Ака проклятий 3

– Чаю хочу, – нагло заявил магистр, едва мы оказались посреди прихожей в конторе «ДэЮре».
«Хочу побыть в одиночестве и разобраться со схемой», – поджав губы, подумала я, но отказать было бы грубо. Оглядевшись и увидев, что за время нашего отсутствия никто, судя по всему, не появлялся, я решила завершить дело с присутствием магистра малой кровью.
– Хорошо, – сняв плащ, вернула его Эллохару, – идите в мой кабинет, я сейчас заварю и принесу.
И, не дожидаясь ответа, помчалась в чаевую.
Торопливо заварив чай даже не крутым кипятком, вошла в свой кабинет и застала магистра нагло взламывающим обнаружившийся у меня тайник. Не знаю, что изумило меня больше, – лорд Эллохар в роли взломщика или наличие у меня тайника!
– Знаешь, Риате, всегда подозревал, что дроу – паршивый народец, значительно паршивее гномов, но чтобы настолько... Нет, вот ты мне скажи – кто дарит девушкам пустой тайник? Это по меньшей мере невежливо.
«Ху-у, – выдохнула я, – как замечательно, что там ничего нет».
– Магистр Эллохар, ваш чай, – вежливо сказала я и, поставив все на стол, поспешно села на свое место.
Сразу на глаза попался розовый конверт. До вскрытия его магистром, он, видимо, был перевязан алой ленточкой. В конверте имелся лист с надписью:
«Партнер, держи мой подарок на первую праздничную ночь. Сразу предупреждаю – это тайник. А также сообщаю – ищи его сама. Сыщик ты или как. Вот и ищи».
– Спасибо, лорд Эллохар, – искренне поблагодарила я, так как вряд ли сама отыскала бы тайник, сработанный гномами.
А сие точно делал гном, ибо на моем столе лежало дело № 17, на котором уверенным почерком Юрао было выведено: «Раскрыл, оплату стребовал натурой». Ну и, собственно, в описании дела значился заказчик – мастер-каменщик почтенный господин Родве.
Послышался неприятный скрип – вскинув голову, поняла, что это скрипит дверка тайника, закрываемого лордом Эллохаром. И вот стоило ему все закрыть, как отыскать место схрона было уже почти невозможно.
– Хорошая работа, – заметил магистр и, сняв перчатки, сел чаевничать.
Я кивнула, вытащила из стола несколько листов бумаги, торопливо скрепила и принялась вырисовывать схему. И с этого момента мира для меня уже практически не существовало, а потому я не сразу услышала произнесенное Эллохаром:
– Дэ-э-эя... Ненормальные адепты в этой Академии Проклятий. Дэя, ты меня слышишь?
– Мм? – не отрываясь от восьмидесятого символа, ответила я.
Смешок, и в приказном тоне:
– Риате, прервись, я сказал!
Поднимаю голову и совсем не дружелюбно смотрю на магистра.
– Темных тебе, – иронично поздоровался Эллохар. – Эрху помнишь?
– Кого? – не поняла я.
– Вспомнишь, – «обрадовал» меня магистр. – И учти, трогать тебя я запретил, на дроу запрет не распространялся. Все, Риате, береги себя.
– Угу, – пробормотала я, вновь погружаясь в схемы.
– Дэ-э-эя...
Он уйдет когда-нибудь?!
– Что?! – повысив голос, зло спросила я, не отрываясь от листка.
Эллохар встал, подошел ко мне, заставил запрокинуть голову и, едва я на него посмотрела, тихо сказал:
– Дэя, береги себя. Хорошо?
– Угу.
– Не «угу», а «как скажете, Даррэн».
– Угу, как скажете, магистр Эллохар! – Еще бы я его по имени называла!
– Тоже сойдет, – чуть скривившись, произнес лорд.
Вспыхнуло синее пламя.
– Слава Бездне, – сказала я, возвращаясь к расчетам.
Комбинации из символов, звуки, обращенные в схемы, заклинания, обретшие форму. И самое невероятное – та формула ускорителя и закрепителя проклятий частично отображалась в данных схемах. Я четко установила схемы для «Анахема», «секеэ» и «ородусмун». Следовательно, можно было предположить, что формула катализатора относится к одной из трех магий, задействованных в создании этого оберега Ведической Школы. Но если эльфов я отмела сразу (слишком изящные и сложные схемы они использовали, а тут действовал принцип «Все гениальное просто»), человеческих магов также – у людей аура слабая, а проклятия использовались с отдачей, то вот морская ведьма...
Если так подумать, то с событиями и историей этой самой морской ведьмы я в последнее время сталкиваюсь все чаще.
