Дверь в мою комнату распахивается, и ко мне подбегает Джонатан:
- Опять кошмар, да?
Я лишь киваю, не в силах ответить ему, потому что я содрогаюсь в рыданиях. Брат подходит ко мне ближе и крепко обнимает. Я обнимаю его в ответ, и мы сидим так несколько минут, пока я не успокоюсь. Такое продолжается уже два месяца, и каждый раз Джонатан приходит ко мне и успокаивает. Ну, он только думает, что успокоил меня. На самом деле я не могу прийти в себя после таких кошмаров. Не смогу снова закрыть глаза, потому что знаю, что опять увижу мёртвого Алека. А я не могу. Не могу этого вынести.
Джон отстраняется от меня и, слегка улыбнувшись, спрашивает:
- Телевизор?
А я в который раз за эти два месяца отвечаю ему:
- Телевизор.
***
Успокаивающее жужжание телевизора в который раз прочищает мои мысли. И в который раз заставляет меня вспоминать всё, что произошло тогда. В ту страшную ночь. Я оставила Алека Лайтвуда. Человека, который заставлял меня чувствовать себя живой; человека, которому я была нужна; человека, в котором я нуждалась больше воздуха. Сколько раз за эти два долгих года я жалела о том, что оставила его! Бесчётное количество раз я плакала, потому что всем сердцем желала почувствовать тепло его на своих плечах! А сейчас ещё и кошмары, в которых я вижу, как Алек умирает. Не могу этого выносить. Мне больно.
Я слышу приближающиеся шаги и быстро вытираю рукавом безразмерной байки брата, которую я прикарманила себе уже давно и надевала всякий раз, когда просыпалась от ночных кошмаров, выступившие слёзы. Джонатан заходит в комнату с баночкой моего любимого клубничного мороженого и пристально смотрит мне в глаза. Я слегка улыбаюсь ему, но сразу понимаю, что моя фальшивая улыбка его не провела. Он лишь покачал своей блондинистой головой и сял рядом со мной на диване. Я положила голову ему на плечо, а брат начинает щёлкать пультом телевизора в поисках хорошей комедии.
Мы не говорим друг другу ни слова. Да и зачем? За эти два года мы научились понимать друг друга с полуслова, хоть это и было тяжело. Джонатан очень изменился за это время. Иногда я думаю, что это я согла его изменить, но почти сразу понимаю, что в глубине души он всегда был таким - добрым и заботливым братом. Джон рассказал мне историю нашей семьи, точнее, почему я о нём ничего не знала. Дело в том, что двадцать лет назад у моих родителей родился первенец - мой брат. Они луши в нём не чаяли и очень сильно любили. Но однажды им пришлось оставить его у бабушки с дедушкой, потому что собирался срочный созыв Конклава по делам нежити. Родители должны были там присутствовать, так как входили в совет. Заседание продлилось дольше, чем ожидали Джос с Валом, а когда они вернулись, чтобы забрать Джонатана домой, то увидели, что весь дом охвачен огнём. У них ещё теплилась надежда, что находившие в доме выжили, но когда среди пожарища нашли обгоревшие кости родителей мамы и маленькие кости, как они полагали, Джона, жизнь утратила для них всякий смысл. Но брат выжил, хоть он никогда не рассказывал мне, как ему это удалось, и где он был всё это время. По его глазам я видела, что ему больно об этом говорить. Я не торопила его: знала, что когда придёт время он сам мне всё расскажет.
- Ты уверена, что это хорошая идея? - вдруг спрашивает меня Джон, и я не сразу понимаю, о чём он говорит. Но, взглянув в его пронзительные зелёные глаза, я сразу поняла, о чем это он. Чаша Смерти. Джонатан передаст её Конклаву, сознавшись во всех своих преступлениях. Конечно, у нас был козырь, чтобы Джон не попал в тюрьму в городе костей. Он отдаст Конклаву Чашу лишь при одном условии: его помилуют.
- Да, Джон, я уверена, - немного осипшим от крика голосом отвечаю ему, слегка улыбнувшись.
- Спасибо, Клэри. За то, что ты рядом со мной.
