Глава 7. Books Love and anything else
Крис выворачивала содержимое прикроватной тумбочки Мэг, пока та была в ванной.
- Позволь узнать, и что это ты делаешь, Ти? – удивилась этой странной картине Мэг, заходя в свою комнату и поправляя полотенце, которым она была обернута.
Кристина распрямилась.
- Господи, Мэг, - вздохнула она. – У нас мужик в доме живет, вернее, даже два, а ты расхаживаешь голая.
Мэг с невозмутимым видом скинула полотенце и принялась одеваться, поочередно снимая со спинки кровати развешанные вещи.
- Ну, ты еще Ноэля посчитай, Ти! – закатила она глаза под лоб, застегивая лифчик. – А если ты о нашей няньке, пусть смотрит, мне не жалко, - и довольно улыбнулась. - Думаешь, он увидит что-то новое? Впрочем, нет, увидит, конечно, - она гордо сжала два внушительных шара только что облаченных в розовый бюстгалтер, которые, судя по всему, были предметом ее гордости. – Но это хорошо! Я привыкла показывать свои достоинства. Но только показывать, ты же знаешь.
- Фу, Мэг!
- Ладно. Вернемся к моему вопросу: что ты забыла в моей тумбочке?
Кристина раздосадовано зафырчала.
- Где он?
- Кто?
- Он! Предмет с батарейками, – многозначительно поиграла бровями Крис. – Ты знаешь о чем я. То, что ты всегда берешь без спросу. Я ведь просила – не трогать! Господи, Мэг, это ведь как зубная щетка!
- Ах, - Мэг рассмеялась и громогласно провозгласила: - Ты про вибратор?
Крис вспыхнула и сделала подруге жест – замолчать.
- Ну, конечно, что с утра пораньше может искать одинокая девушка, - хихикнула Мэг, натягивая обтягивающие штаны. – Тина, он тебе сто лет не был нужен.
- Это не повод ныкать чужие вещи у себя.
- С чего вдруг? Одиночество не идет тебе на пользу. Если будешь каждое утро этим заниматься, то превратишься в злобную старую феминистку, которая засыпает и просыпается с резиновым пенисом в обнимку!
- Кто бы говорил, учитывая, что это был твой подарок мне на день рождения!
- Нужная вещь в быту, - пожала плечами Мэган. - К тому же, на тот момент у тебя не было парня.
- У меня его и сейчас нет!
- Да! Но ты вспомни, как кто-то забраковал мой подарок, сказав, что не опустится так низко, чтобы пользоваться этой штукой! Крис, я диву даюсь, ты такая странная. Иногда мне кажется, что ты из каменного века, ну или как минимум из средневековья. Нельзя же быть такой старомодной.
- Я не старомодная, - оскорбилась поддетая Кристина. – И вообще, я давно пересмотрела свои взгляды! Так, где, Мэг? – она снова принялась рыться в ящике.
- Его здесь нет, Ти. Зря ищешь.
- А где же он? – напряглась Кристина.
- У Дэйва.
- Где-е? Что за... Мэг, какого черта эта штука делает у Дэйва?
- Я отнесла. – Не теряя самообладание ни на секунду, объясняла Мэг. – Нам было надо. Мы иногда... играем.
- Что за хрень? У Дэйва нету своего, чтобы в него поиграть? Мэг, на кой черт вам нужен искусственный член, когда под боком есть настоящий? В любой момент! – рассердилась Кристина.
- Я ведь уже сказала для чего, - Мэг напялила майку, расправила ее на груди так, чтобы вырез казался поглубже. – Ты еще спроси, для чего нужны наручники, насадки, шарики, костюм медсестры...
- Боже правый, не продолжай!
- Между прочим, если ты до сих пор не доперла, у тебя тоже под боком в соседней комнате живет «вибратор». Настоящий! – последнее слово Мэг сказала так громко, что даже играющий все это время в кроватке Ноэль, затих, вжав белобрысую головку в плечики.
- Мэг! – Кристина бессильно затрясла кулаками. - Знаешь что? Да пошла ты!
