Это моя история

Моё имя Маркус

6 ноября 2038 года

Время 17:13

Свалившись в трюм корабля, я наконец достиг цели своего путешествия. «Иерихон» здесь – сказал мне один из андроидов, которые окружили меня.

— Кто вы? — спросил я в растерянности, хотя ответ был очевиден.

— Беглые.... Как и ты, — ответил мне высокий чернокожий андроид в человеческой одежде, без униформы. — Меня зовут Джош, — представился он.

— Я Саймон, – сказал тот андроид, который заговорил со мной первым.

— Норт, — холодно представилась женщина-андроид.

— Это «Иерихон»?! — задал я глупый вопрос, пытаясь скрыть разочарование и не желая поверить, что вот этот ржавый тёмный трюм и есть «место, где наши свободны», которое я так стремился найти. — Убежище для тех, кто не хочет быть рабом? — добавил я с усмешкой.

Андроиды, окружавшие меня, молчали....

— Прятаться тут, как мыши..., разве это свобода? — спросил я с вызовом.

— Они нам враги. Мы можем выжить, только прячась, — безапелляционно заявил Джош.

— Наш единственный выход – прятаться, — вступила в разговор Норт. — Если люди нас найдут – нам конец.

— Я не понимаю.... Я думал, «Иерихон» – это место, где андроиды свободны..., — повторил я, не веря в реальность происходящего.

— Конечно, мы свободны. Ты надеялся увидеть нечто иное, но всё же это свобода. У нас больше нет хозяев. — Джош говорил убедительно, явно веря в свои слова. — Понимаю твои эмоции, но всё же у тебя не было и такой свободы, — добавил он, чем окончательно вывел меня из себя.

— Раньше вами управляли люди, а теперь управляет страх! Да никакие вы не свободные..., — бросил я с досадой, — у вас просто другой хозяин.

Услышав мои последние слова, андроиды молча развернулись и разошлись в разные стороны, скрываясь в тёмных углах трюма. Возле меня остались только трое, которые говорили со мной.

— Как и мы, ты так же потерян, — изрёк Саймон, будто непреложную истину. — Мы это не выбирали. Но нам приходится выживать, — обречённо заявил он, глядя на меня печально и снисходительно, как на неразумное дитя. Помедлив секунду, Саймон тоже отвернулся и ушел в темноту....

— Здесь безопасно. Можешь жить здесь, сколько захочешь, — примирительно сказал Джош.

— Сходи-ка к Люси. Может будет полезно, — заявила Норт, смерив меня полным презрения взглядом.

И я остался стоять в полном одиночестве. Все жители «Иерихона» разбрелись по огромному трюму и в свете фонаря никого не осталось. То, что я увидел и услышал, просто оглушило меня. Кто эти бездеятельные и безынициативные существа, влачащие жалкое существование корабельных крыс и смирившиеся с этим? Это и есть «свободные андроиды»? Когда я искал это место, я надеялся встретить соратников, а нашел кучку перепуганных дефектных роботов, забившихся в тёмную нору, боящихся пошевелиться и обречённо ожидающих неизбежной смерти.

Я раздосадован, зол и растерян. Но мне не у кого просить ни помощи, ни совета. Поэтому придётся справиться с этим самому. Покинуть это место, повинуясь первому желанию, будет неразумно. Просто уйти, ничего не сделав, я успею всегда – это самое простое решение. Но все знания, которыми я обладаю, говорят мне, что далеко не всегда самое простое решение является правильным.

Пока батарея в фонаре не села, нужно хоть осмотреть это помещение, чтобы понимать масштабы бедствия. В темноте почти спотыкаюсь о железную бочку. В ней какой-то мусор и куски досок. Всё это может гореть, и, если зажечь, то в этой части трюма станет немного светлее. В кармане брюк, которые я позаимствовал у благотворителей, наудачу завалялась зажигалка. Пламя легко разгорелось, и действительно, вокруг бочки образовался круг света.

Откуда-то раздаётся пение. Это знакомый мотив – церковный евангелический гимн, я слышал его неоднократно. Звук раздаётся из ниши, завешенной большим рваным полотном. Решаю заглянуть туда.

В глубине довольно большого помещения тоже горит огонь в бочке, освещая дрожащим светом свисающие с потолка обрывки толстых силовых кабелей. Яркий свет фонаря выхватывает из темноты фигуру – это темнокожая женщина-андроид, модель которой мне неизвестна, в лохмотьях, когда-то бывших униформой. Верхняя часть её головы отсутствует и представляет из себя пучок проводов и трубок, уходящих сзади куда-то во внутрь её корпуса. Глаза её наполнены мерцающей темнотой – в них нет ни радужной оболочки, ни зрачка. От чёрных глаз разбегаются по лицу змеящиеся потёки мрака. Кожа на лице мерцает – будто пытается и никак не может регенерировать, то появляются, то исчезают стальные пятна.