Хлопнула входная дверь, а колокольчик не зазвенел, значит, Юрао. Но почему-то вместо того, чтобы, увидев мое пальто, сразу ко мне прийти, партнер на всю контору выдал:
– Вот Бездна! – восклицание меня заинтересовало, но что касается дальнейшего... – Прости, малыш, я сегодня не в форме. Понимаешь, вчера песочило начальство, потом вызывало на ковер непосредственное начальство, затем мы гонялись за очередным озверевшим оборотнем, опять же на гуляниях беспорядки. И вот как ты думаешь, у меня было время поспать и предстать перед тобой в приемлемой форме? Нет! Мне исполнилось двадцать семь, ночью, кстати, и наутро матушка вместо горячего чая привела мне невесту! От Ри отстали и взялись за меня! И вот три часа, голодный, злой и невыспавшийся, я корчил вежливую улыбку потенциальной будущей супружнице. А я не хочу жениться! Я дроу в полном расцвете сил! У меня карьера! У меня своя контора! Ну, своя, это потому что партнер постоянно пропадает, мотивируя собственно уклонение от прямых обязанностей насыщенной личной жизнью. Так о чем я? А вот! Я не хочу жениться! Я не готов к семейной жизни. Я не готов к верности одной, нацепившей мое фамильное кольцо, личности. У меня вообще семь постоянных любовниц и три так просто, когда постоянные приедаются. И вот скажи мне, Эрха, могу ли я жениться? А я тебе отвечу – нет! И у меня на то объективные причины!.. – Он немного помолчал и вдруг удивленно спросил: – А ты тут что делаешь, кстати?!
И получил ответ, полный ярости:
– Готовься сдохнуть, дроу!
А затем раздался грохот, рык разъяренной девушки и снова грохот.
Подскочив с места, я бросилась спасать партнера, но едва выбежала в приемную, так в дверях и застыла. Потому что яростно вырывающаяся адептка Смерти билась под Юрао, который преспокойно придавил ее массой своего тела, более того, обе ее руки удерживал одной своей и шарил по телу Эрхи, методично избавляя последнюю от разных смертоубийственных приспособлений. На полу уже лежало более десяти метательных кинжалов, какие-то странные дротики, мы такие даже не изучали, а также два ножа, один кинжал и ручной арбалет, из тех, что крепится к специальным поручням.
Заметив мое появление, Юрао весело произнес:
– Темных, партнер. Слушай, у меня тут свидание намечается.
Эрха яростно выгнулась и зашипела, но дроу это совершенно не испугало, и он продолжил свое темное дело.
– Спасибо за подарок, – глядя, как Юрао стягивает с Эрхи странный пояс, пробормотала я.
– А... все для тебя, Дэй.
Он таки стянул пояс, осмотрел, хмыкнул, отбросил его в сторону и задумчиво предложил:
– Эрха, а давай поженимся.
Адептка Смерти вырываться перестала, потрясенно глядя на дроу.
– Ну пожалуйста, – взмолился он. – Давай прямо сегодня, а? Сейчас быстренько встаем, идем ко мне, знакомлю тебя с родственниками, а потом ты с мамой планируешь свадьбу, а я возвращаюсь в контору, у меня дел столько. Соглашайся, а? Ты вся такая суровая, решительная, и это, как его, «Слово Эрхи – закон» – мама от тебя в восторге будет, а отец просто побоится возражать. Ты согласна?
И полный ярости ответ:
– Дроу, ты сдохнешь мучительно!
Тяжелый вздох и печальное:
– Эрха, милая, – она даже зашипела от подобного обращения, – Эрха, радость моя, давай откровенно – я же тебе сразу понравился. И к тому же, – я такой обаятельно-наглой улыбочки у Юрао еще не видела, – ты, если честно, даже не собиралась меня действительно убивать. Детка, я и сейчас держу тебя вполсилы.
Зря он так. Удар, Юрао отлетел в сторону, но мгновенно сгруппировался, упал и тут же вскочил, чтобы увернуться от прицельного броска дротиком.
– Я, – рычала адептка Смерти, – здесь для защиты этой, – кивок в мою сторону. – И магистр, – в Юрао полетел нож, – просто запретил тебя убивать, наглая рожа!
Увернувшись от всего, что в него было послано, дроу выпрямился, приложил правую ладонь к сердцу и восторженно-издевательски воскликнул:
– Какие чувства! Какие эмоции! Сколько грации и страсти!
– Подыхать будешь мучительно! – прошипела девушка.
И тут выражение лица у Юрао изменилось совершенно. Он вдруг стал серьезным, глаза сузил, а затем совершенно иначе, уже без патетичных ноток в голосе, задал вопрос:
– Эрха, а ты, случаем, не шайген?
Вздернув подбородок, девушка ответила:
– Именно так!
– Вот Бездна... – простонал Юрао.
Адептка усмехнулась и ехидно поинтересовалась:
– Что, страшно стало?
– До дрожи в коленках, – мрачно ответил дроу, повернулся ко мне и гневно так вопросил: – Дэй, зараза безголовая, ты во что без меня ввязалась?!
И тон такой обвинительный. Я и ответила:
– Юр, все произошло при твоем непосредственном участии, без тебя я ни во что не ввязывалась.
Нахмурился, потом, забыв про разборки с адепткой Смерти, подошел ко мне, невежливо подтолкнул к моему кабинету и, едва мы вошли, с грохотом закрыл двери.
