Ака проклятий 2

– Бездна, паршиво-то как! – воскликнул Юрао.
Я в который раз перечитала письмо: «Это моя ошибка, лорд Найтес, исключительно моя ошибка. И даже если я погибну, для меня главное – защитить семью».
– Защитил. – Я сидела в кабинете убитого гнома Рутты и читала его записку... предсмертную. Да, как выяснилось, почтенный гном шел на верную смерть и знал об этом. – Получается, он знал, что за ним идут, схватил медальон и выбежал из дома?
– Получается, так, – дроу уныло ковырял кинжалом стол, – да и по показаниям все сходится. Госпожа Рутта сказала, что он услышал гул, торопливо написал тебе письмо, затем помчался к сейфу, схватил коробочку и выбежал на мороз, даже не подумав надеть телогрейку.
– Почему же он просто не отдал артефакт?! – Вот чего я никак понять не могла. – Зачем отшвыривать его изо всех сил? Если медальон был у него, достаточно было просто подарить этому магу, и все, и Рутта остался бы жив!
– А если... прибыл не тот маг, которого ожидал почтенный гном? – предположил дроу. – Или же маг, которого опасался гном? Или Рутта вполне справедливо решил, что погибнет сам, но спасет семью?
Тогда все сходилось. Получается, гном услышал гул перехода, понял, что это враг, и метнулся прочь из дома... Но все это как-то странно.
– И все же гномы весьма прагматичны, а рисковать жизнью ради какого-то артефакта слишком глупо, – заметила я.
Юрао развел руками и «обрадовал»:
– К сожалению, после убийства соргом допросить гнома не сможет даже некромант. Орудие было выбрано не случайно.
Это уже все поняли. Я бросила еще один взгляд на ныне раскрытый и опустошенный сейф почтенного господина Рутты – лорд Мерос осмотрел там каждую вещицу, но артефактов у гнома более не имелось.
– Тебе пора ехать, – напомнил Юрао.
Знаю, знаю, знаю... Я сидела, барабанила пальцами по дубовому столу покойного гнома, столь же добротному, как и все здесь, и вдруг что-то напрягло. Убрала руку, подумала, постучала по столу снова... Конечно, здесь все было уже проверено с помощью магии, искать тайник в крышке стола после того, как тут поработал лорд Мерос, было бы глупо, но...
– Юр, – позвала я, – прислушайся.
И снова постучала по столу. Дроу размышлял недолго и через мгновение уже простукивал всю поверхность рукоятью кинжала. Когда же от его методичных ударов часть казалось бы монолитного дерева внезапно начала отходить, мы оба радостно переглянулись.
– Поверить не могу, что Мерос пропустил тайник, – прошептал Юрао.
Но когда он вытащил деревянную пластину, стало ясно: тайник – часть крышки стола. И сообщение было написано на ней, потому и не обнаружил ничего маг Ночной стражи. А вот прочесть...
– Древний язык, – недовольно пробурчал дроу.
– Язык человеческих магов, – после недолгого изучения выжженного сообщения выяснила я. – Что очень-очень странно.
– Ну почему же! – Юрао забрал у меня пластину. – Когда-то это были человеческие территории, а у людей были свои маги. Так что, возможно, гном...
– Да брось, тем же гномам при империи живется гораздо лучше, – возразила я. – В империи гномы равноправные граждане, а в человеческих королевствах они на положении существ второго сорта.
– А никто и не говорит, что гномы чем-то недовольны, – возразил дроу. – Не зря из человеческих государств к нам эмиграция не заканчивается, но... но у нас здесь пластина, на которой человеческим языком что-то написано... И это что-то очень хотели спрятать.
Угу, заговор человеческих магов против Темной империи – смешно. А потом я вдруг кое о чем подумала:
– Юр, а императрица – она кто?
– Какая? – Дроу начал прятать пластину под плащом, для чего ее за пояс заталкивал. – Их три было. Первая родила детей и свалила обратно в темноэльфийское государство, вторая вроде как чистокровная человечка была, там какой-то политический брак вроде, третья... Про нее вообще ничего не знаю.
