1.18
- 18 глава –
Действия от лица Деку:
Я думал, что так и не смогу уснуть, но вскоре, сидя на диване, задремал...
Меня разбудил настойчивый звон наручных часов. А я ведь только задремал!
Я сонно приоткрыл глаза, медленно поднёс руку к лицу и неловко нажал на кнопку принятия вызова.
- Чё тебе надо, Шигараки? – охрипшим голосом прошипел я.
- На связи не Шигараки, а Курогири. Томура попросил меня связаться с тобой, - ответил незнакомый мужской голос.
- Я с сушёным абрикосом не разговариваю.
- Слышь, Деку, ты тут нашего новобранца не обижай, - издалека послышался голос Шигараки.
- А чё у Кураги имя такое чудное? Родители по приколу назвали? – усмехнулся я.
- Моё имя Курогири, а не Курага.
- Цыц, тебя никто не спрашивал. Так чё тебе надо, Томура?
Я всегда по утрам такой вредный?
- Как дома дела? – спросил Шигараки.
- Там теперь ахреневший мужлан обитает, а так – зашибись.
- Заподозрили что-нибудь?
- Да не. Всё прошло даже слишком просто, - отмахнулся я. – Что-нибудь ещё?
- Ничего.
И отключился. И стоило будить меня по таким пустякам?
Перед моим уходом, Шигараки всё-таки снял с меня заметный удушающий ошейник, заменив его непримечательными наручными часами.
Дверная ручка повернулась и со скрипом открылась. В дверном проёме стояла мать.
- Изуку, ты спишь? – беспокойно поинтересовалась мать.
- Нет, а что?
- Просто я слышала какой-то шум, вот и пришла. Что-то случилось?
- Нет, всё отлично, - ответил я с улыбкой.
- Ну вот и хорошо, - облегчённо махнула рукой она. – Рано ещё, можешь поспать подольше.
- Нет, спасибо. Я уже выспался.
- Тогда приходи на кухню завтракать, - улыбнулась она и вышла из комнаты, оставляя меня одного.
«Вот ещё раз он мне утром будет названивать!»
***
На кухне уже сидел Арэта, задумчиво листая новости в телефоне. Я неловко сел напротив него и уставился на готовящую завтрак мать.
- Мне кажется, ты вчера был в этой же толстовке? – спросил Арэта, оторвавшись от телефона, одаряя меня буравящим взглядом. – Ты же не спал в ней?
- Ну да, - промямлил я. – Что-то не так?
Его взгляд был ещё более удивлённым, чем вчера за ужином.
- Разве ты не мог переодеться? – поинтересовался он.
- В доме нет другой одежды моего размера, - признался я.
К чему это он начал?
- О, как же я не заметил, - пренебрежительно бросил он.
Он медленно подошёл и схватился за капюшон моей толстовки, разворачивая бирку на шее.
- Ничего не видно, какая досада, - буркнул он. – Похоже нечего не остаётся, кроме как поехать сегодня в торговый центр. Согласна, дорогая?
- Естественно. Я не откажусь от времени, проведённым со своим сыном, - улыбнулась она, накладывая порции омлета на белые тарелки.
Действия от лица Арэты:
Когда я говорил «какая досада» я нисколько не преувеличивал.
Я не потерплю, если вся моя квартира будет пропитана потом и перегаром этого мальчишки, тем более он теперь тоже "член" семьи, на которого обрушиться взор моих конкурентов. Нельзя оплошать с его видом.
Но и проводить время с ним в тягость.
Я мог бы назначить моему секретарю прикупить одежды определённого размера, но эта чёртова бирка стёрлась, и на неё ничего не видно. Придётся либо терпеть этот смрад, либо ходить с ним по магазинам.
К моему счастью или сожалению, я свободен только сегодня. Весь день мне придётся терпеть его компанию.
Но не могу же я выкинуть ребёнка своей возлюбленной, как бы мне того не хотелось.
***
Что с ним не так? Он вообще не заинтересован в покупке вещей, просто бесцельно блондится, соглашаясь со всем, что ему предложат.
Инко в очередной раз принесла гору вешалок и неуверенно спросила:
- Ты точно будешь всё это мерять?
- Угу, - угрюмо промычал он.
Действия от лица Деку:
С каждым часом мне становилось всё хуже и хуже. Моё лицо становилось угрюмее и бледнее, я постоянно впечатывался в других покупателей и дверные косяки.
Арэта таскал меня за руку, чтобы я не напоролся на других, будто я детсадовский ребёнок, думая, что я просто неуклюжий.
Моя голова кружилась, как после карусели. Я шатался из стороны в сторону, как алкаш после очередного недельного запоя.
***
Где-то в два часа дня у меня начали жутко трястись руки.
«Нужно держать себя в руках. Чёртова кукла, надо было взять её с собой. Если мне всегда будет так фигово, то какая разница, увидит её кто-нибудь или нет?»
Я упрямо прятал свои онемевшие руки в карманы.
- Изуку, ты плохо себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила мама, неся в руках очередную порцию одежды.
- Нет, всё отлично, - сказал я, пытаясь натянуть на себя улыбку.
- Точно? - но видимо не получилось.
- Да, конечно. Не беспокойся за меня, я просто немного устал.
- Хорошо, осталось недолго, потерпи, - ласково ответила она.
«Хочется тебе верить, мама»
***
Наконец, затарившись бесчисленным количеством одежды, которую я не буду носить, мы поехали домой.
Садясь в машину, я испытал вселенское облегчение, ведь скоро всё пройдёт.
Мама всю дорогу делилась впечатлениями от прогулки с Арэтой, он же внимательно её слушал, не отвлекаясь от дороги. Я молча сидел, слушая надоедливый голос ведущего «АвтоРадио»
- Мы приехали, Изуку, - крикнула мама, захлоповая дверь автомобиля.
- Да, сейчас.
«Что? Я же почти дома! Нет, я должен продержаться, я должен...»