И началось:
– Дэй, ты мне зубы не заговаривай. Мы с тобой имели дело вчера с проклятийником. Магии там ни капли, иначе сработал бы мой защитный амулет. А Эллохар тебе шайгена подсунул. Ты в курсе, что это означает? Он тебя от магических атак прикрыл, Дэй. Причем от любого типа магии. Шайгены ее через себя пропускают и атакуют того, кто имел глупость напасть. Одно маленькое «но» – шайгены вне закона на территории Темной империи. Исключение – Школа Искусства Смерти. И Эллохар пошел на преступление, Дэй. Вопрос – какого он на это решился, а?
Тяжело вздохнув, я грустно спросила:
– Хочешь чаю?
– Хочу, – Юрао сел на стул, сгорбился и убитым голосом прошептал: – Дэй, ты чудо.
Приятно было слышать. Я быстренько поставила греться чайник, потом вспомнила, что к чаю у нас ничего нет, так как печенье съели мы с домовым. И взяв деньги, отложенные как раз на чайные нужды, торопливо направилась в приемную. Там Эрха собирала свои убийственные принадлежности.
– Юр, а Ри придет?
– Неа, – отозвался мой партнер, – Дэй, а что здесь за символы?
– Приду, расскажу.
Набросив пальто, я побежала в кондитерскую почтенного мастера Мелоуина, того самого, что держал лучшую кондитерскую в Ардаме. За мной беззвучно и безмолвно шла Эрха, а мне с ней разговаривать было попросту страшно.
У господина Мелоуина в столь раннее время оказалось непривычно тихо, зато в воздухе витали несравненные ароматы свежей выпечки. И я решила потратить деньги на поднятие собственного настроения. Стоя перед витриной и рассматривая кремовые завитушки, хрустящие корзиночки и рассыпные горки, я решила, что есть все это вдвоем с Юрао невежливо по отношению к адептке Смерти, и потому спросила:
– Леди Эрха, а вы что будете?
Девушка странно на меня посмотрела и хриплым шепотом спросила:
– Так заметно, что я леди?
Я молча и потрясенно поглядела на нее, а Эрха продолжила:
– Я специально упростила свою речь, веду себя, как тролль на сходе, неужели заметно?!
– Мм-м... это было просто проявлением вежливости, – пробормотала я в ответ.
– А-а-а! А так не заметно? – с надеждой спросила она.
– В жизни бы не догадалась, – заверила я, – так что вы будете?
Эрха подошла к прилавку, поманила продавца из полугномов, и вот тогда я действительно поняла – леди. Об этом свидетельствовали посадка головы, разворот плеч, осанка, жесты, ну и конечно, поведение существа, которому никто никогда не отказывает. А потом она озвучила свой заказ:
– У вас, в этой забегаловке, – полугном обиделся и даже засопел, – имеются пирожные с кремом из маринованных цветов чертополоха?
И такой тон, что обученный и выдержанный продавец уже явно был готов припечатать ее подносом с только что принесенными булочками. Но парень сдержался и с достоинством ответил:
– Прошу прощения, почтеннейшая, – и последовала наглая ложь, – уже закончились.
Сам он явно о подобном не слышал, как и я, однако заметно на «забегаловку» обиделся.
– Хорошшо, – прошипела Эрха, – допустим, вы столь популярны в этой дыре, что к вам с утра табунами темные захаживают. И даже не будем учитывать тот факт, что мы с адепткой Риате здесь третьи гости с утра... – Точно, во дворе следов совсем мало было. – Но неужели вы не располагаете даже конфетами с джемом из полыни?
Какая гадость, у нас полынь применялась исключительно как приправа для протухшего мяса, которое очень тролли и нежить жаловали. Полугном, похоже, подумал о том же, что и я, потому что скривился жутко.
Я решила вмешаться. Подойдя, начала с вежливого:
– Темных вам!
– И вам кошмарных, госпожа Риате, – отозвался полугном.
Я удивилась, так как с ним не была незнакома. Но тут вспомнила, что Эрха только что назвала меня «адепткой Риате». Однако подавальщик, улыбнувшись, пояснил:
– В нашей общине вас теперь все знают, так что любой гном в Ардаме, считайте, ваш старый знакомец. Вам подобрать что-то особенное? – намекнул он на запросы Эрхи.
Я задумалась, вспомнила, что у нас в Ардаме вообще есть, так как все закупали приправы в одном и том же месте, и спросила:
– А у вас есть соус из полыни?..
– Есть, но только как заготовка, – он развел руками, – и где-то были измельченные листья чертополоха...
– А можно первое и второе смешать с масляным кремом без добавления масла лепестков розы – и положить отдельно в вафельные стаканчики?
Полугном, кивавший по мере высказывания моего предложения, чуть прищурился и внес собственное:
– Чертополох будет лучше сочетаться с заварным сливочным кремом, так листья отдадут больше вкуса.
– Замечательно, – если честно, мне захотелось попробовать что-то подобное.
– Два стаканчика? – правильно понял меня продавец.