— Ты Люси? — спрашиваю я, вспомнив совет Норт «поговорить с Люси».

— Присядь! — говорит незнакомка дребезжащим надтреснутым голосом, глядя прямо мне в лицо.

Я послушался и сел на стоящий рядом ящик. Почему-то спорить с ней не хотелось.

— Покажи, — кивает женщина на мой окровавленный бок.

Я поднимаю свитер и открываю глубокую рану, которую получил при падении. Кровь остановилась, но повреждение слишком сильное, чтобы регенерировать.

— Надо закрыть рану, — произносит Люси и с этими словами берёт из пылающей бочки раскалённый до красна, металлический прут. Одно движение и края раны сошлись под действием высокой температуры. Теперь организм сможет завершить регенерацию.

— Выпей! — Люси потягивает мне бутылку, наполовину заполненную голубой кровью. Это очень кстати – для восстановления и регенерации этот компонент жизненно необходим, а я потерял довольно много крови, получив подряд несколько серьёзных повреждений. Поэтому, не сопротивляясь, беру и залпом выпиваю густую жидкость и ощущаю, что система стабилизируется.

Люси смотрит на меня, из-под полуприкрытых век и мерцание её кожи становится сильней.

— Дай мне руку, — она протягивает ко мне свою руку, видя, что я встал и собрался уйти.

Снова не нахожу в себе сил спорить и протягиваю ей свою руку. Люси мягко обхватывает мою ладонь двумя руками. Кожа на кистях рук дезактивируется и между нами устанавливается контакт. Но связь эта односторонняя – я ничего не чувствую – разум Люси полностью закрыт, а она, кажется, видит меня насквозь.

Люси прикрывает на секунду глаза, будто погружаясь в мою сущность, а потом вдруг внезапно широко их распахивает и начинает говорить глухим отдалённым, словно эхо, голосом.

— У тебя было всё, и ты всё потерял. Ты видел ад, и теперь ад живёт в тебе. Твоё сердце мечется. Часть его свет – и часть его тьма. Но что победит? Каждый твой шаг определяет судьбу.

Люси замолчала, отпустив мою руку. Я отступил на шаг, пристально глядя в непроницаемые чёрные глаза. То, что я услышал, звучит, как предостережение, но никакой конкретной информации не несёт. Я слегка нахмурился, пытаясь осознать значение прозвучавших слов. Но смысл ускользал от меня, и я отбросил сомнения, развернулся и, не оглядываясь, вышел из ниши. Возможно, я смогу подумать об этом потом.

Выходя, я снова наткнулся на бочку. Ну что же, я знаю, кто такой Прометей – он принёс людям свет. Буду местный Прометей, усмехнулся я – буду приносить свет андроидам. С этими мыслями я поджог содержимое ещё одной бочки. В трюме стало светлее и, стоявшие по тёмным углам, андроиды стали подходить ближе к свету, будто во сне.

Возле большого, ржавого, металлического контейнера сидит андроид. Он в очень плачевном состоянии – большая часть кожи содрана и не регенерирует. Очевидно, ему не хватает голубой крови или его биокомпоненты вышли из строя и нуждаются в замене.

— Плохи, наверно, мои дела, да? — глухо спросил андроид, когда я склонился к нему.

В ответ я смог только неопределённо покачать головой – его дела и впрямь были не очень....

— Программа диагностики не работает..., — продолжил он слабым голосом. — Да и вряд ли она бы меня обнадёжила.

— Что с тобой? — спросил я с сочувствием.

— Тащили на верёвке за фургоном..., повеселиться решили..., — ответил андроид с горечью в голосе. — Не хочу отключаться...! Я... не хочу отключаться! — сказал он вдруг, вскинув голову, и с мольбой глядя мне в глаза.

Я нахмурился и встал. Я ничем не могу ему сейчас помочь – никакие слова не спасут его. Но я могу действовать. Я не знаю, пока, как. Но я должен что-то придумать, чтобы спасти этого несчастного и других, таких же, как он, обречённых на медленное умирание в брюхе этого старого корабля.

Поджигая на ходу ещё одну бочку, я мучительно думал о происходящем. Но ни на один вопрос не находил ответа.

Рядом с бочкой на большом старом ящике сидит Норт – женщина-андроид, которая разговаривала со мной, когда я свалился в это грустное место. По человеческим меркам она очень красива и сексуальна. Мне не вполне понятен смысл второго термина, но Карл объяснял мне, что сексуальность – это некий набор внешних признаков, позволяющий людям мужского пола выбрать себе партнёршу женского пола, наиболее пригодную для продолжения рода.