* * *
Мне уже нужно было ехать. Нанятый Дарой экипаж с пятью боевыми магами уже час как ожидал меня. Экипаж стоял на улице, маги в нашей приемной пили чай и вовсю флиртовали с Риаей, им было весело. А мы с партнером под дикий хохот пяти мужских глоток и заливистый смех в одно женское горлышко, обложившись словарями, сидели в кабинете Юрао и переводили.
– Тринадцать артефактов... – провозгласил дроу все, что мы перевели.
Слов было двадцать восемь, но по словарям найти их оказалось крайне сложным, а все почему – человеческие слова стояли не по алфавиту, а по темам. То есть делались не словари, а разговорники. Как среди фраз типа «Как пройти к таверне» найти нужные нам слова?!
– Это издевательство, – прошипела я, отползая к следующему словарю.
Словари раздобыла Ри – три гнома-библиотекаря, очарованные темной эльфийкой, притащили нам несколько стопок книг, и потому расположились мы на полу.
– Так, – я подняла неприметную тонкую книженцию, – о, вроде здесь все структурировано.
Зажав книжку в зубах, я поползла к Юрао. Мы тут уже давно ползали, а ужин, мой прощальный кстати, остыл, но до него очередь так и не дошла.
И вот я сосредоточенно ползу к дроу, сосредоточенно это потому что в платье ползать сложно, и как-то сразу не обратила внимания, что смех в нашей приемной стих. Зато я услышала, как открылась дверь, а после женский хорошо поставленный голос произнес:
– Как любопытно у вас! Темного вечера, Дэя, темного вечера, офицер Найтес.
В общем, прекрасная и блистательная леди Тьер стоит в дверях в великолепном вечернем платье, а я растрепанная, на четвереньках и с книгой в зубах.
Издав раздосадованное «тьфу», я избавилась от книженции, встала, поправила платье и волосы и, глядя себе под ноги, пробурчала:
– Темного вечера, леди Тьер.
– Называй меня мамой, – пропел свекромонстр.
Юрао закашлялся. Я бросила полный подозрения взгляд на леди Тьер, и подозрения мои только упрочились при виде оскала, который леди благополучно маскировала под улыбку. В ее глазах просто-таки читалось возмущенное: «И это выбрал мой сын?!» Однако дальнейшие события показали, что мое впечатление было несколько ошибочным:
– Клянусь Бездной, у меня на мгновение появилось странное ощущение, что где-то я это уже видела, а потом вспомнила – именно так Риан начинал вести себя, стоило ему увлечься очередной загадкой.
Но улыбка все равно оставалась какой-то фальшивой. И тут я вспомнила про медальон. Откровенно говоря, снять его мне хотелось сразу, особенно в свете информации, что тот, самый первый, как выяснилось, причинял вред здоровью, находясь не на владельце, и потому мой дальнейший поступок был вполне обоснован.
– Леди Тьер, – я подошла к матери Риана, которая меня выше оказалась больше чем на голову, – можно я вам кое-что отдам?
И начала расстегивать ворот платья. Просто я медальон уже пыталась снять, но безуспешно – замок заело намертво, зато при леди появилась надежда на лучшее.
– Кстати, хорошая идея, – поддержал меня Юрао, – а то мало ли, вдруг убийца и за тобой охоту начнет?
Этого леди уже не выдержала:
– Что? – Нежный напевный голосок вмиг стал нормальным командным чуть хрипловатым голосом. – Убийца?!
– Долгая история. – Я наконец справилась с пуговицами. – Вот, заберите его, пожалуйста...
Сначала леди отшатнулась от меня, потом едва ли не начала сползать вниз по стеночке, но быстро взяла себя в руки. Зато лицо своим подчеркнуто спокойным выражением очень напоминало мне сейчас разгневанного Риана.
Дальше начались вопросы:
– Откуда? У тебя? Этот медальон? – И сразу видно, что капитаном мастер Бурдус называл ее не зря. – Отвечай немедленно!
И что тут сказать? Я правду сказала:
– Он на меня сам полез. Пополз по ноге, выше, застегнулся на шее. Не расстегивается. Снимите, пожалуйста.
Мне не ответили.
Взметнулось золотое пламя, леди исчезла. Медальон остался!
– Нервная у тебя свекровь, – заметил Юрао, потянувшись к выплюнутой мной книге.