– Лучше три, – я решила, что и Юрао приобщим к кулинарным изыскам. – И еще мне булочки с джемом из каррисы, для моего партнера булочки со сливовым джемом и ваши замечательные пироги с мясом, двух вполне хватит, они большие. И да, для моей гостьи заготовки песочных пирожных и крем с полынью для них отдельно.
– Будет исполнено. – Полугном скрылся на кухне.
Мы с Эрхой отошли к окну в ожидании заказа. Молча постояли некоторое время, и тут девушка тихо призналась:
– Я из ДарГарая, знаете о нем?
Отрицательно покачав головой, я ждала продолжения, и она договорила:
– У нас много нежити, как мелких, так и крупных представителей этого мерзкого семейства, а чертополох им отвратителен. Поэтому наших детей с рождения приучают к этому вкусу, у меня даже в школе с собой были баночки с домашним вареньем.
– У нас в деревне поступают проще – детская одежда пропитывается соком чертополоха, полыни, крапивы и зверь-травы, – я улыбнулась, – пахнет жутко, и от такого запаха не то что нежить, там умертвия готовы повторно к Бездне прогуляться.
Эрха рассмеялась, я тоже стояла с улыбкой. Наш заказ принесли быстро, правда, когда мы уходили, из кухни высунулись три поваренка – поглазеть, кому это такую гадость приготовили. Кстати, полынный крем пах хуже того, что с чертополохом, но это мелочи.
* * *
Вернувшись в контору, я отнесла покупку из кондитерской Мелоуина в нашу приемную, Эрху послала за Юрао, сама быстро сделала чай.
– А почему не в чаевой? – спросил Юрао, вой-дя в кабинет для приема посетителей.
– Втроем мы там не поместимся, – резонно возразила я.
– Втроем?
Эрха, стоящая в дверях, молча и выразительно сложила руки на груди, вперив пристальный взгляд в дроу. Юрао соображал быстро:
– Так вы соблаговолили принять наше нижайшее предложение? Я счастлив, я просто счастлив!
– За стол, – скомандовала я, и они даже послушались.
Сели, я разложила выпечку, ну и вафельные стаканчики.
– Это что? – полюбопытствал дроу, с недоверием глядя на бело-зеленый крем.
– Профилактика от нежити, – пошутила я.
Подняв на меня печальный взгляд, Юрао грустно произнес:
– Дэй, единственное, чем меня с утра пытались накормить, – это сок с приворотным зельем. Мама как привыкла нам в сок лекарства с детства подмешивать, так до сих пор и продолжает, а теперь еще и ты.
Настроение у моего партнера сегодня было преотвратное, и я его понимаю.
– Не понравится, не ешь, – предложила я.
– За него деньги плачены, – печально ответил Юрао и поднес ко рту первую ложку крема.
Каюсь, мы с Эрхой, переглянувшись, не спешили приступать к завтраку: пусть он первый попробует, а мы уже по результатам дегустации решим – приобщаться или не стоит. Юрао проглотил первую порцию с кончика ложки, выдал удивленное «мм», зачерпнул уже полную ложку и с видимым удовольствием съел. Отбросив сомнения, я тоже приступила к крему с чертопо-лохом.
Никогда не думала, что так бывает – сливочный крем тает на языке, а ты словно переносишься в далекое детство, и, стоит закрыть глаза, как появляется ощущение, что стоишь ранней осенью посреди лесной лужайки, а вокруг ароматы трав, пение птиц, и в траве что-то шуршит...
– Мм-м, – простонала Эрха, – как в детстве побывала.
Открыв глаза, я увидела оба пустых уже стаканчика. Два жадных взгляда были устремлены на мой, практически полный, так как я продолжала сидеть с ложкой во рту. Ложку я вытащила, стаканчик рукой прикрыла и сказала:
– Это мое, за добавкой к Мелоуину.
В следующее мгновение я поняла, что схватку за крем точно проиграю, потому как дроу и адептка Смерти переглянулись, обменялись понимающими взглядами и...
– Когда свадьба? – невинно поинтересовалась я.
Больше они не переглядывались, а я эгоистично доела весь свой крем, стараясь не подавиться, так как смех и еда – вещи трудно совместимые. А потом Юрао спросил:
– Чем займемся?
– Сколько у нас дел от гномьей общины?
– Тридцать четыре, два я раскрыл, – дроу откусил от пирога и, жуя, объявил: – Мои любимые.
Эрха, намазывающая полынный крем на корзиночку из песочного теста, тихо спросила:
– Дела?
– Угу, – Юрао даже кивнул, – мы с партнером частные следователи.
Едва не выронив пирожное, адептка Смерти удивленно на меня посмотрела.
– Не врет, – подтвердила я.
И тут звякнул колокольчик на входной двери.
Я не успела встать, чтобы встретить пришедшего, как застыла, со смесью страха и удивления глядя на пол, по которому из приоткрытой двери тек туман. Густой, темный, страшный туман! И он струился, растекаясь, поглощая пространство, подбираясь к нам...
– Во имя Бездны, что это за... На стол, живо! – крикнул Юрао.