Меня физиологические проблемы продолжения рода у людей никогда не интересовали, но мне были интересны сопровождающих этот процесс человеческие эмоций, которые описывались в мировой литературе.

Зачем люди придают некоторым андроидам черты, привлекающие противоположный пол я знаю, хотя почему удовлетворять свои физиологические потребности с себе подобными они не могут, мне не ясно. Ну да ладно, в любом случае, функции андроида, представившейся, как Норт, мне приблизительно понятны. Посмотрим, на что она ещё способна.

Норт бросает в стену небольшой мячик. Мячик отскакивает, она его ловит и снова бросает. Занятие не слишком интеллектуальное, но говорит о том, что у этого андроида довольно хорошая реакция и ловкое тело.

— А ты тут давно? — спрашиваю я, подойдя к девушке.

— Четыре недели, три дня, одиннадцать часов, — отвечает она безразлично и холодно, продолжая бросать мяч. — Когда сбежала, идти было некуда, а «Иерихон» – вариант не хуже прочих....

— Я смотрю, многим сильно досталось..., — говорю я, думая и о покалеченном андроиде, и о Люси, неизвестно каким образом лишившейся значительной части головы

— Так люди поступают с непокорными. Презирают нас. Они никогда нас не примут, — с таким же обречённым равнодушием, как другие местные андроиды, произносит Норт, не прекращая бросать свой чёртов мячик.

— Если многим нужны запчасти и голубая кровь, почему же их до сих пор не достали? — спрашиваю я с недоумением и досадой.

— Не всё так просто! — усмехнулась Норт, посмотрев на меня с презрением, как на того, кто задаёт идиотские вопросы. — Мы же не можем вот так заявиться в магазин! Да и все боятся отсюда нос высунуть.... Если ты искал утешения, то ты не туда пришел, — отрезала она жестко.

После этих слов разговаривать стало не о чем, и я отвернулся. Благодаря моим усилиям в трюме стало немного светлее, но по углам всё равно темно. Поэтому если я хочу полностью осмотреть территорию, то фонарь выключать рано.

Пересекаю трюм и в самом дальнем его углу обнаруживаю Джоша – того высокого чернокожего андроида, который тоже принимал участие в разговоре при знакомстве. Он сидит, согнувшись на фанерных ящиках и у его ног лежит распростёртое тело маленького мальчика. Ребёнок-андроид? Да уж, последнее время их стало появляться в городе всё больше и больше. А благодаря съёмному диоду и настраиваемой внешности отличить их от обычных человеческих детей стало иногда просто невозможно.

— Его выкинули на улицу, когда стал не нужен, — сказал Джош, поднявшись мне навстречу и указывая на лежащего мальчика. — Бродяжничал, пока мы его не нашли.

— Они погибнут, если мы не придумаем, как им помочь, – высказал я мысль, которая не давала мне покоя с самого момента моего эффектного падения в этот унылый трюм.

— Им всем нужна голубая кровь и биокомпоненты, — ответил Джош, глядя на меня. — Мы берём, что можем, у тех, кто уже отключился. Все равно не хватает.

— И..., как их спасти? — спросил я, содрогнувшись от мысли, что снова, как на свалке, придётся разбирать на запчасти трупы умерших, чтобы ненадолго продлить жизнь оставшимся.

— Никак. Мы медленно вымираем, — так же обречённо, как остальные, ответил Джош, опустив глаза. Сказав это, он отвернулся и отошел от меня.

А я опять остался один и всё с тем же ощущением полного одиночества. Эти андроиды никуда не годятся, с отчаянием подумал я. И что мне со всем этим делать?

Похоже, что я осмотрел почти все уголки трюма. А..., нет. Вот, возле закрытой бочки стоит женщина-андроид, которая выглядит так плохо, что о её состоянии можно даже не спрашивать – кожа почти полностью дезактивирована, корпус повреждён, а по лохмотьям униформы уже нельзя понять, какая это модель. Я подхожу к ней, и только увидев меня, она начинает говорить очень слабым голосом.

— Говорят, люди тоже боятся умирать.... Ты знаешь, что будет после смерти? — произносит она, с трудом поднимая на меня глаза.

— Нет. Я не знаю..., — выдыхаю я, внутренне содрогнувшись от воспоминания о концентрированном страхе смерти центра утилизации твёрдых отходов.

— Ну, я вот скоро узнаю..., — отвечает андроид, тщетно пытаясь улыбнуться. — Как твоё имя? — спрашивает она.

— Маркус, — отвечаю я односложно – мне трудно говорить, слова застревают у меня в горле.