- Тина, не будь дурой! – продолжала назидательным тоном блондинка. - Может быть, там настолько все в ажуре, что любой фалоимитатор из магазина не сравнится. И, кроме того, никакие батарейки не нужны, сам «вибрирует»! А ты заморачиваешься на искусственную жужжащую хрень. А он, между прочим, тебя глазами пожирает. Этим надо пользоваться!
Кристина пнула ногой тумбочку и стремительно вылетела из комнаты, как ошпаренная. Вслед за ней выскочила Мэг, крича вдогонку:
- Да что такое? Ты как с цепи сорвалась. С тобой последнее время просто разговаривать невозможно! Это на тебя так отсутствие вибратора влияет? Или то, что у всех кругом пары и доступный секс, а ты одна? Так сделай это уже, наконец! Вокруг тебя хренов, как в магазине, а ты ни один не хочешь. Тебе надо потрахаться!
Крис юркнула в свою комнату и с грохотом закрыла дверь, показывая тем самым, что разговор окончен.
А Мэг, догоняющая ее по коридору, вдруг неожиданно впечаталась в грудь их новому жильцу, выходящему из ванной комнаты.
От столкновения с малышкой Мэг, Эрик сжался и, недоумевая, воззрился на бушующую девушку.
Та же сделала шаг назад, задрав голову вверх, осмотрела Эрика с полотенцем на шее, сдула с глаз упавшую прядь, одернула майку, и деловито ткнув пальцем ему в грудь, будто бы ни в чем не бывало, сказала заговорщицким тоном:
- И тебе тоже надо!
- Что надо? – не понял Эрик.
Но Мэг уже упорхнула к себе, закрыв за собою дверь, и оставила его, беднягу, без ответа.
Вечно у женщин какие-то причуды!
---
Когда отошедшая от утреннего разговора Кристина спустилась вниз, на кухне уже царила жизнь.
За столом сидела Эффи и листала какую-то книжку, потягивая из стакана молоко.
- Вы ведь не против, если я буду завтракать у вас? Дэйвид еще спит, а я не люблю завтракать в одиночестве.
- Да что, ты, - усаживая на детский стульчик Ноэля, воодушевленно ответила Мэг. – Мы только рады будем. Да ребята? Мы тоже не любим завтракать в одиночестве. Да у нас это и не получится, - со вздохом продолжила она, наблюдая, как в кухню вломился Чет, за ним показался нянь.
Эффи радостно улыбнулась, и Мэг отметила, что на щеках у нее такие же ямочки, как и у Дэйва.
- Так, дети, - бодро потирая руки и поглядывая на часы, сказала Крис. – До автобуса десять минут, я припозднилась, но успею что-нибудь вам приготовить на завтрак. Чет, нет! – окликнула она роющегося в холодильнике парня.
Тот прямо руками доставал из белой картонной коробочки лапшу и отправлял ее в рот.
- Никакой китайской лапши на завтрак! – протягивая Мэг пластиковую бутылку с молоком, сказала Кристина. - Марш от холодильника!
- Овсянку я есть не буду! – дожевывая, огрызнулся Чет.
- Я тебя и не заставляю! Сухой завтрак на второй полке. И насыпь-ка Эф!
Сама же Крис достала из пакета хлеб, принялась намазывать его арахисовым маслом.
- Как дела в школе, Эффи?
- Я... - девочка задумалась. – Привыкаю. Дети смотрят косо, но... это поправимо.
- У кого какие планы на сегодня? – расставляя чашки, спросила Мэг.
Самой первой ответила Эффи:
- Позанимаюсь в компьютерном классе после уроков.
- Я приду ближе к вечеру. – Хрустя хлопьями, подал голос Чет. - Встреча кое с кем.
- Что за встреча? – разбивая в раскаленную сковороду яйца, поинтересовалась Крис, обернувшись на загадочного Честера.
- Спорю, у этого чудика появилась новая девчонка! – Мэган приподнялась и потрепала брата за вихрастую челку.
Он показал ей длинный язык, но ничего не ответил.
- А я сегодня хочу сходить в гости к Марси, - садясь обратно на стул, начала Мэг. – К ней должен придти представитель какой-то парфюмерной фирмы. Натырю пробников! А потом посижу с ее мамашей, пока Марси пойдет в школу, разбираться на счет Боба.