Я подчинилась мгновенно, дроу помог забраться, а вот Эрха...
– Куда ты лезешь? – прошипел Юрао, глядя на адептку Смерти, присевшую на полу и присматривающуюся к черным клубам мутной субстанции...
И вот зря она так!
Я закричала!
Просто закричала, когда потемневший туман вдруг исторг щупальца и извивающиеся конечности вмиг обхватили Эрху. Адептка Смерти поначалу даже не испугалась, в первый миг она выглядела скорее удивленной, а полный боли крик вырвался из ее горла позже, когда щупальца сжали стройное, затянутое в черное тело. В тот же миг, с тихим звоном вынув оружие, к ней рванул Юрао... Но другие щупальца обхватили дроу...
Кажется, я кричала, когда он падал, и когда черный туман накрыл его волной, и когда такой же волной накрыло Эрху. Просто кричала, до боли сжимая узелок Риана, и думала, думала, думала... Как можно думать в такой ситуации?! А я думала! Глядя, как темно-фиолетовые щупальца волокут их извивающиеся тела к дверному проему, верещала от ужаса и думала...
Схема кристаллов заклинаний защиты, увиденная на том самом ковре-обереге ведьм, вспыхнула в голове словно сама собой.
Но в следующее мгновение я пробежала по столу, схватила плащ, брошенный здесь дроу, так как в прихожей он из-за Эрхи не успел раздеться, и, почти не задумываясь, взяла остатки полынного крема, маслянистого и светло-желтого, и вычертила тот символ. Резко, чуть коряво, дрожащими пальцами... Стараясь не смотреть, как черный туман, словно мутная вода, заполняет комнату... От масляного крема на черной ткани оставался лишь жирный след, но он был! Устойчивый и верный... И когда с пола ко мне потянулось черное щупальце, я стремительно надела плащ и взмолилась Бездне о спасении...
Я никогда не боялась змей. Змеи, ящерицы, лягушки – всего этого, благодаря братьям, в нашем доме было в избытке, но как же мерзко выглядело темно-фиолетовое щупальце с жуткими розовыми присосками... самое ужасное зрелище в моей жизни. И когда шесть отвратительных отростков потянулись ко мне, оставалось лишь закрыть глаза и надеяться, что появится Риан... Или не появится. Меньше всего мне хотелось, чтобы его, как и Юрао, схватили отвратительные щупальца, и что самое ужасное – дроу ничего не смог сделать... Совсем ничего!
– Бездна, молю тебя, только бы они остались живы и невредимы, – закрыв глаза, простонала я.
У меня сердце рвалось на части, а крик рвался из груди...
И ничего не происходит. Ничего... ко мне ничего не прикоснулось.
Медленно открываю глаза и вижу застывший у моих ног туман... Слышу отвратительное шипение и вижу, как отползают щупальца... О Бездна! Кажется, это... кажется... сработало!
Я спрыгнула на пол! Туман отпрянул от меня, образовав сухой чистый островок! Действует! Символ защиты – он действует! И я помчалась в приемную!
Одно из самых отвратительных зрелищ в моей жизни – наша уютная приемная наполнена черным туманом, а по стенам висела отвратительная слизь... И я не понимала, отчего это, пока не увидела, как из клубящегося тумана выныривает жуткая голова с клювом и сблевывает зелено-желтую слизь...
– Дэя, беги! – крик Юрао из тумана. – Беги, на него магия не действует!
Я побежала. На звук его голоса. Поскальзываясь на слизи, стараясь не замечать омерзительное шипение отползающих с моего пути щупалец и иной раз наступая на те, что отползти не успели. А потом я споткнулась и упала... на Юрао. Неловко попыталась встать, но это было сложно, учитывая, что при моем падении с дроу и Эрхи начали торопливо сползать щупальца, и в итоге мы все втроем повалились на изгвазданный пол.
– Что это? – поднимая ладонь и глядя на слизь меж растопыренных пальцев, спросила я.
– Темных тебе, для начала, – прохрипел дроу, приподнялся, схватил Эрху и, усадив к себе на колени, осторожно похлопал по щекам. Адептка Смерти мгновенно распахнула глаза. – И тебе темных, – прошипел злой Юрао. – Я не понял, что за обмороки в столь ответственный момент?
Эрха открыла рот, закашлялась и рот закрыла.
– Ты же у нас адептка Смерти, – нет, Юр определенно злился, – слышь, адептка, как вот это убить, а?
Повернув голову, Эрха посмотрела на чудище, взвизгнула и спрятала лицо на груди дроу. Машинально погладив ее по испачканным слизью волосам, Юрао печально поведал о случившемся с ними:
– Это пыталось нас сожрать, начало с Эрхи, и его вырвало. Попытался мной закусить – тот же эффект. Заблевал все нам... Счет за очистку стен и ремонт страшно представить.
Я сочувственно покивала и принялась вычерчивать знак защиты прямо в слизи.
