Наша история

Эта деревянная крашенная в красный дверь оказалась столь скрипучей и тяжёлой, будто ей был век отроду, не меньше. Мы вошли в комнату, ожидая увидеть что-то просторное, но этот зал и вправду был маленьким. Он напоминал школьный, что был бы в меру велик для учебного заведения, но в столь большом здании он казался действительно крохотным. Расставленные вряд чёрные стулья с мягким сидением, белые колонны, что возвышались к самому потолку, где разбавлялись мелкими трещинками, сцена. Она была не столь большой, но удивляла её высота, что была, должно быть, в целый метр. Там уже блестело на свету многолетнее фортепьяно, говоря о своей значимости. Люди тихонько проходили к своим местам, периодически перешёптываясь и обсуждая различные темы. Люстры, что были расположены параллельно по потолку, светили ярко, освещая всё помещение. Смотря на них, мне почему-то вспоминалась та атмосфера давно забытой эстетики, которую так трудно найти.

Мы сели на свои места, распрямив спины. Это место заставляло умолкнуть, лишь иногда давая продохнуть. Чеён растерянно разглядывала зал, многие были в костюмах или ещё каких-то статных образах.
-Думаешь, мы нормально выглядим? - Сон смотрела на меня неловко, на что я смогла только улыбнуться.
-Знаешь, мы сюда не покрасоваться пришли, а получить удовольствие. Не волнуйся. - наконец её взгляд переменился на более спокойный, даже немного развеселившись.
-Да, ты права. Кажется, сейчас начнётся - она отвела глаза на сцену, по которой шла дама в белом платье и с микрофоном в руках: «Первой будет выступать наша специальная гостья, студентка университета имени (...) Ким Дахён! Встречайте!»
Чеён проморгала глазами, выдвинувшись вперёд, и пристально смотрела на сцену, тесно сцепляя ладонями свои коленки.

Когда девушка вошла, весь зал стих. От этой мертвой тишины всё тело замерло, и эта атмосфера, что была там, она так завораживала, дурманила. Сердце билось, как бешеное, и я невольно начинала нервничать. Она, сперва поклонившись, села за фортепьяно. Тишина не отступала, Ким сидела так пол минуты. Смотря на все эти люстры, что так пестрили над нашими головами, моя дрожь усиливалась, будто сейчас будет что-то... что-то необыкновенное, мне это нравилось. Девушка нагнулась так сильно, чуть ли не уткнувшись лицом в клавиши, и спустя буквально две секунды резко откинулась, начав плавно ступать по нотам. Она играла так спокойно, но чрезмерно эмоционально и экспрессивно, словно её разрывало изнутри, крича о своих чувствах, будто сейчас существует только она и фортепьяно. Уединение с собой, с музыкой, так это, должно быть, можно описать.
Мы смотрели на неё, не отрывая глаз, углубляясь в её состояние всё сильнее, разделяя ту безумную красоту мелодии. Пианистка словно находилась за стеклом, внутренняя сторона которого оказывалась зеркальной, из-за чего не видно было бы всего наружнего. Казалось, зал и сцена разделились на два мира. Она не замечала нас, будто, кроме неё и этого огромного инструмента передачи чувств, никого и не было. Она так нежно отбивала ноты, что отражались пульсом в моей голове, сдавливая её чувственностью. Сердце трепетало, сдерживая внутренние вопли восхищения. Наслаждение, истинное безумство музыки, как же мне это полюбилось. Меж своих произведений она умолкала, давая себе перерыв в пять секунд, а потом снова начинала рассказывать, ведать нам о своём внутреннем мире, состоянии Души.