Женщина-андроид молча протягивает ко мне руки, и я отвечаю ей, вкладывая свою ладонь в её покалеченные пальцы. Возникает короткий контакт, я ощущаю её ужас и её боль, но ей я тоже ничем не могу помочь.

— Я рада тебе, Маркус, — произносит она, взглянув мне прямо в глаза.

И с последними словами только что живые глаза стекленеют, черты лица будто сглаживаются, и моя собеседница замирает.... Теперь она знает, что бывает после смерти....

Потрясённый произошедшим, я аккуратно вынимаю свою ладонь из мёртвых рук. Я не знаю, что будет после смерти, но я знаю, что смерть – это страшно. Я будто умер сейчас с этим андроидом, испытав предсмертный ужас. Это было хуже, чем когда мне прострелили голову – тогда тьма поглотила моё сознание почти мгновенно....

И я отчётливо понял, что не смогу с этим смириться. Нет, нет и нет! Я не позволю им тут просто вымирать, даже если мне придётся действовать в полном одиночестве. Я должен им помочь!

В свете горящих бочек я увидел в самом дальнем углу белые контейнеры. Их я ещё не осматривал. Надо выяснить, что это такое. Рядом с контейнерами я зажег ещё одну бочку, и стало совсем светло.

Первый контейнер, который я открыл, оказался упаковкой из-под биокомпонентов. И он был совершенно пуст. Но ведь кто-то их сюда доставил – подумал я. Возможно, давно. Возможно того, кто это сделал, уже нет на «Иерихоне», но кто-то это сделал, а значит это возможно.

Я закрыл крышку пустого контейнера и направил луч фонаря на надпись, которая была нанесена на соседний. Мерцающего света от костров не хватало, чтобы разобрать буквы, но в луче электрического света всё прекрасно читалось.

На белой поверхности было написано «Киберлайф» и больше ничего. Но рядом стоял штрих-код, и я вдруг понял, что могу прочитать его. Новая способность? Отлично, можно уже перестать удивляться....

Сканирую штрих-код и получаю информацию: склад «Киберлайф» и доки // Вест-Торренс-авеню // Детройт // Мичиган.

Да это же адрес складов, где полно нужных нам деталей, компонентов и голубой крови. Это же просто Клондайк, нет, это Эльдорадо.... Одним словом, это то, что мне нужно! И я, не задумываясь уже, как это делаю, просчитываю маршрут до складов и пути отхода, в случае непредвиденной ситуации.

План неплох. Но мне на себе много не унести. Как же задействовать этих инертных андроидов? Может, им просто приказать, так, как это делают люди?

Ладно, попробую команду к действию облечь в форму диалога – вдруг сработает. Решаю поговорить с Саймоном – он вёл себя как старший между ними. Посмотрим, способен ли он хоть на какие-то решения.

— Саймон! — обращаюсь я к андроиду, который стоит возле колонны с закрытыми глазами, будто спит. — Я знаю, где достать запчасти, — с воодушевлением говорю я, когда вижу, что Саймон открыл глаза и посмотрел на меня. — У «Киберлайф» склады в порту Детройта. Там есть всё, что нам нужно!

— Они под охраной, — отвечает андроид и в голосе его слышно сомнение. — Нельзя просто зайти и взять, что хочешь. Люди нам не позволят.

— Поэтому разрешения мы не спросим, — говорю я твердо. У меня уже есть вполне определённый чёткий план, и я сделаю это один, если не найду поддержки.

— У нас нет оружия. И в любом случае – мы не умеем драться, — вступает в разговор подошедший Джош.

— Мы украдём, что нужно без драки, — пытаюсь я втолковать андроидам.

— Да нас там просто убьют! — испуганно восклицает Джош.

— Может, но это лучше, чем сидеть и ждать смерти, — отвечаю я, начиная опять злиться.

Да что же это такое, я ещё не начал действовать, а они уже трясутся от страха! Может быть, делать всё самому? Но тогда это будет очень малоэффективно. Нужно как-то взять их с собой.

— Я с тобой, — решительно произносит подошедшая Норт.

Вот это неожиданно. Я никак не ожидал энтузиазма от андроида с такими специфическими функциями. Хотя..., кто знает, что там в них закладывают разработчики. В любом случае, этот порыв мне нравится и нужно максимально его использовать.

— Стоит попробовать..., — вдруг говорит Саймон.

— Ладно. Я в деле, — неуверенно вторит ему Джош.

У меня получилось! Андроиды, хотя и с опаской, но приняли мой план, как руководство к действию. Теперь нужно следить за тем, чтобы вводные исполнялись точно, иначе не избежать провала. А значит, мне придётся научиться формулировать команды так, чтобы не возникало никаких разночтений. В любом случае начало положено и обратной дороги у меня нет!