– Те самые символы, которыми ты там пачку бумаги изрисовала? – меланхолично поинтересовался Юрао, успокаивающе покачивая всхлипывающую адептку Смерти. Потом он решил ее утешить: – Детка, ну чего ты? Ну подумаешь, его от тебя стошнило... Ничего, молодая еще, найдешь еще на свою голову монстра, который сочтет тебя очень вкусной.
Эрха плакать перестала.
– И потом, – продолжал разглагольствовать Юрао, – кто еще в вашей унылой школе смертников может похвастаться тем, что им какое-то там чудище побрезговало, а? А теперь представь – ты вся такая: «Я Эрха, от которой стошнило даже монстра! Все знают, что слово Эрхи – закон!» Ну, как тебе?
Адептка выпрямилась, гневно глядя на дроу. Юрао весело подмигнул ей и ласково так спросил:
– Все? Пришла в себя?
– Знаешь ли, – прошипела адептка, – меня, к твоему сведению, впервые съесть пытались!
– Да? – изумился Юрао. – А меня уже раз двадцать, но вот блевали мной впервые. – Он демонстративно призадумался и медленно проговорил: – А может, это у него несварение после тебя как началось, так и не заканчивается, а?
Судя по искривленному лицу адептки Смерти, назревал нешуточный скандал, который я прекратила одним словом:
– Чертополох.
– Да я понял, Дэй, – отозвался Юрао, – ты рисуй, не отвлекайся, нам выбираться пора, монстр блюет уже с гораздо меньшей частотой, а значит, оклемается скоро.
– Офицер Найтес, вы меня поражаете, – призналась я, – мне казалось, ты тут ведешь беседы на отвлеченные темы.
– Угу, – буркнул он, – отвлекаю адептку Смерти от мысли, что существуют монстры, способные ее убить, невзирая на ее статус. – Эрха всхлипнула, дроу продолжил: – Да прости ты его, неуча, ему же никто не объяснил, что адептов Смерти жрать нельзя, а надо подыхать, когда ему кинжалом в сердце бьют.
– У... у... у него три сердца, – всхлипывая, с трудом произнесла Эрха, – три... я плечо потянула, руку высвободила, нанесла у-у-удар, а он...
– Тшш, – Юрао погладил ее по спине, вновь обнял, – все, малыш, все. Все будет хорошо. Я заклинание призыва уже отправил, так что нас сейчас или Дэя спасет, или наши подтянутся.
В этот момент раздался грохот от удара. Затряслись стены...
– Ночная стража, – сообразила я, не отрываясь от своего малоприятного занятия.
– Бездна, только не это, – простонал Юрао.
– Почему? – тут же спросила Эрха.
– Почему... – дроу тяжело вздохнул, – потому что ваш не в меру язвительный и подлый директор в прошлый раз посоветовал моему начальству поднимать здание, чтобы проникнуть в него... И если Шейдер мне сейчас контору попортит...
– Не попортит, – прервала его я, – у павильона не было духа-хранителя, у этого здания есть, и дух не позволит разрушить дом.
Вновь послышался удар. Стены сотряслись, по изгвазданному интерьеру потянулись трещины... в следующее мгновение ожил дух-хранитель. Но и моя работа была закончена.
– Поднимаемся, закутываемся в плащ и отступаем к двери, – скомандовала я. – Быстро!
Юрао поднялся, отпустил Эрху и сразу обнял. Меня тоже обнял, стоило накинуть на его плечи плащ, и вот так, осторожными шажками, мы направились к двери.
Щупальца шипели и следили за нами, жутко так, словно глаза имели и этих глаз с нас не сводили, но не прикасались... И мы медленно, опасливо и стараясь не упасть, что было непросто, пробирались. Добрались. Юрао открыл дверь, к нам метнулись за двадцать щупалец и тут же отпрянули.
– На выход, девочки, – прошипел дроу и фактически вытолкнул нас.
Кажется, я начала падать, поскользнувшись на скользких ступенях, но меня сразу поймали. Сжали, нежно-нежно, а потом передали кому-то другому. И я сразу поняла кому, когда услышала:
– Адептка Эрха, низший балл!
Открыв глаза, обнаружила себя на руках у магистра Эллохара, в то время как Риан в одежде Бессмертного, но я точно знала, что это он, открывал двери в нашу контору.
– Не надо! – закричала я, вырываясь. – Риан, не...
Он услышал. Остановился, повернулся ко мне, торопливо спустился и, погладив по щеке, произнес:
– Все хорошо, Дэя. Я разберусь...
– Ты чертополох не ел, – устало сказала я и попросила магистра Эллохара: – Отпустите меня, пожалуйста.
Отпустил. Но тут же закутал в свой, уже знакомый мне, плащ, и, придерживая его края руками, я шагнула к Риану, прижалась щекой к его груди и прошептала:
– Оно и так погибнет, правда. Просто нужно немного...
Раздался отчаянный визг! Такой тонкий, пронзительный и наполненный болью... Я всхлипнула и прижалась к магистру сильнее. Риан тут же обнял меня, словно закрывал от всего мира. А там, в конторе, билось и гибло неведомое мне существо. Живое. Оно не было нежитью.