- А что не так с Бобом? – стоя к ней спиной, спросила Крис.
- Макнул какого-то пацана башкой в школьный толчок, а тот захлебнулся. Еле откачали. А что у тебя, Крис?
- Ну, - Кристина поддела лопаткой яичницу и стала раскладывать ее по тарелкам. – Наверное, займусь домом или спрошу у миссис Веларде, не нужно ли ей помочь в ее прачечной. Нужны деньги. Тэд травит крыс, бар пока закрыт.
- Крыс?
- Да, взялись откуда-то. Надо от них избавиться, пока инспекция не нагрянула.
Мэг подняла глаза на настенные часы.
- Эй, мелкие, пять минут! Быстро засовывайте-ка все в рот и дуйте в школу!
Эффи всему этому сумасшедшему дому радовалась искренне и по-настоящему.
Кажется, ей невероятно нравилась суета, шипящее на сковородке масло, хныкающий Ноэль, раскачивающий стульчик, бегающая из угла в угол Кристина, почти всегда молчащий Эрик, веселый Чет и безбашенная Мэган.
Это была настоящая сплоченная семья, это было то, чего у нее никогда не было.
Когда ребята отправились в школу, а Мэг понесла перемазанного арахисовым маслом Ноэля наверх купать, Кристина еще завтракала. Она, приглядывающая за всеми, делающая несколько дел сразу, следящая, чтобы никто не забыл взять с собою в школу свой ланч, заканчивала завтрак позже всех.
Дабы составить ей компанию, Эрик тоже завершал свой завтрак позже остальных, и сейчас сидел напротив нее, наблюдая, как Кристина намазывает кусок хлеба маслом.
- Кстати о тостере, - сказал он, поддевая кусок жареного яйца. – Я починил его, повторно испробовать еще не успел, но он в полном порядке. Можете делать тосты.
Крис подняла на него обалдевшие от изумления глаза.
- Что ты сделал? Починил тостер? Эрик, но как? Ты же о нем раньше и знать не знал. Инструкция?
- Нет. Покопался в нем пару ночей, – оправдался тот, загадочно улыбнувшись. Ему явно доставляло удовольствие ее удивлять. – Не знаю. В общем, все оказалось не так сложно. На каком-то интуитивном уровне понял, что куда и как. И да, починил. Должен сказать, мне это очень понравилось.
- Охренеть! Этот тостер еще отца помнит. Если у нас будут тосты, это будет просто шикарно.
Эрик соглашаясь, кивнул, отломил от куска хлеба корочку, макнул ее в ярко-оранжевый желток.
- У тебя потрясающая глазунья. Как у тебя это выходит – целые желтки? У меня они всегда растекались...
- Я мастер по яйцам, - съязвила Крис, и вдруг прикусила губу, понимая, что с ним так лучше не шутить. - О Боже! Подумать только, мы нашли общую тему – кухня! Привет девочка Эрика! Как ты? У меня где-то был розовый бантик, хочешь примерить? – захихикала она, подперев щеку кулачком.
Эрик на ее ироничный тон совсем не обиделся, наоборот, улыбнулся.
- Кристина, зачем ты так со мною? Считаешь меня дураком из прошлого, да? И поэтому издеваешься?
- Я шучу, - уточнила она.
- Да, я понимаю. Извини. Просто, со мною прежде никто никогда не шутил, разве что издевался. Вот я и не привык. Но ты показываешь мне другую сторону этой жизни. Я был уверен, что никогда ее уже не познаю. А тобою можно лишь гордиться и восхищаться. Скажи, тебе действительно все это в радость?
- Что именно? – не поняла Крис, допивая кофе.
- Такая сумасшедшая суета. Ты так заботишься о них, будто они твои дети.
- Они, и, правда, мои дети. Все до единого. И даже Мэг! – улыбнулась Кристина. – Ты же знаешь, какая она.
- Это потому что у тебя самой не было матери. – Объяснил Эрик. - Ты хочешь заменить им ее...
- Стой! – Крис приложила палец к губам. – Не думаю, что это хорошая тема для разговора за столом. Мы договорились - не вспоминать и забыть. Помнишь?
- Да, конечно. Прости. Я все помню. Просто знай, что теперь я всегда рядом. Хорошо?
