Глава 20
Ночь 1:50. Союз уже стоял на улице вместе со своими военными, которые будут вести обеих мужчин. Он уже успел занести сумки, но для начала он рашил с ними обсудить, что и как.
В — Смотрите, товарищ СССР. Если вдруг, будет поламаны рельсы, а такое может быть. Тогда вам прийдется переходить на другой поезд. А это вам уже прийдется просить других людей. Вам самое главное, когда будете уже в германии, нужно быть осторожными. Так как немцы будут очень злые, когда узнают что к ним едет русский поезд. Я сомневаюсь что они вас знают, так как там сейчас люди очень отсталые и они не следят не за чем, газеты не выпускают. Вам нужно будет говорить на немецком или вовсе молчать, что Фриц говорил. Это вы уже с ним доваритесь . Мы о вас к сожалению ничего знать не сможем. Но мы будем сторожить вам дом и дожидаться вас.
С — Хорошо, я вас понял. Я сейчас пойду разбужу его и мы поедем. Если что, может быть такое, что я вернусь через неделю. Так как назад возвращаться, может твит куда сложнее.
Мужчина сразу же вернулся в дом и не снимая свою обувь, он пошел в свою спальню. Зайдя внутрь он подошел к немцу и взял его на руки. От чего глаза немца сразу же открылись. Русский молча пошел на первый этаж, где усадил немца на её большой диван и протянул ему его обувь. Тот молча смотрел сонными глазами, пытаясь немного проснуться. Он медленно взял обувь и начал обуваться. После пару минут как обулся, он взглянул на Союза, который уже протягивал немцу пальто и ушанку. От чего немце сонным голосом сказал.
Р — Головой ебанулся? Ты едешь в Берлин с ушанкой, у которой звезда на весь лоб? Ты в курсе, что даже если мы эти ушанки спрячем, нас могут спокойно обыскать. Поэтому сними её со своей головы и мне не давай. Моему народу будет похуй. Они застрелят тебя на месте за такое. А за меня Незнаю даже..
Союз даже не подумал об этом, о поэтому он протянул только пальто немцу, которое он одевал ранее, а сам снял с себя ушанку и положил их в шкаф, на верхнюю полку. После того как Рейх оделся, он поднялся с дивана и вместе с мужчиной вышел на холодную, темную зимнюю улицу. Они подошли к машине, которая была не в очень хорошем со стоянии и сели на задние сидения. Как только они сели, машина рушила с места. Двое военных, уже давно сидели спереди машины. Рейх томно выдохнул и Протер свои глаза, он посмотрел на Союза, который молча, смотрел в перед, а точне на дорогу, по которой они ехали. Все четверо, молча сидели. А немец не хотел говорить ничего в такой напряженной и тихой обстановке, повернул свою голову к окну. Рассматривая все. Было очень темно. Ни одной живой души на снежной улице.
Вот так прошло где то пол часа. Они наконец-то приехали к заброшенному вокзалу. Ну как заброшенный? Там просто после начала войны никто вовсе не работал. Оба мужчины вышли из машины и Союз забрал с багажника сумку и рюкзак. Немец же посмотрел на русского и медленно подошел к нему.
С — Сейчас зайдем туда и сразу к поезду. Там кроме машиниста который будет нас везли, вовсе никого не будет. Потерпи немного со своей ногой, можешь не спешить. Но там далековато пройти.
Рейх молча кивнул своей головой и оба пошли сразу через весь вокзал. Внутри было темно и пусто. Лишь свет из больших окон, показывал куда им идти. Очень жуткое помещение. Через некоторое время, пройдя все помещения, оба пришли к поезду. Правда шили они очень уж долго. С Рейхом пока пройдешь, то и уснуть можно, но что они могли уж пожелать? Вот уже зайдя во внутрь вагона, оба прошли к купе, где было так то не очень со стороны. Хотя было видно, что кто то там был и даже убрался. Ведь все было чисто и небольшие кровати были застеляны новой простыню. Немец подошел к одной из спальних мест и сел на неё, опустил свою голову, томно дыша. Русский сел напротив него, оставив вещи на полу. Он сидел и смотрел на него в тишине. Как в какой-то момент, эту тишину прервал один человек, который внезапно зашел к ним. Как видимо это был машинист, который собирался везти двух мужчин совершенно в другую страну.
М — Здравствуйте товарищ СССР. Вы уже на месте, поэтому я буду начинать наш путь. Хочу вас предупредить, что остановку мы сделаем только в Минске так как там более безопасно, нежели в других городах. Остановка будет длиться минут 30, поэтому готовьтесь. Больше остановок не будет.
