Fatum [Минсоны]

Saint Mesa -Lion
Джисон стоял посреди поля, заваленного трупами. Все его знакомые и друзья, близкие и просто соседи в деревне были мертвые. Он хотел спасти их всех от странной страшной болезни, а получилось так, что погубил. Хан был не в силах пошевелиться. Осознание того, что он натворил, медленно, но верно, приходили в его голову. Никто из предков в его семье не стал бы гордиться таким знахарем. Вся деревня надеялась на то, что знахарь им поможет и приготовит снадобье от всех болезней, а получилось так, что он их всех погубил.
Джисон заметил недалеко от себя шевеление и сразу же ломанулся туда. Его давний друг, лежа под телами своих родственников, с ненавистью смотрел на Хана, ненавидя искренне всем сердцем.
-Что же я наделал?- на грани слышимости поинтересовался Джисон, опускаясь на землю на колени, глядя на рассвет и холодный туман на поле.
Вокруг стояла тишина, даже птицы не пели, а от ужаса по коже пробегали мурашки. Джисон не мог поверить в то, что это все действительно с ним происходит. Парень и дальше бы был в прострации, если бы не металлический звук оружия. Кто-то достал катану, Хан в этом не сомневался. Но на этом поле был только один человек, который обладал оружием, который и погубил всю деревню. Джисон видел этого человека впервые, совсем не боясь того, что он уткнулся кончиком катаны в плечо Хана и стал как-то странно улыбаться. Смерти Джисон больше не боялся. Он был одет в черное кимоно, а длинноватые волосы падали на глаза и закрывали блестящие от восторга зрачки.
-Что же ты без должного уважения встречаешь свое божество?- голос парня был мягким и вкрадчивым, отчего он даже вздрогнул, только через время начиная переваривать сказанное.
-Какое божество?- хрипло поинтересовался Хан, ощущая острую катану, утыкающуюся в плечо.
-Ну как же? Ты ведь сам взывал ко мне и просил избавить твою деревню от страданий,- Юноша с черными глазами хищно улыбнулся, зачесывая назад свои темные волосы и сверкая взглядом в сторону Хана,- я пришел, Хан Джисон.
-Я не просил их убивать,- все таким же бесцветным голосом проговорил Джисон, чувствуя, как у него по щеке скатывается одинокая слеза.
Божество подошло ближе и утерло слезу своей кровавой рукой, оставляя на щеке и подбородке размазанные пятна крови. Хан смотрел глаза в глаза, боясь даже пошевелиться, потому что липкий страх укутал в свои объятия и стал душить.
-Ты просил принести им покой. И твою просьбу я исполнил, сладкий,- черноволосый юноша присел перед Джисоном на корточки и с явным наслаждением гладил Хана по мягким волосам, испачканным в крови своих односельчан,- ну чего ты так дрожишь? Ты ведь хотел, чтобы боги помогли тебе. И твои молитвы были услышаны. Что, теперь страшно?
-Да. Но я не смерти боюсь. А карму. Я навлек на них беду. И только моей душе гореть в аду и нести этот груз,- Джисон говорил тихо, так что Божеству приходилось прислушиваться,- как тебя зовут?
-Минхо. А ты молодец. Имя своего господина нужно знать. Только вот обращаешься неправильно, но мы это исправим!- божество снова ехидно улыбнулось и приблизилось к лицу Хана,- ты все равно принадлежишь мне. Между нами связь, которую ты сам создал. И теперь, юный Хан Джисон, ты будешь подчиняться мне, пока смерть не разлучит нас!
Минхо неожиданно впился в губы Джисона своими, сразу же прокусывая одну из них. Хан ощутил металлический привкус во рту, практически сразу же отстраняясь от существа. Минхо ликовал. Хан пришел в себя через пару мгновений, тут же отталкивая от себя парня, едва ли не бросаясь на него с кулаками. И он бы попал, но Божество остановило его своей силой, вынуждая согнуться пополам от ужасной боли в груди. Хан хрипел и кричал, практически расцарапывая на себе рубашку и кожу. Минхо с упоением наблюдал за агонией человека,
-Видишь, что может быть, если ты решишь, что тебе все дозволено? Теперь ты подчиняется мне, сладкий и если я захочу, ты сделаешь все, чтобы то ни было, правда ведь?- Минхо положил свою руку на плечо Джисона, все же засовывая в ножны катану,- вставай, Джисон! Я покажу тебе, что нужно делать!
Азарта божества Джисон не разделял от слова совсем. Минхо выглядел безумно, а безумцы, Как известно, не остановятся ни перед чем. И Хан искренне сожалел, что допустил ошибку и доверился божественным силам. На подкорке головного мозга, Хан чувствовал, что ничем хорошим это не закончится. Но желание доказать всем, что он лучше, чем его предки было сильнее. И за это он будет расплачиваться всю свою оставшуюся жизнь, служа божеству разрушений и убийств.