А я стояла с расстегнутым воротом платья и думала – за кем это свекромонстр умчался? Хотя странный вопрос, я и так знаю, за кем!
Взметнулось алое пламя.
Я уже радостно улыбнулась, надеясь увидеть лорда-директора... И улыбка моя угасла мгновенно – из огня ко мне шагнул не Тьер! Точнее, Тьер, но не мой! А за ним стояла леди Тьер!
– Т-темного вечера, – пролепетала я, стягивая ворот платья и отступая к Юрао.
Высокий, как и Риан, с такими же чертами, разве что у лорда-директора более упрямое выражение лица, а у этого вроде как помягче, лорд остановился в шаге от меня, церемонно поклонился, схватил мою дрожащую руку, поднес к губам, поцеловал и произнес:
– Рад с вами познакомиться, Дэя.
Я руку осторожно забрала и еще на пару шагов назад отступила, во все глаза разглядывая лорда и, если честно, сравнивая его с магистром.
Подошел Юрао, обнял меня за плечи, нагнулся к уху и прошептал:
– Если он сейчас скажет: «Зови меня папой», я умру со смеху, учти. И моя смерть будет на твоей совести.
Я невольно улыбнулась, лорд Тьер-старший удивленно обернулся к супруге, та с невинным выражением лица произнесла:
– Наши зятья называют меня мамой.
– Да, – лорд Тьер-старший улыбнулся, – им же еще жить не надоело.
Все, свекр мне уже нравится.
Но дальше перешли непосредственно к вопросам:
– Дэя, разрешите вас так называть, вы не могли бы сообщить, где именно был найден медальон?
* * *
Семейный ужин в «Золотом фениксе» все же произошел.
В отдельном кабинете за столиком, накрытом на четыре персоны, сидели я, леди Тьер, лорд Тьер-старший и... Юрао. Беседовали в основном мужчины, мы с леди Тьер украдкой изучали друг друга, обмениваясь фразами.
Леди Тьер:
– И все же я настаиваю на принятии тобой моего приглашения. Мне потребуется как минимум месяц для того, чтобы подготовить тебя к появлению в высшем свете.
Я:
– К моему искреннему сожалению, леди Тьер, у меня занятия в академии, которые я не могу пропускать.
Леди Тьер:
– А кстати, дорогая, я слышала, что в ваших местах распространен культ Забытого бога и невеста после свадьбы становится собственностью семьи жениха.
Я:
– Риан настаивает на бракосочетании по вашим обычаям, говорит, это семейная традиция.
В общем, свекромонстр вполне соответствовала моим самым худшим представлениям.
Беседа между мужчинами была значительно интереснее:
– Это даже не человеческий, язык древнее ныне существующих королевств, – отец Риана оказался специалистом по языкам, и да – тоже носил звание магистра. – Мне потребуется около семи-восьми дней для расшифровки.
– В любом случае у нас есть время до возвращения партнера, – Юрао достал свиток для записей, – а я просмотрю все выпуски новостных свитков за последние сорок лет и попробую определить, что за артефакты были, скажем так, «утеряны».
– Я вам с ходу назову десять. – Лорд Тьер призадумался. – А впрочем, не совсем с ходу, дайте мне сутки на структуризацию данных.
Юрао сегодня был щедрым:
– Даю семь. Как я уже сказал, без напарника мне плохо думается, так что делом займемся, когда Дэя вернется.
Свекромонстр:
– А вы милая пара. И так сработались.
Я:
– Конечно, я лучшая подруга невесты Юрао, а он так любит Яну, что старается не обижать меня, только бы ее не расстраивать.
Мы с леди Тьер мило улыбаемся друг другу. Так мило, что у меня уже челюсть сводит. Юрао замечает мой умоляющий о спасении взгляд, мгновенно становится решительным и собранным и вспоминает о важном:
– Леди Тьер, вы собирались снять с Дэи артефакт. Поторопитесь, пожалуйста, напарнику давно ехать пора, экипаж простаивает.
Милая улыбка леди Тьер становится запредельно милой, и леди произносит:
– Дорогая, повидать родителей ты сможешь и летом, а сейчас следовало бы согласиться на мое предложение, не находишь?
Решила больше не улыбаться и честно призналась:
– Я очень скучаю по маме, и увидеть родных для меня гораздо важнее, чем посетить свадьбу кронпринцессы.