Совет молча кивнул своей головой и человек сразу же пошел. Рейх посмотрел на русского, в котором будто был какой-то холод. Было как то не по себе от такого. Как они уже успели так отдалиться от друг друга? В плане отношений, будто бы вчера оба радовались друг другу, а сегодня уже что то не так.
Р — Почему ты будто бы нервничаешь? Все же пока что нормально. Мы даже еще не выехали, тебе не стоит нервничать.
С — Блять, Рейх, какая тебе разница? Конечно тебе сплкойно, ты едешь в свою страну. А меня там видеть вовсе не желают. Ты мне предлагаешь сейчас прыгать от радости?
Р — Если ты со мной, то тебя не тронут, успокойся ты. Чего ты такой нервный. Я же по нормальному, ты хотя бы немецкий язык помнишь?
С — Помню я все. Помню.. не трогай меня сейчас, прошу. Меня все до ужаса раздражает, ты этого блять будто бы не понимаешь.
Рейх томно выдохнул и лег на полку, накрывшись одеялом. Желая еще поспать. Но такая обстановка его до ужаса напрягала. Хотелось уже по скорее приехать, хотя дорога будет долгой. Очень долгой. Через некоторое время, старый поезд рушил с места. От чего Союз тяжело выдохнул и посмотрел в окно.
В мыслях: " Надеюсь я не пожалею об этом.."
Он перевел свой взгляд на немца, который уже по немногу засыпал и сам решил лечь. Но желания спать, вовсе не было. Какой-то страх был на душе у светловолосого. Он просто смотрел на потолок, блуждая в своих мыслях.
Утро 7:10. Союз все так же не спал, правда переодически его глаза закрывались, но почему-то иза какого-то стресса желание сразу же пропадало. Рейх же не хотя проснулся в такое время. Но глаза еле как открылись. Шум поезда, не давал нормально спать. Он сел на полке, упираясь спиной об стенку. Он посмотрел на русского, который только и смотрел в одну точку.
Р — Ты вообще ложился спать? Выглядишь так себе.
С — Мм. Нет, какое тебе вообще дело Рейх. Прекрати делать вид будто тебе не все равно.
Р — А ты прекрати так со мной разговаривать. Я же по нормальному к тебе, почему ты снова начинаешь ко мне так относиться? Если тебя так сильно задело то что мы прекратим общение, то это же не факт. Мы не знаем что нас ждёт, а это было всего лишь предположение. Прекрати быть холодным ко мне, я тебя прошу.
С — Да не задело меня это. Я очень переживаю. Блять я сейчас весь на стрессе. Пойми ты это. У тебя разве не было стресса, когда ты осознавал что находишься в моей стране? Вот и я сейчас испытываю это чувство. Да я могу сейчас все остановить и забить хуй на то что мы уже расспланировали. Но я же хочу чтобы ты был дома.
Р — Мх. Я тебя понимаю. Ты можешь сесть рядом со мной? Я хочу чтобы ты был рядом. Ты же сейчас закроешься в себе и придумаешь в своей голове всякую глупость.
Союз повернул свою голову к немцу и послушно поднялся со своего спального места. Он подошел к младшему и сел рядом с ним с краю, все так же смотря на него. Немец сел рядом и провел рукой по его голове, начиная медленно гладить. Солевой положил свою голову, на плечо мужчины и смотрел вовсе в пол.
Р — Как же тебя отвлечь. Все будет нормально. Я обещаю. Скажи лучше сколько времени сейчас? Наверное еще очень рано. Так ведь?
Союз взглянул на свои часы, которые он одел заранее на свою руку, чтобы наблюдать за временем и ответил на вопрос.
С — 7:17 утра. Наверное через часа три будем уже в Минске. Сразу же как будет остановка, я пойду курить. Я и так уже не могу.
Р — Ляж полежи рядом со мной. Если уснешь, я разбужу тебя как только будет остановка. Тебе нужно отдыхать хоть немного. Нельзя нервничать так много. Просто отдохни немного. Ты целую ночь не спал.
Рейх подвинулся к стенке и лег, чтобы Совет мог лечь рядом с ним. Мужчина же послушно лег рядом, уткнувшись носом об его плечо. Сразу же закрывая свои усталые глаза. Так было гораздо теплее, ведь в купе было очень холодно. Как ни как зима. Что же ты будешь делать? Черноволосый смотрел на русского, не прекращая его гладить по голове.
Р — Я если что взял еще книги, правда я незнаю читал ли ты их до этого. Но дорога все равно будет долгой. Чем то заниматься прийдется. А еще я нашел у тебя карты в шкафу. Правда я не понимаю что они у тебя там делали..
С — Мм.. наверное в кармане лежали и выпали, пока я ложил одежду свою в шкаф. Я как то и не обращал внимания если честно. Но если хочешь то потом сыграем. Я наверное сейчас действительно засну. Ты такой теплый.