– Что ты там накорябала? – шепотом спросил подошедший Юрао.
– Символы, которые были вплетены в оберег в школе ведьм, – я тоже говорила шепотом, и горло, вероятно сорванное от крика в момент нападения чудища, болело неимоверно.
А потом все прекратилось...
И так тихо стало... тихо-тихо... И я вдруг заплакала, почти безмолвно, но заплакала. Я надеялась, что никто не услышит, правда, Риан все понял, но он лишь обнял крепче.
– Бездна, я эту тварь сам найду! – внезапно зло произнес Эллохар.
Перестав всхлипывать, отстранилась от магистра и впервые огляделась...
Я думала, что мы втроем пережили самое страшное, но оказалось, что чудище, напавшее на нас, было не единственным. Три темно-фиолетовые склизкие громадины лежали на центральной улице Ардама!
– Вот... Бездна! – простонала потрясенная я.
Юрао тоже удивленно смотрел на тела уже убитых монстров, а потом заметил Окено и направился к нему. Старший следователь увидел дроу и, махнув рукой лорду Меросу, пошел к нам. С дроу они встретились у ближайшего к нам чудовища, о чем-то тихо заговорили, затем уже вместе подошли к нам.
– Это все, – с ходу успокоил меня Юрао. – Ни на кого не нападали, двигались целенаправленно сюда, в контору.
Внизу послышался всхлип. Только тогда я заметила, что Эрха сидит на последней ступени и плачет, почти безмолвно. Юрао мгновенно подошел к ней, а вот Эллохар явно собирался приказать прекратить, или что-нибудь еще в этом роде, и я вмешалась:
– Магистр, оставьте ее, пожалуйста, – на меня мрачно взглянули, но я продолжала говорить: – Я не знаю, что здесь случилось, но там их с Юрао практически съели, а потом...
– Сблевали, – подал голос дроу.
– Да, – подтвердила я, вновь прислоняясь к Риану, – и чтоб вы сразу все поняли, это после сливочного крема из чертополоха. – Судя по лицам Эллохара и Окено, они ничего не поняли, однако меня не это заботило. – Но вот чего я не могу понять: зачем кто-то вызвал этих? – Я кивнула на страшилищ, от которых Ночные стражи отгоняли предприимчивых гномов. – Похоже, их вызвали уже после того, как на нас напал тот, что появился в конторе.
– Почему ты так решила? – Лорд-директор всегда задавал верные вопросы.
– Потому что тот нас уже ел, когда эти еще ползли, – сказала я.
– И в контору этот первый не вползал, его там призвали, – добавила Эрха.
Юрао призадумался, затем посмотрел на меня и медленно произнес:
– Пластина! Им нужна была та самая пластина, что мы взяли в доме убитого гнома-кожев-ника.
Окено поправил перевязь и хмуро произнес:
– Та-а-ак... кража улик с места преступления, офицер Найтес!
Дроу коварно проигнорировал начальство, но на меня смотрел выразительно. Я тоже подумала о том, что кто-то сейчас находится в конторе.
– У нас только бумаги, тайник там не открыть, – произнес Юрао.
– Если это ведьма и если она попытается взломать стену... дух-хранитель и так злой, – проговорила я.
Магистр Тьер попытался нас покинуть, но я развернулась, обняла его крепко-крепко и тихо сказала:
– Не пущу.
– Дэя, – сказал он чуть хриплым голосом, – с этим нужно разобраться.
– Нет, – может, это и выглядело как детское упрямство, но, если наше с Юрао предположение верно, Риану лучше туда не соваться.
– Дэя.
Я вскинула голову, взглянула на его непроницаемую маску и попросила:
– Не ходи, пожалуйста.
В ответ – тяжелый, недовольный вздох и хриплое:
– Тех троих отправили к Бездне мы с Эллохаром. Этот, судя по всему, уже мертв, но, даже если и нет, уничтожить его не сложно. Дэя, мне нужно разобраться с тем, кто едва не убил тебя!
И мне стало ясно, почему Риан не появился сразу, правда, вцепилась я в него после этого значительно сильнее.
– Дэя, – простонал лорд-директор, – я вернусь через мгновение, ничего со мной не слу-чится.
И он попытался отцепить мои руки от себя, причем аккуратно и бережно, что при моем активном сопротивлении оказалось непросто. А я хваталась за него, вообще забыв, что мы не одни и нас все видят, и не хотела его отпускать. До крика не хотела!
– Риан, пожалуйста, – по щекам полились слезы.
– Дэя, прекрати, – в его голосе послышалось глухое раздражение.
– Риан, я тебя очень прошу...
Остальные молчат, все молчат, а он, отцепив мои ладони, осторожно сжал их, наклонился и прошептал:
– А если в следующий раз я не успею, Дэя? Что тогда?! Я должен с этим разобраться. Все будет хорошо.
Папа в тот вечер, когда на него напал зверь, тоже говорил, что все будет хорошо, а мама его пускать не хотела. Как чувствовала. Вот и я сейчас до крика не хочу его отпускать! До крика просто. Потому что чувствую – он погибнет. Не знаю как и не знаю почему, но чувствую! Только как мне объяснить – я всем сердцем чувствую, что туда нельзя. Чувствую, и все...