Всё закончилось. Аплодисменты волной заполнили помещение, разрывая прежнюю гармонию музыки и тишины. Боковым зрением я заметила резкий подъем и, повернувшись, увидела стоящую Чеён. Её восхищенный взгляд сопровождался быстрыми хлопками в ладоши. Лишь когда она снова села, заняв своё место, я разглядела на её мокрых щеках маленькие капли, что тянулись от искрящих белыми бликами глаз. Моя рука приподнялась в воздух, люди расходились, но мы не вставали. Сон прошлась рукавом по влажным щекам и обратила свой взгляд на меня. Я не знала что делать, увидя плачущую улыбку на её лице. Сумев лишь положить ладонь на её плечо, неловко улыбнулась
-Понравилось, да? - хотелось проявить, наверное, заботу
-Давай уйдём. - кроме её голоса, совершенно относительны были посторонние звуки, исходящие от копошащихся людей.
-Но сейчас лишь антракт, скоро начнётся вторая часть. - для меня было непонятно её внезапное предложение, ведь только что она плакала от восхищения.
-Я хочу уйти. И мы можем увидеть Дахён, может, стоит поблагодарить? - её рука лежала на подлокотнике, крепко схватывая его.
-Ладно. Пошли, пока не началось- я поднялась, мигом собрав все вещи и протянула Сон руку.
Мы протискивались через людей, извиняясь через каждую секунду, и одновременно со звонком закрыли дверь, оказавшись снаружи. Прислонившись к стене, перед нами раскрывался огромный коридор с большими окнами. Солнечный свет, проникающий внутрь, отражался пыльными лучами в воздухе, сопровождаясь глухой тишиной.
-Так забавно - вдруг произнёс её голос, заставляя повернуть голову по направлению к ней. Чеён завораживала улица, что была видна в этой оконной раме.
-Я вижу, как шелестят листья, раздуваясь сильным ветром, поют птицы, летая над громкими автомобилями, но при этом... Сейчас лишь наше дыхание отражается эхом, будто остальной мир выключил звук.
-Ты права... - меня удивляло, как этот безумный художник может так наслаждаться простотой мгновений.
Отклонившись от стены, я заметила махающий силуэт.
-Чеён! - Сон резко повернулась на зов
-Спасибо что пришла! - девушка ярко улыбнулась ей, после чего посмотрела на меня
-И тебе! - в её лице я узнала ту пианистку, меня обхватило эмоциями.
-Дахён, ты была невероятна - Чеён схватилась за её плечи, начав трясти и они рассмеялись.
-Да, мне тоже очень понравилось.- я немного нервничала, протягивая ладонь для рукопожатия.
-Это Чонён - Сон мило улыбнулась в мою сторону, заставив успокоиться, на что Ким быстро начала колебать мне руку в приветствии.
-Я наслышана о тебе много хорошего, онни. Надеюсь, мы сможем стать друзьями, пожалуйста, продолжай заботиться о Ченги и дальше!
-Да, конечно. - было приятно находиться в такой позитивной атмосфере, заряжаясь уютностью короткого диалога.
-Я тороплюсь, надеюсь увидеться с вами ещё, приходите на мои концерты, буду держать в курсе, пока. - уже успев обнять Сон, она, торопясь, удалилась в темноту, махая при этом руками. Мы вновь остались наедине, слушая снова наставшую тишину.
-Пошли. - я взяла маленькую ладонь, поведя нас к ступенькам, что вели вниз.
-Приходите ещё - улыбнулась в наши уходящие спины Бабуля.
-Спасибо! - Мы неловко обернулись, задев друг друга, и поклонились, второпях закрывая дверь.