Ах, если бы ты знал, как я сейчас хочу находиться в другом месте и с другим человеком!
И с этими мыслями я погружаюсь в свой очередной кошмар.
POV Алек
За окном уже тёмная ночь, а я и не думаю ложиться спать. Тренировочный зал, мишень, лук. И так каждую ночь. Я стреляю, пытаюсь выпустить пар, не думать, в конце-то концов, о ней, но не могу. Сколько раз я пытался забыть её, но всё без толку. Кларисса Моргенштерн прочно засела в моей голове и не хочет покидать мои мысли. Я вспоминаю её каждый день: её кучерявые рыжие волосы, её запах, её движения, походку. Но больше всего меня преследуют её глаза. Такие глубокие, чистые, ярко-зелёгые. Они снятся мне каждую ночь и я ничего не могу с этим поделать. А ещё я зол на неё. За то, что бросила меня, так ничего и не сказав. Мы пытались найти её, но всё тщётно. Она словно испарилась, словно её никогда и не существовало. И это бесит меня больше всего.
Стрела за стрелой я поражаю мишень ровно в десятку и тянусь за следующей. Но в колчане стрел больше нет. Повернувшись, чтобы взять ещё парочку стрел на стеллаже, стоящем рядом со стрельбищем, я замечаю в тренировочном зале свою полуночную собеседницу - Ребекку Росс. Она смотрит на меня с таким видом, что мне хочется смеяться - пожалуй, только ей и удается рассмешить меня в последнее время.
- Бекки, что ты тут делаешь? Уже поздно.
Черноволосая лишь закатывает глаза и парирует в ответ:
- Пытаюсь спасти своего лучшего друга от самоубийства. А ты?
Ну вот опять. Я смеюсь, а Росс подходит и ударяет меня со всей дури в плечо:
- Эй, Беккс, полегче. Эта рука мне еще нужна!
- А мне еще нужен мой лучший друг, который скоро себя в могилу загонит от хронического недосыпа и недоедания! - в голубых глазах девушки появился недобрый огонёк, а это означает, что я в полной жопе.
- Бекки, а как Джейс поживает? У вас с ним всё хорошо? - пытаюсь перевести тему я, но понимаю, что попытка была неудачной, потому что Росс ещё больше распаляется:
- Как Джейс, говоришь?! А ты сам не хочешь его спросить?! Тем более, что вы утром виделись, но, как обычно, проигнорировали друг друга! Вы же парабатаи! Вы давно должны были помириться! А ведёте себя, как дети малые! - в глазах у Ребекки появились слёзы, и она вот-вот была готова разрыдаться. И в этот момент я почувствовал себя настоящим придурком. Я, чёрт возьми, глава Института, у меня на плечах больная сестра, и я отталкиваю людей, которых люблю от себя. Жизнь удалась, что тут скажешь.
Медленно приближаюсь к Ребекке, потому что на собственном опыте знаю, что её движения могут быть совершенно непредсказуемыми. Ещё шаг - и вот я уже обнимаю её. Она плачет у меня на плече, и это первый раз, когда я вижу её слёзы. И секундой позже приходит осознание того, что это из-за меня девушка плачет:
- Прости, что заставил плакать.
Ребекка отстраняется от меня и своим фирменным прожигающим взглядом, говорит:
- Пообещай мне, что поговоришь с ним завтра.
- Обещаю.
Она улыбается, и слёзы мигом высыхают у неё на лице. Она хочет сказать что-то еще, но её прерывает звук шагов, направляющихся к тренировочному залу. В зал заходит Джейс, и Бекка направляется к нему. Они перекидываются парой-тройкой слов и, взявшись за руки, направляются к выходу из тренировочного зала. Но вдруг Росс останавливается и своим громким голосом мне говорит:
- Помни, что ты обещал.
Я слегка киваю, и пара удаляется. А я, послушав подругу, решаю направиться спать. Уже лёжа в кровати, я говорю себе, что отпускаю прошлое и буду жить настоящим. Если бы я только знал, как сильно ошибался в тот момент...
Очень жду ваших звёздочек и комментариев! Особенно комментариев!! P.S. Но и звёзд не менее!!!