- Хорошо.
Кристина украдкой посмотрела на своего удивительного (во всех смыслах этого слова) собеседника – Призрака сказочной будто выдуманной чьей-то буйной фантазией оперы.
Теперь, когда он разложил для нее и собрал все кусочки паззла в единую картину, все приобрело четкие и ясные очертания.
- И еще я хочу сказать, Кристина, что ничуть не жалею о том, что случилось. В смысле, о том, что я открыл тебе свою душу. А что с этим делать – осуждать ли, нет - твое право.
- Я не хочу и не буду тебя осуждать. Осуждают те, кто ничего кроме этого не могут дать. А все, что было вчера – будет нашим общим секретом. Это справедливо: ты знаешь мой секрет, а я знаю твой.
Он глядел на Крис, и глаза у него были полны свинцового отчаяния.
- Скажи мне, - попросил Эрик, собирая со стола тарелки и ставя их в раковину. - А другое, то, не связанное с рассказом, тоже будет нашим секретом, о котором запрещено вспоминать?
Крис, передавая ему чашки, закусила щеку, понимая, что бледнеет.
- Ты о чем?
И они оба замолчали.
Кристина, кажется, думала о чем-то своем, ведомом только лишь ей одной, а Эрик с болезненной тяжестью вернулся воспоминаниями в «тот самый вечер премьеры», увидел ее слезы и страх, когда появился виконт; увидел, как она делает шаг вперед к нему, к своему учителю, и губы их смыкаются, во рту возникает горько-соленый привкус. Точно такой же, как у всей этой истории. Вспомнил Кристину, покидающую его обиталище с виконтом.
А была ли это его Кристина?
Хочет ли он вернуться в эти подвалы?
Видимо, ему суждено вспоминать, воскрешать эту картину в памяти снова и снова до скончания времен. Вспоминать, дабы не забыть, кто он есть на самом деле.
И если бы можно было вырвать лоскут памяти, вырвать всю память, единственное, что он пожелал бы оставить внутри своего сердца, так это чуть горчащий вкус удивительно мягких соленых губ...
Ее губ.
Единственное, о чем он сожалел после случившегося – так это о том, что позволил отравить себя этой маленькой Далиле, влить через уста в него каплю всеотравляющего яда, который будет разъедать его душу, пока он не погибнет в страшных корчах.
Ее губы – отрава, наркотик, которых тело и сердце отныне будут просить, желать.
Требовать припасть к ним снова, будто к ключу с чистой холодной водой.
Самому подарить поцелуй, а не принять.
Хоть раз в своей жизни узнать – каково это...
После этого странного разговора Кристина выглядела потухшей. Будто яркая лампочка, зажженная внутри нее и источающая живительный свет, внезапно раскололась, надтреснула.
Кристина, Кристина...
Ты ведь сама говорила – бороться, цепляться! Так почему же он этого не делает?
Снова отпустить тебя или изо всех сил сжать в своих руках, как ускользающее ночное видение?
Все воспоминания и мысли смешались настолько, что он уже и сам не мог ответить на вопрос – было ли это все правдой или выдумкой, где Кристина настоящая, а где плод его фантазии.
И он наклонился над ней.
Кристина стояла не шевелясь.
Дотронулся до ее подбородка, поднял голову, чтобы она взглянула ему прямо в глаза.
Смотрит. Отважно. Упрямо.
В широко распахнутых глазах плещется доверие.
Если из своего прошлого он запомнил Кристину-ребенка, пугливую, сомневающуюся, нерешительную, то Кристина из настоящего казалась ему много старше, мудрее. Вот почему она больше не отворачивается от его лица!
Все логично. Просто, прошло время, она повзрослела.
Сердце подпрыгнуло до самого кадыка, замерло, расширяясь от прилившей к нему крови, и ухнуло вниз, как бешенное забилось в клетке ребер, словно желало выскочить наружу.
Ступить в разверзшуюся бездну было проще, чем решиться на то, что сейчас ему подсказывало сердце. Сердце было предателем и толкало его на преступление. На ужасное преступление, на которое он так и не решился когда-то в своей «прошлой жизни». И сейчас обманутое сердце требовало реванша.