Улица постепенно начинала окутываться во мрак, стихая всё сильнее. Уже горели в одиночестве высокие фонари, освещая темнеющие тротуары. Где-то под деревом мне заметилась единственная скамейка
-Присядем? - двинувшись по направлению к ней, я начала снимать свою куртку.
-Садись... - Чеён послушно выполняла мои маленькие повиновения. Укрыв её, словно дрожащего котёнка, моё тело уселось рядом, пронизываясь тонким холодком.
-Ложись... - Сон показала вниз, предлагая мне занять свои колени.
Голова упёрлась в её ноги, словно мягкую подушку, а глаза смотрели в маленькое лицо, что висло сверху. Её руки поправляли тонкие пряди моих волос, поглаживая щёки
-Знаешь, у меня никогда не было цвета фаворита, но теперь им стал розовый. Светлый и нежный, что напоминает мне о тебе и внешне, и внутренне. - в тихом голосе Сон отражалась заботливость и умиление, что немного смущало.
-Не думала, что этот цвет когда-нибудь станет моим любимым... Удивительно, но теперь он и вправду даёт мне надежду.
-Надежду?
-Да, ещё спокойствие, чувство защищённости и это, наверно, и вправду оттенок любви... - её волосы свисали вниз, доходя до моего тела и касаясь плеч. Они так вкусно пахли, словно какие-то цветы, в которых я не разбираюсь, расцветали запахом в её локонах. Я дотянулась рукой до лица Сон, остановившись в воздухе на мгновение. Её тёплая правая щека такая мягкая.
-Чеён, ты милая. - нежные черты этого маленького личика.. хотелось видеть их вечно. И если существует рай, то ангелы в нём никак не сравнились бы с этой невинностью и красотой.
-Ты правда так думаешь?
-Не веришь мне?
-Я доверяю каждому твоему слову. - Не моргая, наши глаза связались зрительным контактом.
-Мы ведь знакомы лишь полторы недели, тебя это не смущает? Ты так доверяешь мне, не боишься?
-И что с того? Любовь приходит в одну секунду, выбирая любой момент во вселенной, любую жертву. Она беспощадна. Просто так, наверное, вышло, по велению судьбы или случайности мы оказались подвластны этому обстоятельству.
-Нет, Чеён, мы сами придумываем это, лишь отговорка. Вернее сказать, это была даже не удача или судьба. Мы все живем в случайности, плывя по течению бесконечного времени, нам дана возможность самим строить жизни, в которой именно ты выбираешь, в кого влюбиться, кого возненавидеть или с кем дружить.
-Странно, что мы так одинаково остановили свой выбор друг на друге, не думаешь? - она мило ухмыльнулась.
-Чонён, ты когда-нибудь мечтала? - её голос перешёл в шёпот.
-Мечтания - дело странное и нереальное, как по мне.
-А я думаю, нет ничего невозможного. Мне всегда казалось, что я никогда не познаю любви, поэтому так отчаянно искала её везде. Просто не могла понять, в чём она проявляется, как опознать её в этой толпе безграничного спектра чувств и эмоций. Любовь всегда казалась мне невыполнимой. Но теперь, я поняла, что ошибалась.
-Ты думаешь, что правда испытываешь ко мне то, что называют любовью? - и как наш разговор оказался таким прямолинейным, дойдя до этого вопроса.
-Не знаю, называют ли это любовью, но для меня именно такое значение несёт это слово.
-Значит, ты сможешь объяснить мне его?
-Ты и есть его значение, глупышка. - тишина, сквозь которую пробирались звуки ночных сверчков.
-Чонён, а ты любишь меня? Кто я для тебя? - Сон так неловко спросила это, немного даже заикнувшись
-На самом деле, я читала в интернете симптомы любви, везде писали про каких-то бабочек в животе, но у меня там лишь органы, как ни странно. Но когда ты рядом, мне хочется умереть моментом, заключённым в наших объятиях, потому что так страшно вдруг тебя не увидеть. Страшно открыть глаза и упасть в реальность ото сна. А что если мне сотрут память, или ты забудешь меня? Имя, что так необходимо называть как можно чаще; глаза, в которых я хочу тонуть, задыхаясь; тело, что желаю заключить в объятиях навечно; всё это уже необходимо для моего здоровья. Без этого погибну, просто неизлечимая наркотическая привязанность. Что ты значишь для меня? Мир? Вселенную? Нет. Это слишком маленькие слова, лишь пыль, по сравнению с тем, что я чувствую на самом деле. Бесконечность слишком мала для того, чтобы вместить твоё значение. Знаешь, как я это поняла? - последовала пауза, в которую вместился бы её ответ, если бы вопрос не был риторическим.
-Просто посмотрела в твои глаза.- и в них правда было что-то чудесное, завораживающее, что не давало отвести взгляд ни на секунду.

Чеён наклонилась, прислонившись лбом к моему, будто хотя поделиться чрезмерной температурой своего тела. Её руки лежали на мне вместе с торсом, одна из них поглаживала волосы на макушке, а другая обнимала, обхватывая вдоль спины сбоку. Тишь на уже чёрной улице, что освещалась лишь белыми пятнами фонарей, разбивалась о наше слившееся воедино дыхание.
-Ты голодная? - мои губы зашевелились, задевая её подбородок.
-Можешь остаться у меня, тут совсем недалеко. - Сон остановила руку, перестав гладить меня, и обвернула её вокруг моей головы.
-Правда? - милая маленькая девочка.
-Да, пошли. - она аккуратно поднялась, и я села на скамью, потягиваясь. Уже были видны звезды. Наверное, они наблюдали за нами. Нами, почти незнакомцами, возможно чуждым чьим-то устоям, но успевшими стать такими близкими. Может кто-то и сказал бы, что мы ничего не знаем друг о друге, но... Мы уже знали друг о друге всё. Всё, что было необходимо, в чём так отчаянно нуждались наши жизни. Остальное лишь бонус по нарастающей, создающий необязательные детали. Может кому-то покажется странным столь безысходная сильная любовь в полторы недели, но все эти двести с половиной часов мы провели, думая друг о друге.
Если люди правда влюбляются, это происходит быстро, буквально по щелчку пальцев. Только время на осознание этого; оно у всех проходит по разному, может мгновенно, может через года, а может и вовсе при смерти.