Гульгун разочаровывается в сыне
—На улице такая метель! Такого снега в Стамбуле не было лет тридцать!— голос госпожи Гульгун был звонким и по-детски радостным. Она сняла меховую шубу с плеч и поправила светлые волосы, которые лежали идеальной слегка небрежной волной.
Ферит бросил короткий взгляд в сторону закрытой двери спальни и натянув учтивую улыбку, посмотрел на мать.
Он ненавидел привычку членов его семьи приходить без предварительного звонка.
Женщина ласково улыбнулась сыну и поцеловала его в щёку, оставив на коже едва заметный след матовой помады. Она потёрла ладони друг об друга, отчего несколько массивных колец на её пальцах звякнули.
—Что-то случилось, мам?—спросил Ферит, пытаясь не выдавать своего раздражения и замешательства.
Госпожа Гульгун мягко улыбнулась и присела на край дивана.
—Не переживай, милый. Я ненадолго. Я лишь хотела поговорить с тобой насчёт...—голос женщины стих, когда её глаза вдруг наткнулись на две чашки кофе на журнальном столике.
Статная дама моргнула, затем с подозрением уставилась на две фарфоровые чашки.
Ферит поморщился и шумно вздохнул. Госпожа Гульгун недоверчиво нахмурилась и настороженно оглядела гостиную, пока её глаза не остановились на черной кружевной ткани торчащей из под диванной подушки.
Ферит проследил за взглядом матери и увидел забытый под подушкой бюстгальтер. Он густо покраснел и попытался придумать оправдание, которое не звучало бы жалко.
—Я хотела поговорить с тобой о твоей жене, —холодно заговорила мать и с разочарованием посмотрела на него, —но насколько я понимаю, ты очень быстро нашел замену Сейран?
Взгляд женщины стал суровым и презрительным. От былой материнской ласки не осталось и следа. Ферит потёр переносицу и задумался о том, за что ему все это. Неужели ему, взрослому мужчине, нужно оправдываться за что-то. Женщина продолжила свою холодную речь.
—Я хотела поговорить с тобой
... уговорить помириться с Сейран. Но теперь очевидно, что вам и правда лучше развестись! Приводить женщину в ваш с Сейран дом!
—Мама, это все...—начал было устало Ферит, но женщина его грубо перебила.
—Я разочарована тобой! Неужели я воспитывала тебя таким мерзким и гнусным человеком?—госпожа Гульгун порывисто встала и направилась в сторону двери.
—Мама, давай я тебе все объясню!—попытался остановить её сын, но женщина и слышать не хотела и зло одёрнула руку.
—Как тебе не стыдно!—выплюнула она и схватив шубу и сумочку, буквально выбежала из квартиры.
Ферит устало закрыл глаза и горько усмехнулся всей абсурдности ситуации. Он поплелся обратно в гостиную и плюхнулся на диван. Его рука скользнула к тому самому черному кружевному бюстгальтеру, который принадлежал девушке, с которой он провел эту ночь...
Дверь его спальни тихонько открылась и он услышал шаги босых ног по паркету. Стройная девушка в его рубашке и домашних штанах обвила его шею руками и уселась к нему на колени. Она уткнулась носом в его шею и тихо хихикнула.
—Неловко вышло, да?—выдохнула она.
—Из-за тебя моя мать теперь думает, что я изменяю своей жене, —пробурчал Ферит. Но получилось скорее не недовольно, а с иронией.
Девушка на его коленях прижалась к нему ещё ближе и ласково поцеловала его за ухом, отчего кожа покрылась мурашками. Ферит взял её лицо в свои руки и посмотрел в её зелёные глаза.
—Сейран, когда мы расскажем нашим семьям, что мы помирились? —спросил он, утопая в глазах жены.
—Думаю, что пора это сделать, —улыбнулась Сейран, с любовью глядя на мужа, —Не хочу, чтобы моего мужа называли изменщиком.
Ферит тихо хохотнул и притянул жену к себе, целуя её мягкие и родные губы.