𝟏𝟎 ⭑.ᐟ
· ✦•······················•✦•······················•✦
chapter 10 ⋆.˚
· · ─────── ·𖥸· ─────── ·
Больничная палата была окутана тишиной, тяжелой и гнетущей, словно надгробная плита. В этой тишине отчетливо слышалось лишь хриплое, прерывистое дыхание Ли Хисына – дыхание умирающего. Пак Хеин сидела у его кровати, вцепившись в его руку, как утопающий цепляется за соломинку. Она не отрывала взгляда от его лица, стараясь запомнить каждую черточку, каждую морщинку, каждый оттенок бледной кожи. Она знала, что это последние моменты, последние мгновения, когда она может видеть его, чувствовать его, быть рядом с ним.
Хисын лежал неподвижно, его тело – измученное и истощенное – уже почти не реагировало на внешние раздражители. Лишь слабые подергивания век и судорожные вздохи свидетельствовали о том, что в нем еще теплится жизнь. Память, словно капризная птица, давно покинула его сознание, оставив его в одиночестве перед лицом неминуемой смерти. Вчерашний проблеск ясности, когда Хисын вдруг узнал ее, назвал ее по имени, признался в любви, теперь казался жестокой насмешкой судьбы, даровавшей ей надежду, чтобы тут же отнять ее. Хеин чувствовала, как внутри нее нарастает волна отчаяния, как ее сердце разрывается на части от боли и бессилия.
Она вспомнила их первую встречу – случайную, нелепую, но такую судьбоносную. Она вспомнила их первое свидание – неловкое, но полное волнения и предвкушения. Она вспомнила их первую ночь вместе – страстную, нежную, незабываемую. Она вспомнила их свадьбу – счастливую, радостную, полную надежд на будущее. Она вспомнила их путешествие в Париж – романтичное, волшебное, наполненное любовью и счастьем.
Все эти воспоминания, словно острые осколки, вонзались в ее сердце, причиняя нестерпимую боль. Она понимала, что больше никогда не сможет пережить эти моменты вместе с ним. Что их история подошла к концу. В дверь тихо постучали. В палату снова вошел Джей, их верный друг. Он подошел к кровати Хисына и посмотрел на него с сочувствием.
– Как он? – тихо спросил он.
Хеин покачала головой, не в силах произнести ни слова.
Джей подошел к ней и обнял ее. – Я знаю, Хеин, – прошептал он. – Я знаю, как тебе тяжело, но ты должна быть сильной. Ради Хисына и ради вашего ребенка.
Хеин отстранилась от него и посмотрела на Хисына. Она увидела, что его лицо исказилось от боли. – Ему больно? – прошептала она. – Что мне делать?
Джей подозвал медсестру. Медсестра сделала Хисыну обезболивающий укол. Через некоторое время Хисын успокоился. Его лицо разгладилось, дыхание стало более ровным. Хеин снова взяла его за руку и стала тихонько напевать его любимую песню. Она пела ее тихо и нежно, стараясь передать ему всю свою любовь и заботу. Вдруг Хисын открыл глаза. Он посмотрел на Хеин с любовью и нежностью.
– Хеин, я люблю тебя – прошептал он. – Я всегда буду любить тебя. Не плачь, дорогая, хорошо? Я иду в лучшее место, там нет боли и страданий, там есть только мир и покой.
Его глаза начали медленно закрываться. Он посмотрел на ее живот и улыбнулся.
– Береги нашего ребенка, любимая, – прошептал он. – Расскажи ему обо мне и скажи ему, что я его очень люблю.
Его глаза закрылись окончательно.
Хисын сделал последний вдох и замер.
Его сердце остановилось.
А время закончилось
Она долго сидела у кровати Хисына, держа его за руку и смотря на его лицо. Он выглядел таким спокойным и безмятежным, словно избавился от всех своих страданий. Слезы безудержно лились по ее щекам. Она не могла остановить их. Она чувствовала, как ее мир рухнул, как жизнь потеряла всякий смысл. Она наклонилась к Хисыну и поцеловала его в лоб. Через некоторое время в палату вошли врачи и медсестры. Они осмотрели тело Хисына и подтвердили его смерть.
24 марта, время 13.45
Они выразили соболезнования Хеин и Джею и предложили им свою помощь. Хеин поблагодарила их и сказала, что им ничего не нужно. Хеин смотрела на тело Хисына и не могла поверить в то, что его больше нет. Ей казалось, что он просто спит и вот-вот проснется.
Все кончено