I
Осень. Любимое время года Уилла Байерса. Пока все любили лето, его сердце было расположено к осени и весне. Для него месяцы между летом и зимой были особыми, пропитанными тёплой атмосферой горячего чая, написания картин, уютных семейных посиделок, одиноких прогулок с наушниками в ушах и чтения любимой литературы. Многие считали его занудой, ведь подростку его возраста аналогично было бы интересоваться тусовками, девочками и залипанием в компьютерные игры. Но Уилл был другим. Ему и вправду было интереснее сидеть одному и вырисовывать на холсте новые штрихи, чем гулять с компанией сверстников. Хотя, даже если бы ему и захотелось сделать последнее, он бы вряд ли смог, ибо почему-то не интересовал и даже отталкивал людей, ничего при этом не делая. Причину он и сам не знал. Его просто будто бы не существовало для окружающих. Не то, чтобы Байерс от этого страдал, но иногда хотелось прижаться к кому-то родному, но вовсе не к маме или брату, а к человеку, который бы заменил ему целый мир, выслушивая накопленные мысли, поддерживая в трудных ситуациях, радуясь вместе когда весело и молчать когда нужно. Но такого человека шатен не имел, поэтому старался просто находить радость и насыщение в мелочах, как например сейчас.
Вдохнув свежий воздух и включив плеер, Уилл сошёл с крыльца небольшого двухэтажного дома, в котором он жил со своей мамой Джойс. Раньше с ними жил 23-летний брат Уилла - Джонатан, но тот уже почти как два года живёт в другом городе со своей девушкой Ненси Уилер. Что насчёт отца, то тот покинул их семью ещё в глубоком детстве Уилла, чему вся маленькая семья Байерсов была очень рада, и пока что не напоминал о себе.
На улице была приятная прохлада, свойственная начинающемуся вечеру, сопровождаемая лёгким ветром и запахом свежести. Байерс направился в парк. Он хотел прогуляться, окунуться в свои мысли под любимые песни, незатейливо играющие в плеере.
Пройдя несколько улиц он осознал, что хочет пройтись по городу вместо простого похода в парк, поэтому, свернув налево от своего направления, пошёл по почти незнакомым улочкам.
"Как-то странно выходит - живу в Хоукинсе уже почти 5 лет, а ни разу не гулял нигде кроме путей до магазинов, любимого парка, школы и немногих других мест, и то, в которых я бывал только из-за мамы. Совершенно не знать город, в котором я живу, довольно странно, так что стоит узнать хотя бы небольшую часть города" - размышлял шатен, шагая по незнакомым улицам, с нескрываемым интересом разглядывая каждый дом, каждое дерево и поглядывая на небо. Возможно он слишком романтизировал всё вокруг, но так ему было намного легче жить. Уилл ещё с детства был тонкой, нежной и ранимой натурой, переполняемой добротой и сопереживанием к каждому живому существу на планете. Часто ему это вредило - его зачастую обзывали голубым и неженкой, а дети на детских площадах отказывались с ним дружить и даже могли толкнуть. Джойс это безумно расстраивало, но единственное, что она могла сделать в этих ситуациях - поддержать сына, поговорить или просто крепко обнять. Сейчас же он, хоть и не очень соответствовал своим 15-летним сверстникам, отдалился от матери и справлялся с переживаниями сам. Как бы то ни было, в семье у них были хорошие отношения, поэтому ссоры завязывались редко.
На какой-то из улиц, проходимых Уиллом, слуха того коснулся нетерпеливый звон в телефонной будке. Не придав этому значения, юноша двинулся дальше, однако, когда на горизонте очередной улицы замаячила следующая будка, снова затрезвонив, тот не выдержал и взял трубку.
- Алло - неуверенно произнёс Уилл.
- Здравствуйте. Уильям Байерс? - быстро проговорил неприятный женский голос с другой стороны аппарата.
- Да.. - Не успел он задать вопрос, какого чёрта неизвестному человеку известно, где шатен находится, тот его перебил.
- Ваша мать попала в автокатастрофу.