– Эллохар, помоги, пожалуйста, – выпрямившись, попросил Риан.
И меня оторвали от магистра, осторожно, бережно, но непреклонно. Он меня не слышал. Опять! Не желал слышать! И я решила пойти на крайние меры:
– А знаете что, лорд-директор, – сказала я, глядя на удаляющуюся спину. Спина остановилась, Риан повернулся ко мне, жаль, лицо у него маской скрыто, – а я вас сейчас как прокляну! Мало не покажется!
Магистр устало покачал головой, явно не принимая мою угрозу всерьез.
– Риате, за такое и из академии вылететь можно, – с усмешкой произнес Эллохар.
– Уведи ее, – негромко попросил Риан и, отвернувшись, поднялся еще на ступень.
Как до него донести, что каждый шаг рвет мне душу на части? Я попыталась оттолкнуть Эллохара, но куда адептке Академий Проклятий до самого директора Школы Искусства Смерти. А тут еще и Юрао удивленно спросил:
– Дэй, ты чего?
– С ним все будет хорошо, – попытался успокоить Эллохар, – угомонись.
А я точно знала, что не будет. Бездна его ведает откуда, но чувствовала всем сердцем. И вслед магистру Тьеру понеслось то единственное, что могло его остановить:
– Еще один шаг, и я за тебя замуж не выйду!
Я сказала негромко, но он услышал. Развернулся, вспыхнул огнем, в мгновение оказался рядом и, наклонившись, прошипел:
– Что-то еще, родная?
Даже зная о том, что под маской Бессмертного находится лорд Риан Тьер, я испугалась. Юрао так вообще отошел и Эрху за собой потянул.
– Да, – испуганно прошептала я, – еще мне нужен магистр Тесме, так как я не знаю, что конкретно там использовала... А еще... – И вскинув голову, я снова попросила: – Не ходи туда, Риан, ну пожалуйста, не надо.
– Не нужно ставить мне условий! – Лица его я не видела, но точно знала: там сейчас опять эти вздувшиеся черные вены.
И я разозлилась:
– Ты решил меня напугать? – Бездна, жаль, не могу взглянуть хотя бы в его глаза. – Поздно меня пугать, лорд-директор, – прошипела злая я, – теперь я боюсь не вас, а за вас! Не ходи туда, Риан, я тебя очень прошу.
Молчит. Возвышается надо мной огромной, полной негодования тучей и молчит. Плевать на гордость и на мнение потрясенных увиденным окружающих, я шагнула к нему, обняла и прижалась к почти каменной груди. Тяжелый вздох, и Риан прошептал:
– Ну уйдет же, Дэя... Мне сотню каррагов убить проще, чем с тобой договориться. Попробуй меня услышать: мне ничего не угрожает!
– И ты попробуй меня услышать, пожалуйста: не ходи туда, – упрямо попросила я.
В следующее мгновение в конторе взревело пламя, и почти сразу послышался изумленный, полный ужаса женский крик!
И к этому существу я не испытывала никакого сочувствия в тот момент. Совсем никакого. Злая я, да, но после тех щупалец, которые волокли Юрао и Эрху, когда я сидела на столе и ничего не могла сделать, мне ее ни капли не жаль.
– Дэя, – магистр предпринял еще одну попытку вырваться.
– Я правда не знаю, что я там нарисовала на полу, Риан, – торопливо сказала я, обнимая его сильнее, – я скопировала те символы с оберега ведьм Ведической Школы, которые запускали цикл защитной магии и сжигали всех с недобрыми намерениями. Символы я вывела на слизи, но я отделила их от всей субстанции сухим пространством. Было не трудно, я туда упала с Юрао и Эрхой. И по моим расчетам, едва одно из щупалец размазало слизь, размыкая контур, магия оберега должна была распространиться на все залитое этой жидкостью пространство.
В ответ тишина, и мне пришлось добавить:
– Теоретически ты, как не имеющий злых намерений в отношении владельцев дома, не должен был бы пострадать, но, – запрокинув голову, я посмотрела на лорда-директора и шепотом призналась: – Я всего лишь сделала предположение на основе анализа данных, и я действительно не знаю, на что эти графические заклинания способны. И поэтому войти могу я или Юрао, но без Тесме туда даже я войти побоюсь. Я понятно все объяснила?!
Сложно судить о том, поняли тебя или нет, учитывая, что лица собеседника не видно. Риан отстранил меня, подозвал Окено и приказал:
– Здание оцепить. Никакой магии.
Старший следователь кивнул, затем спросил:
– Мне прислать специалистов по...
– Это дело ордена Бессмертных, – сухо ответил лорд-директор. – Либо мы, либо императорская гвардия.
Вздрогнули все, кроме Риана и магистра Эллохара, потому что и Бессмертные, и императорские гончии были жуткими! Да что там жуткими – они такой страх наводили, что при их появлении никто из домов старался не выходить.