Он быстро наклонился над ней и потянулся к ее лицу. Но Кристина, все это время упрямо смотревшая ему прямо в глаза, в самый последний момент вдруг отвернулась, и он, успев лишь скользнуть по уголку ее рта, прижался своими губами к ее щеке.
Почувствовав себя полным дураком, не сдержал разочарованного горького вздоха.
- Прости, но, я, кажется, не могу. Мы не можем. - Сказала Кристина виновато, пряча взгляд, пока Эрик не успел опомниться.
Потому что, если бы он сейчас опомнился, если бы не дал ей отстраниться, сгреб в охапку своими сильными руками, притянул к себе и яростно начал целовать, все-таки беря свой так безжалостно украденный ею поцелуй, она не смогла бы ничего этого сказать, она вообще не смогла бы ему сопротивляться.
- Знаешь, я сейчас не готова... ну... к отношениям. Я все понимаю, ты попал в сложную ситуацию, ты скучаешь, тебе очень хочется, наверное. А тут я. Но перепихнуться по дружбе не вариант, поверь. И для тебя, и для меня. Эрик, я не кукла, которую можно положить к себе в кровать, когда одиноко и холодно.
- Господи, Кристина, о чем ты? Я вижу перед собою ту, которую вижу. И сейчас я сделал то, что мне было очень непросто сделать. Но мне этого хотелось. – Сказал и быстро опустил взгляд, будто чувствовал за собою необъятную вину.
- Зачем?
- Мне показалось, что и тебе это было нужно.
- Нужно, чтобы ты меня поцеловал? Ты рехнулся? Не надо, Эрик! Тебе не нужна такая как я.
- Ты это сама решила?
- Пойми, ты сейчас думаешь об одной, а видишь другую. Ты запутался. Тебя обманули. Тем больнее будет разочарование.
- Болезненное разочарование у меня уже было, - настойчиво сказал он, никак не желая признавать поражение.
- У тебя в руках другая конфета в прежней обертке. Но когда ты развернешь ее и надкусишь, то поймешь, что она не та. Не вкусная. И выкинешь ее.
Значит, ошибся. Значит, вчера ночью ее взгляд, ее вздохи, ее поцелуй ничего не значили.
Она хочет забыть.
Должно быть, и «в тот раз» Кристина изо всех сил пыталась забыть, вытолкнуть, вырезать, выжечь из своей памяти мгновение, когда она приложилась к его губам.
- Кстати, - сказал Эрик, будто желая отвлечь ее от прежней темы. - Ты говорила про книги...
- Ах, да! – всполошилась Кристина. - Хочешь почитать?
- Да, мне бы очень хотелось ознакомиться со здешней литературой, научными книгами. Уж, если все так случилось, нельзя упускать такой шанс!
- Если хочешь почерпнуть чего-то нового, можешь взять учебники Чета. Они наверху, в его комнате. Можем заняться этим прямо сейчас.
Кристина вытаскивала из тумбы в комнате Чета стопки книг.
- Может быть, нам лучше было бы дождаться Честера? – помогая ей, спросил Эрик.
- Боишься, что он убьет меня за то, что я роюсь в его книжках? Не переживай, этого не случится. Ну, если только он не ныкает здесь свои порножурналы... А с другой стороны, даже если и ныкает, тебе вдвойне повезет... В общем, вот, здесь разные учебники. Ну, вдруг тебе будет интересно. А вот здесь где-то были обычные книжки. Выбирай на свой вкус – что хочешь.
- Я думаю, мне будет интересно все!
Первым из всех книг Эрик отыскал учебник по истории и раскрыл раздел «История Франции», принявшись жадно и увлеченно читать.
Он уселся прямо на пол, положив книжку себе на колени, страницы переворачивались с завидной скоростью.
Вдруг Крис заметила, как дыхание его участилось, и он выдохнул «о Боже!».
Эрик водил пальцем по книжным строчкам.
«Война?! Франко-прусская война?» спросил он сам у себя, потом прикинул что-то у себя в уме.
- Получается, через месяц после премьеры. Совсем скоро! – Эрик снова углубился в чтение.
Кристина терпеливо мялась рядом, наблюдая, как он, переполненный впечатлениями, шелестит страницами, обводит растерянным взглядом комнату, побелевшими губами что-то бормочет себе под нос.
