Глава 15
Джессика
Конечно, я добираюсь быстрее, чем Джей. Никакая спортивная машина не сравнится с маневренным мотоциклом. Особенно если он с новым обвесом и собран вручную моим гениальным папой. Поэтому, когда Хосслер паркует вычурную тачку, я могу за ним слегка понаблюдать.
Сейчас он кажется совершенно нормальным. И это очень странно. Ни намека на проблемы, которые лицезрела вчера и о которых вынудила рассказать Брайса сегодня.
Я позвонила Холлу сразу, едва Джейден ушел. Выслушала целую лекцию о том, что мне не следует лезть не в свои дела. Но, когда поведала другу об увиденном, ему пришлось говорить со мной откровенно. Многого, конечно, я от него не добилась, но о годовщине смерти матери Джея я узнала. Она погибла десять лет назад, а он до сих пор винит себя в этом. Разве так можно жить? Несложно сойти с ума.
- Эй, все рассмотрела? – Джейден вдруг оказывается слишком близко. - Или повернуться задом?
Как раз твой зад я запомнила надолго. Он мне даже снился. Дважды. Бр-р.
- А не пошел бы ты… - спрыгиваю на землю и скалюсь, - в «Exchange LA», тебя там, наверное, заждались.
- Только после вас.
Он галантно пропускает вперед, изображая чертова джентльмена, а у входа смачно шлепает меня.
- Ах ты!
Я собираюсь сравнять Хосслера с землей, но тот быстро открывает дверь и подталкивает внутрь. Я почти заваливаюсь в бар. С трудом сохраняю равновесие, чтобы не упасть, и привлекаю излишне много внимания.
Еще не вечер, а праздник здесь уже, кажется, начался. Сдерживаюсь, натянуто улыбаюсь окружающим. Джей на мое плечо опускает руку, которую хочется отгрызть, и притягивает к себе.
- Расслабься, а то подумают, что я тебя плохо удовлетворяю, - шепчет на ухо.
- Чего?
Я, не жалея сил, бью его кулаком в бок.
- Ауч! – возмущается, но прижимает только сильнее, и сейчас я целиком в объятиях с ароматом ореха. – А ты думала после нашей сцены на вечеринке и совместного купания в бассейне слухи не пойдут?
Теряю дар речи, а Джей пользуется моментом и слегка касается моих губ перед зрителями. Коротко и ясно. Подтверждая то, о чем все шепчутся.
Боги, боги, боги. Эти зыбучие пески вранья затягивают меня все сильнее. Такими темпами я увязну в них настолько, что уже не выберусь без последствий. Если вообще выберусь.
Так, ладно, отбрасываю мысли, в которых можно надолго заблудиться, захожу за барную стойку, перевязываю хвост и скидываю толстовку. Под ней лишь короткий топ и низкие джинсы. Какой-то пьяный мачо тотчас выдает порцию несвязных комплиментов, потягивая виски с колой через трубочку, но я бросаю на него уничтожающий взгляд. Тот замолкает и в темпе вальса ретируется.
- Мне стоит начинать за тебя беспокоиться? – спрашивает Энтони, орудуя шейкером.
- Нет.
- Ты же понимаешь…
- Энтони.
Тот лишь закатывает глаза, но отстает. Знает: лучше не лезть ко мне, когда я его так называю. Потому что я очень злюсь.
Слава богу, работы и правда много, втроем еле справляемся. Нет времени анализировать череду неожиданных событий в моей жизни и гадать о возможных последствиях. Сейчас мой мозг занят более насущным: где мята, почему не работает измельчитель для льда, какого черта Блэйк наливает виски в коньячницы и как убить пьяных девиц, что трутся вокруг Джейдена.
Стоп, что? Последнее не в счет, я об этом не думаю. Не думаю, не думаю. Только глаза так и косятся в сторону углового стола, где павлинообразный дятел что-то рассказывает «императрицам» и «угонщицам», которые уже с ног до головы облизали его пошлыми взглядами.
В микрофон совершенно несвязным потоком звучат поздравления для отдела продаж, а затем начинает играть песня про «Бали». И старые мормышки толпой бросаются на танцпол.
Ну и пусть веселятся. Все лучше, чем выслушивать их завывания в караоке. Надо запретить Куперу устраивать эту самодеятельность.
- Налей воды.
Я вздрагиваю. От неожиданности. Снова. Да как у него это выходит – постоянно незаметно подбираться ко мне?
Ловлю хитрый взгляд с прищуром, облокачиваюсь на стойку.
- Слушай, если мы уже изображаем парочку, то давай ты не будешь делать из меня рогоносицу?
