𝟖 ⭑.ᐟ
· ✦•······················•✦•······················•✦
chapter 8 ⋆.˚
· · ─────── ·𖥸· ─────── ·
Больничные стены, выкрашенные в унылый, успокаивающий бежевый цвет, давили на Пак Хеин сильнее, чем когда-либо прежде. Стерильный запах лекарств, пропитавший каждый уголок палаты, казался ей запахом смерти, запахом неотвратимого конца. Прошел месяц, а Хисын, прикованный к больничной койке, словно отданный на растерзание безжалостному времени, продолжал угасать.
Болезнь крала у него не только здоровье, но и память, самую суть его личности. Хеин наблюдала за этим с невыносимой болью, чувствуя себя беспомощной свидетельницей краха их мира. Сначала Хисын забывал мелочи – имена любимых актеров, названия книг, которые читал взахлеб, даты памятных событий. Потом он начал путать имена близких друзей, не узнавать лица знакомых людей. А затем пришел самый страшный момент – он перестал узнавать ее. Хеин помнила этот день, как сейчас. Она вошла в палату, как обычно, с улыбкой на лице и букетом свежих цветов, но когда Хисын поднял на нее взгляд, в его глазах не было ни тепла, ни узнавания.
– Кто вы? – спросил он, его голос звучал хрипло и неуверенно. – Что вам здесь нужно?
Хеин замерла, словно ее ударили током. Она почувствовала, как ее сердце разрывается на части.
– Хисын, это я, – сказала она, стараясь говорить как можно более спокойно. – Это Пак Хеин, я твоя жена.
Хисын нахмурил брови, словно пытаясь вспомнить что-то важное, но ускользающее. Пак...Хеин?ь– переспросил он. – Жена? Я не знаю никакой Хеин. Вы, наверное, ошиблись.
Хеин подошла к нему и взяла его за руку. Его рука была холодной и безжизненной.
– Хисын, посмотри на меня, – сказала она, глядя ему прямо в глаза. – Ты меня не узнаешь? Ты не помнишь меня?"
Хисын вглядывался в ее лицо долгие минуты, но тщетно. В его глазах не было ничего, кроме пустоты и растерянности.
– Нет, я вас не знаю, вижу вас впервые.
Хеин не выдержала и отпустила его руку. Слезы градом покатились по ее щекам.
– Но как же так, Хисын? Мы женаты и любим друг друга, вспоминай, дорогой!
Хисын посмотрел на нее с недоумением, словно не понимая, о чем она говорит.
– Любим? Женаты? – переспросил он. – Я ничего не понимаю. Я не женат, и я никого не люблю. Я один.
Хеин не выдержала и вышла из палаты. Она прислонилась к стене в коридоре и зарыдала в голос, не в силах сдержать боль и отчаяние. С тех пор Хисын перестал узнавать ее. Он забыл все – их знакомство, их любовь, их свадьбу, их мечты о будущем. Он забыл все время, что связывало их вместе. Теперь Хеин приходила в больницу каждый день не как жена, а как сиделка, как посторонний человек, который ухаживает за больным. Она кормила его, поила, переодевала его, читала ему книги, хотя знала, что он ничего не понимает. Она старалась не показывать ему своей боли, улыбалась, разговаривала с ним, рассказывала ему о нем самом, о его жизни, надеясь хоть ненадолго вернуть ему память, но бесполезно. Хисын смотрел на нее пустым взглядом и ничего не говорил. Однажды Хеин сидела у его кровати и держала его за руку. Хисын лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал.
– Хеин, дорогая...ты пришла? – прошептал он.
– Хисын! Ты меня узнал...?
Хеин заплакала. Она понимала, что это всего лишь мимолетное просветление, что скоро он снова забудет ее, но она была рада и этому. Она была рада, что хоть на мгновение смогла вернуть ему память, хоть на мгновение смогла почувствовать его любовь. Она продолжала сидеть у его кровати, держа его за руку. Она знала, что времени осталось совсем мало, и старалась прожить каждую минуту рядом с ним, словно это последний миг их жизни. Доктор, наблюдавший за состоянием Хисына, предупредил Хеин, что ему становится хуже.
– Боюсь, что болезнь все прогрессирует, и я не знаю, сколько еще он протянет, – сказал он. – Вам нужно быть готовой к самому худшему.
– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы облегчить его боль, – сказала она. – Я буду рядом с ним до самого конца.
Она знала, что это будет нелегко, но она уже была готова ко всему. Она любила Хисына больше жизни, и эта любовь давала ей силы переносить все трудности и испытания. Джей, узнав о плохом состоянии Хисына, примчался в больницу. Он был потрясен тем, что увидел.
– Боже мой, Хеин, – сказал он, обнимая ее. – Как ты держишься? Это же так невыносимо.
– Я должна быть сильной, ради Хисына и должна быть рядом с ним до самого конца.
Джей посмотрел на нее с восхищением. – Ты правда невероятная девушка...
– Ты мне очень помогаешь, – ответила Хеин. – Я не знаю, что бы я без тебя делала.
Джей предложил Хеин свою помощь. Он стал чаще приходить в больницу, сидел с Хисыном, разговаривал с ним, читал ему книги. Он делал все, чтобы облегчить ее ношу. Однажды, сидя у кровати Хисына, Джей сказал Хеин: "Знаешь, я думаю, что Хисын помнит тебя, просто он не может этого выразить."
Хеин посмотрела на него с недоверием. – Ты так думаешь? – спросила она.
– Я полностью уверен, – ответил Джей. – Я вижу, как он смотрит на тебя, в его глазах есть что-то такое...что-то светлое, теплое. Он тебя любит, Хеин, даже если он не может этого сказать.
Хеин задумалась над его словами. Может быть, он прав. Может быть, Хисын действительно помнит ее, но не может этого выразить. Она решила проверить это. На следующий день она принесла в больницу старую фотографию, на которой они были вместе, счастливые и молодые. Она села рядом с Хисыном и показала ему фотографию.
– Хисын, посмотри, ты узнаешь этих людей?
Хисын посмотрел на фотографию долгим, пристальным взглядом. На его лице не отражалось никаких эмоций. Хеин уже потеряла надежду, но вдруг Хисын поднял руку и коснулся ее лица на фотографии.
– Это ты...Пак Хеин
–Да! Это я, а это мы вместе. Ты помнишь?
–Я помню, что я любил тебя...