- Это не все. – Эрик послюнил палец, и перевернул еще пару страниц, бегло просматривая маленькие черные строчки, шрапнелью вдалбливающиеся в сердце. – Коммуна... здесь есть картинки, довольно мрачные. Вооруженные стычки. В Париже! – у него перехватило дыхание. – Кристина! Бог мой, Кристина! – дрогнувшим голосом позвал он, не отрывая взгляда от книги.
- Что? – подалась вперед Крис.
Но ответа не получила. Он на нее не смотрел, все его внимание было приковано к книге.
- Это же ад! Чертова война... А если они не успели уехать? А если что-то случилось? Интересно, можно ли что-то сделать? Неужели, никак нельзя ее предупредить?
- Пошли имейл!
- Что сделать? – с загоревшейся в глазах надеждой на спасение, поспешно спросил Эрик.
- Ничего! – сухо отозвалась Крис.
Эрик заметался по комнате, как безумный. Остановился у окна, оперся на подоконник всем своим телом, будто желая его сломать, поднял голову вверх, глядя куда-то в небо.
Крис понурилась, сделала шаг назад, еще один – он не обращал на нее внимания - и вышла, хлопнув дверью.
Спустилась вниз, сняла с вешалки свой старый плащ, достала из кармана смятую бумажку, взяла телефон, набрала номер.
- Рауль? – сказала она невеселым голосом. – Это Крис. Если еще помнишь меня? Я подумала и решила принять твое приглашение на ужин, если оно в силе, конечно. М-м-м, да, сегодня вечером было бы неплохо, я свободна.
---
- Кристина!
Она стояла у раковины и надраивала грязные тарелки, так тщательно работая губкой, что плотная густая пена росла, как огромные сугробы при сильном снегопаде.
Из-за журчащей воды она не сразу услышала знакомый голос за спиной. Точнее, не хотела слышать.
- Крис... - еще раз несмело позвал голос.
На этот раз девушка отозвалась. Резко развернулась, отряхивая мокрые пенные руки, уставилась на стоявшего в дверях вялой бесплотной тенью Эрика с преувеличенным вниманием.
- Чего тебе?
- Ты... ты так неожиданного исчезла.
- У меня дел по горло. Ты хотел, чтобы я книжки с тобою вслух читала?
- Нет, конечно. Просто я на какое-то время, будто выпал из реальности, а когда пришел в себя, то не обнаружил тебя рядом и встревожился.
- Неужели испугался, что меня могла задеть шальная пуля коммунаров? – Крис повернулась к нему спиной и торопливо завинтила кран.
И как только плеск льющейся воды смолк, до ее слуха донесся слабый шорох и глухой полустон.
Бледный до синевы Эрик стоял, согнувшись пополам, одной рукой опираясь на спинку стула, а вторую прижимал к груди.
- Эй, приятель, - Крис бросилась к нему, пару раз похлопала мокрыми руками по щекам. – Ну, нельзя же так себя гробить. Может, вызвать врача?
- Н-не надо... ничего не надо, - он дышал тяжело с присвистом. - Сейчас пройдет, - сжал ее руку. - Просто... в глазах потемнело.
- Точно? – она помогла ему сесть. – Мне, как бы, не хочется найти потом у себя на кухне хладный труп. Черт, какая же я идиотка, - рассердилась Крис, постучав себя кулаком по лбу. – Если бы я только знала, что тебя так будет плющить, я бы ни за что не дала тебе эти книги.
- Это все равно случилось бы рано или поздно, - глухо ответил ей Эрик. – Я бы узнал.
И был прав.
- Послушай, Эрик, все, что там было, все прошло. Ничего не поделаешь.
- Нет, Кристина, так не должно быть! Я оставил ее там... одну... мне здесь ничто не угрожает, а она абсолютно беззащитна.
- Эрик, у нее есть жених. Он ее защитит. В смысле, защитил, - попыталась она его успокоить.
Но безрезультатно.
- Нет. Нет! А если с ним тоже что-то случится? Я ведь не знаю. Я впервые за столько времени так далеко от нее... от них.