Свекромонстр хищно облизнулся и захлопнул ловушку:
– В таком случае ты просто не имеешь права отказаться от приглашения провести лето в нашем родовом замке. – Не успеваю раскрыть рта, как леди Тьер добавляет: – Дэя, спасибо, что согласилась. Обещаю, мы проведем чудесное лето, а осенью отпразднуем ваше с Рианом бракосочетание.
– Через год! – простонала пойманная в западню я.
– Как скажешь, милая, – леди Тьер сама любезность, – через год устроим просто волшебный праздник по поводу рождения вашего первенца.
Сижу совершенно бледная, испуганно смотрю на мило улыбающегося свекромонстра и понять не могу – она сейчас специально все делает, чтобы я от помолвки сама отказалась? Вообще, мне не хочется, но узнать ее позицию желательно. И, придвинувшись ближе к наблюдающей за каждым моим движением леди Тьер, я шепотом, так, чтобы увлеченные беседой мужчины не слышали, поинтересовалась:
– Вы в курсе, что я уже не могу отказаться от помолвки?
– Конечно, – и очень милая улыбка.
С кем я связалась?!
– Знаете, – я постаралась проявить решительность, – мы с лордом-директором договорились, что свадьба будет, когда я завершу обучение в академии.
– Знаешь, – свекромонстр старательно маскировал мстительный оскал под очаровательной улыбкой, – Риан, как благородный лорд, просто обязан будет жениться на тебе в кратчайшие сроки, как только у вас все произойдет. А я приложу для этого максимум усилий.
И сказано это было шепотом, с милой улыбкой и искренним обещанием во взгляде выполнить угрозу. И взгляд этот почему-то скользнул в ворот моего платья, и тогда мне в голову пришло страшное:
– Вы не снимете с меня медальон?
Свекромонстр пропел:
– Нет.
В ужасе бросаю взгляд на Юрао, но тот весь в беседе с лордом Тьером-старшим и ничего не замечает. А вот леди Тьер все с той же милой улыбочкой добавила:
– Сама ты его снять не сможешь, Риану это также не под силу. А действие у СитарЭмме очень любопытное, милая Дэя. Полтора года в любом случае не продержишься.
– Та-а-ак, – протянула я, понимая, что леди Тьер не стала бы посвящать меня в происходящее, не имея на это серьезной причины. – Чего вы хотите?
Улыбка у леди исчезла в момент, и свекромонстр деловым тоном поведала мне условия отсрочки бракосочетания:
– Первое – ты примешь мое предложение и позволишь обучить тебя придворному этикету. У нас будет всего четыре дня после твоего возвращения от родителей, чтобы тебя подготовить. Второе – бальное платье для представления тебя при дворе выбираю я. И третье, милая Дэя, – лето вы с Рианом проводите в нашем родовом замке.
Кажется, я ее сейчас просто прокляну.
– Альтернатива, – леди Тьер снова мило улыбнулась, – ты не соглашаешься, я не снимаю медальон, а дальше месяца не пройдет, как ты позабудешь и о скромности, и о принципах, и даже о собственном страхе перед моим сыном. Кстати, наличие СитарЭмме на тебе во время вашей ночи – это гарантированное зачатие наследника рода Тьер с первого раза.
Перспективы впечатляли. Мне оставалось лишь сказать:
– Хорошо, я согласна на ваши условия.
– Вот и замечательно. – Свекромонстр сиял от счастья, а потом произнес: – Малышка, иди к мамочке.
Медальон на моей шее дернулся, но не более.
– Им еще рано, но твое время обязательно настанет, Эмма, – произнесла леди Тьер – и уже приказным тоном: – Ко мне!
Щелчок. А затем медальон, вновь уподобившись змее, сполз с моей шеи, пробрался между пуговками на платье, извиваясь, прополз вниз, затем по столу и в итоге забрался на ладонь леди Тьер, обвившись вокруг ее запястья, как змейка.
Добившись победы столь бесчестным шантажом, свекромонстр грациозно поднялся и сказал:
– Дорогой, Дэе пора ехать, уже за полночь. Нам тоже пора, как бы ни хотелось посидеть еще, но бал без нас не начнут, любимый. А мы и так всех задержали.