Рейх умылся и потрепал своей рукой его по голове. Но Союзу было плевать на это, он лишь обнял немца и в скоре заснул. Рейх же точно выдохнул и смотрел на него. Теперь уже он не спал, да и будто бы он смог выспаться уже.
В мыслях немца: " Тяжело наверное будте с тобой прощаться.. почему ты такой наивный, я не понимаю, ты сам же должен понимать что нам прийдется прекратить общение, хотим мы этого или нет, ведь другие не поймут. Вообще поражаюсь, почему мы снова нашли общий язык.. я сам то не хочу привязываться, но он же такой хороший человек. Вроде и взрослый, а иногда наивный как ребенок. Вовсе не изменился"
Все тоже утро. Время 9:40. Прошло не так уж и много, но время шло очень медленно для немца. Он все еще не спал, но уже по правде привык к тому, чтобы просто сидеть без какого либо дела. В скоре поезд начал медленно останавливаться, от чего немец вздрогнул а после посмотрел на Союза. Который мирно спал. Но все же нужно было начинать его уже будить. Черноволосый мужчина, начал его трясти, чтобы тот открыл свои глаза. Но долго ждать не пришлось, Союз сразу же проснулся и резко поднялся.
Р — Боже, ты чего так резко.. все нормально, я же обещал разбудить тебя, когда поезд будет останавливаться.
С — Блять. Я уже испугался что, что то случилось. Не буди так больше.
Союз тяжело выдохнул и посмотрел за окно, поезд почти остановился, от чего русский поднялся с полки и достал из кармана пачку сигарет. После он достал две сигареты и протянул одну немцу, в знак предложения, по типу " Пойдем вместе перекурим?". Немец взял сигарету и тоже поднялся, вставая ногами на пол. Как только поезд остановился, они оба вышли из купе, направившись на улицу Совет взглянул на здание напротив них, точнее на сам вокзал, который выглядел просто ужасно. Удивительно, как рельсы все еще оставались на месте? Он тяжело смотрел на все это, не желая уже думать о плохом, он преподнес сигарету ко рту и поджег. После протянул зажигалку немцу. Тот тоже сразу же поднес сигарету и подес её к своему рту. Медленно делая один затяг. Все же он снова закашлял от одной тяги.
С — Видимо все же тебе не стоит еще курить. Не твое это. А вообще, тебе нравится или нет?
Р — Ну вообще не плохо, но я не сказал бы, что я буду таким зависимым от курения как ты. Торкает прикольно, что аж голова кругом и все.
С — Я уже и забыл что это за чувство. Слишком часто курю, меня уже давно не берет. Ну разве если не покурю двое суток. Но все равно, не привыкай, лучше береги здоровье. Мне просто не хочется одному стоять и курить.
Оба просто стояли и смотрели друг на друга, куря сигареты. Иногда взгляд русского все же возвращался на здание напротив, что выглядело отвратительно. На душе было очень тяжеловато.
Р — Мх, давай ты не будешь расстраиваться? Мне же за многое отплачивать, а все отстроиться, я верю в то, что ты справишься. Ты лучше скажи, мы получается дальше через Белорусь, поедем в Варшаву?
С — Да, а как иначе? Или снова планируешь поделить бедную Польшу? Я на этот раз, наверное откажусь от такого предложения.
Р — Хах, но ключевое слово "наверное". А значит ты все еще можешь задумываться на этим.
С ухмылкой смотря на русского, который тоже от такого ухмыльнулся и опустил свою голову, чтобы немец не смотрел, на то, что ему все же забавно от этого. Через некоторое время, они уже оба докурили сигарету и вернулись в купе. Там точно было теплее уж, чем на улице. И поезд снова двинулся. Уже оба мужчины сидели друг напротив друга. Союз же смотрел в окно где были одни, пустые поля. Но разве это поля? В которых будто бы и земли не было. Лишь одни руины.
С — Мда.. ты не хочешь есть? Нужно позавтракать, для чего же я готовил?
Р — Ну я если честно незнаю. Давай поедим, что еще делать? Правда я потом буду переживать, чтобы меня не начало тошнить, мне часто становится плохо в разных дорогах.
Союз посмотрел на сумки, которые все так же лежали на полу и подошел к ним. Раскрыв одну из них, он достал контейнеры с едой и пластиковые тарелки, которые взял с собой заранее. Он поставил эти тарелки и наложил обеим по картошке, а после и по нескольким овощам. Затем он сел напротив немца и принялся за еду.
Р — Мне долго тебя учить говорить "приятного аппетита"?
Союз же промолчал. Немец недовольный посмотрел на него и тоже начал есть. Вот так они в не уютной тишине ели. Но чем дальше, тем страшнее все становилось...