- Вот что, - Кристина поднялась на ноги. – Не могу больше это слушать! Просто крыша едет. Кажется, я знаю, что делать. Посиди здесь, я сейчас.
Она вернулась через несколько минут с большой черной штукой, похожей на книжку. Почти такую же держала в руках Эффи, когда впервые пришла к ним в дом.
Кристина положила странную вещь на стол, подняла крышку, и глаза Эрика расширились в изумлении.
- Что это?
- Комп, - производя какие-то манипуляции, безучастно ответила Кристина. – Мэг один бывший воздыхатель подарил, что б они могли общаться на расстоянии по «Скайпу». Воздыхатель давно отчалил, а комп остался.
«Комп» и, правда, чем-то походил на книгу. Но только внешне. Внутри у него был набор каких-то кнопок и большое загоревшееся светом полотно с меняющимися картинками.
Кристине же меньше всего сейчас хотелось вещать своему нерадивому пришельцу из прошлого про историю изобретения компьютеров.
- В общем, это такая машина, которая много чего умеет. Печатать, например. – Прежде чем задать следующий вопрос, она попыталась припомнить год изобретения печатной машинки. Но безуспешно. Ну и черт с ней тогда. – Ты всю свою корреспонденцию как, от руки писал?
- Конечно! – оживился Эрик. – И сургучом запечатывал. У меня была печать с оттиском в виде черепа...
- Ну, вот видишь, а мог бы печатать на компьютере и отправлять в любую часть света за считанные секунды. А вместо черепа прикреплять что-нибудь пострашнее.
- Считанные секунды? Ты серьезно?
Кровь приливала к его лицу, румянец возвращался.
Если Призрак и собирался умирать, то сейчас уже передумал.
Вот и славно!
Спасение жизни человеческой – еще одно благое дело в копилку полезных в быту вещей - компьютеров.
- Нет, шутки шучу! Еще как серьезно. В общем, есть такая штука, как Интернет, - возя пальцем по тачпаду, рассказывала Кристина. - В нем, Интернете, огромное количество информации.
На экране на белом фоне появились разноцветные буквы «G O O G L E».
- Как в книге?
- Скорее, как в библиотеке. И ты можешь попасть туда, не выходя из дома.
- А где эта библиотека размещается?
- Не знаю. Ее не существует в реальном мире. Она существует в... виртуальном.
- Я не понимаю, - откровенно сознался бедный Эрик. – Это мистика какая-то.
- Никакой мистики. Это я просто тупо объясняю, но по-другому не умею. В общем, ладно, плевать. Кого мы будем искать?
- Э-э... - Призрак вернулся в реальность тревожащих его проблем, с опаской посмотрел на компьютер. – Кристина Дааэ?
- Давай попробуем. – Крис быстро набрала имя и фамилию девушки, так усложнившей жизнь не только одному необычному человеку, чье сердце было ей отдано, но теперь еще и своей тезке.
- Ну, что? – не вытерпел Эрик, пока Крис рылась на сайте парижской оперы, куда первой строчкой выкинул ее услужливый поисковик.
- Ничего, кроме того, что она сопрано, и что она выступала на подмостках оперного театра в 19 веке, но карьера ее была коротка. Тут еще написано, что в нее был влюблен таинственный композитор, который, возможно, являлся ее учителем и покровителем. Но в этой истории столько недомолвок и тайн, что многие считают ее мифом. Не сильно они расщедрились на инфу о твоей ученице. – Даже фотографии не было. Но это и к лучшему. Больше всего Крис сейчас боялась увидеть свое собственное лицо столетней давности. - Может, есть еще какие-нибудь варианты, кого найти?
Эрик долго мялся, потом все-таки предложил:
- Рауль. Виконт Рауль де Шаньи. Что твоя библиотека скажет о нем?
Кристина долго копалась в разных ссылках.
На какой-то момент связь оборвалась. Пришлось взять ноутбук и искать сигнал.
В итоге она, пристроив компьютер себе на колени, расположилась на диване в гостиной.
Эрик уже совсем очухался, нетерпеливо топая, ходил в тревожном ожидании взад-вперед позади дивана, иногда заглядывал через плечо Крис, чтобы самому посмотреть на результаты.
- Йес! Иди сюда, - поманила его Кристина.