- Рого… что? – Джей смеется так, что запрокидывает голову назад.
Я в ответ изо всех сил щипаю его за руку. Чтобы не брал на себя слишком много.
- Хватит калечить меня, - потирает больное место, а потом наклоняется ближе и добавляет без улыбки: - Ты думаешь, мне пятнадцать и я не могу удержать член в штанах?
Мой взгляд выразительнее слов.
- Ты и правда так думаешь, - усмехается гад. – Слушай, я сам пришел к тебе и предложил перемирие. Если ты хочешь выставить определенные условия, озвучивай сейчас. Я постараюсь их принять.
Постарается он.
На его лице танцуют разноцветные огни, а глаза кажутся еще чернее прежнего. Черты мягкие и не имеют ничего общего с тем, что я видела вчера. Как он умудряется быть таким разным?
Кто ты такой, Джейден Хосслер?
- Откуда ты узнал про телефон Тохи? Что я подменила его?
Ни один мускул на лице не дергается, железная выдержка. Джейден слегка качает головой и подпирает ладонями щеки.
- Я много о тебе знаю. Наблюдательный. Что-то еще?
Не сразу удается вырваться из бескрайней бездны его глаз.
- Только это, - севшим голосом отвечаю я и покашливаю.
- Тогда надеюсь, встречаться мы будем не больше пары недель. Долго воздерживаться – вредно для здоровья.
Мы вдруг смеемся двумя тональностями в один голос. Легко так. Я вспоминаю, что он просил воды, беру стакан и оглядываюсь вокруг.
- Может, покрепче чего-нибудь?
Джейден удивленно задирает бровь и ухмыляется. Одновременно с этим из колонок начинает прорываться «So you're a tough guy». Я подтягиваюсь и смотрю поверх трясущихся голов офисных клерков, ушедших в отрыв, на нашего звукаря. Но то лишь руками разводит.
Приземляюсь обратно на пол и замечаю, как глаза Джея следуют за моим животом и грудью. Он просто невыносим! Закусывает пухлую губу и смотрит на меня. Бог мой, в горле пересыхает от такого взгляда.
- Давай покрепче, - произносит он, и мне приходится приложить усилия, чтобы вспомнить, о чем вели беседу. – Только ты будешь со мной.
Не знаю, как Хосслеру удается уговорить меня на эту авантюру. По правде говоря, ему даже уговаривать не приходится. Но через час Ривз взашей выгоняет нас из бара, а мы только громче ржем.
Я сбегаю в уборную, а когда возвращаюсь, начинает играть моя самая любимая песня. Прячусь в укромном углу и застываю, пока народ приходит в движение – кавалеры не первой свежести приглашают возрастных дам на медленный танец, а некоторые самые активные, то есть пьяные, девушки, осмелев, вытягивают в центр зала боссов в дорогих костюмах и с обручальными кольцами.
Все не то. Пускай этот мир останется по другую сторону. Я же опираюсь головой о стену, скрещиваю руки на груди и закрываю глазам под надрывное пение с просьбой «сиять».
Мурашки ползут по шее, плечам и разбегаются по рукам. Вдруг. Неожиданно. Вот только уже не от песни. Всем нутром вмиг напрягаюсь. Будто какими-то неведомыми ранее инстинктами ощущаю его приближение. Его дыхание в волосах и на щеке.
- Даже не думай…
Лапать меня? Это я собиралась сказать, но не говорю, потому что сама уже не понимаю, чего хочу? Мой мозг, как желе, которое достали из холодильника и разогрели. Не открываю глаз, потому что так все словно и не по-настоящему происходит.
Слышу, как Джейден – а сомнений в том, что это он, нет – шумно втягивает воздух и утыкается носом в мой затылок.
- Ты только что понюхал меня? – я улыбаюсь и делаю это не против воли.
- Мне же нельзя нюхать других.
Он смеется. Хочется треснуть его и обласкать острым словечком, которое и сапожник может не знать.
- Бесит твой запах, - вдруг добавляет он. – Везде мерещится.
Его губы оставляют обжигающий след на ключице. Из легких разом выходит весь воздух. Сердце разгоняется. Все это слишком – интимно и реально.
- Ты похотливое создание, Хосслер, - злюсь за то, как позволяю ему действовать на меня.
Но все мысли разом выбивает из головы, когда зубы больно смыкаются на коже. Я распахиваю глаза и оборачиваюсь, задевая губами его губы. Мы на расстоянии вдоха, и я вижу адское пламя в черных глазах.
Мы же вдвоем сгорим в нем…