Тот в момент нарисовался рядом.
- Что там?
- Смотри, - Крис ткнула пальцем в экран. Картинка на миг расплылась, пошла кругами. – Автомобильный сайт, правда...
- Как это может быть связано с Кристиной? – удивился встревоженный Призрак.
- Тш-ш, - ударила его по коленке Крис. – Слушай, – и начала читать: - В 1886 году Эмиль Лавассор и Рене Панар основали автомобильную компанию «Panhard et Levassor», которая одна из первых в мире стала выпускать автомобили для продажи. Этой фирме принадлежит также первенство и в военной области...
Эрик нетерпеливо ерзал рядом.
- Так, ладно, это не интересно, - пропустила кусок текста Крис и прокрутила страницу вниз. – Вот! В 1896 году прошли гонки Париж-Марсель-Париж. Победителем стал "Панар-Левассор" с двигателем Даймлера, за рулем которого был молодой инженер Шарль-Люсьен де Шаньи. И маленькая сноска: 1873-1920 гг. Был сыном виконта, в будущем графа, Рауля де Шаньи и оперной дивы до замужества – Кристины Дааэ.
Прочитала на одном дыхании и замолчала.
Эрик, сидящий рядом, смотрел куда-то в сторону.
- У них родился ребенок. Значит...
- ...Она вышла за него, - шепотом закончил Эрик. – И положила конец своей карьере.
- Да. Но, из этого можно сделать вывод, что война их не коснулась. Возможно, этот виконт увез твою Кристину куда-то. Они живы. Ты не это хотел узнать? Можем еще что-то поискать, если хочешь... Предлагай. Про тебя, например. Бесплатно исполняю желания!
- Нет, не стоит! Спасибо Кристи... Крис.
Да, Крис, которая не Кристина, - раздосадовано подумала она, захлопывая крышку компьютера.
- Спасибо тебе! Ты совершила чудо...
- Я открыла Интернет, - засунула она ноутбук в щель между подушкой дивана и подлокотником, рассудив, что да, для человека из прошлого Интернет сродни чуду.
- Прости, но мне нужно немного подумать сейчас. Хорошо?
- Если это намек на то, что бы я оставила тебя одного – нет проблем! – поднимаясь на ноги и направляясь к лестнице, согласилась Крис. - Мне все равно некогда с тобою трепаться. У меня планы на вечер. Надо идти собираться.
- Планы? Какие?
Ага! Кажется, желание думать разом отступило?
Прежнее величие координатора огромной махины под названием «оперный театр», а так же всех живых душ, которые его наполняли, явно не дают ему спокойно жить.
И сюда надо влезть со своим контролем.
Ну, на, получай!
- У меня свидание! – победно заявила она, вздернув нос.
Эрик внимательно посмотрел на Кристину.
- С этим вик... Раулем?
- Да. С ним.
- Крис, ты уверена, что после того, как он поступил с тобою, тебе следует продолжать с ним видеться?
Эрик, было, хотел еще что-то сказать, уже открыл рот, но Кристина не позволила и быстро заткнула его.
- Знаешь что, я не нуждаюсь в твоих моралях. Ты мне ни разу не отец, Эрик! А я не кукла или безмолвный идол, и могу делать все, что захочу. Я все, что обещала тебе, выполнила? Выполнила. Теперь могу идти и заниматься своими делами. И не надо беспокоиться обо мне. Я сама как-нибудь решу. Ясно? Оставь меня в покое! И не смотри на меня так. Какого дьявола ты свалился мне на голову, почему тебя именно сюда занесло, ко мне? Я-то в чем виновата? Ты ворвался в мою жизнь как ураган, перевернул все верх дном, кочки на кочке не оставил, но я тебя не звала, я о тебе вообще знать не знала. Что ты ко мне прилип и мучаешь? – Крис сорвалась на крик. - Хочешь, вернись пока не поздно к своей драгоценной единственной Кристине и живи с ней долго и счастливо. Но при чем здесь я?
Он сделался жалким и отстраненным.
- Если бы я только мог, если бы я только знал как. Но я не могу...
- Я тоже не знаю. Полагаю, даже Интернет не знает. Извини, я пойду собираться.
(продолжение следует)