ГЛАВА 20. Первое утро: трансфигурация
Утро наступило слишком быстро.
— Подъем! — Лили трясла меня за плечо. — Через час завтрак, а нам еще собираться!
Я с трудом разлепила глаза. За окном только начинало светать.
— Сколько времени?
— Полседьмого, — бодро ответила Лили. — Вставай, соня.
Я натянула форму, кое-как причесалась и спустилась в гостиную. Там уже суетились студенты.
— Кофе? — Ремус протянул мне чашку. — Выглядишь так, будто не спала всю ночь.
— Спасибо, — я благодарно приняла напиток. — Ты очень добрый.
— Привыкай, — усмехнулся Джеймс, подходя. — Ремус у нас самый воспитанный. Мы с Сириусом — полная противоположность.
— Это мы уже поняли, — улыбнулась я.
В Большом зале было шумно. Я села за стол Гриффиндора рядом с Лили и принялась завтракать, украдкой поглядывая на слизеринский стол.
Регулус сидел на своем месте. Он поймал мой взгляд и слегка улыбнулся.
— Первый урок — трансфигурация, — объявила Лили. — Вместе со Слизерином.
Мое сердце пропустило удар.
— Со Слизерином?
— Да. Идем, я покажу дорогу.
Кабинет трансфигурации находился на третьем этаже. Мы вошли и сели за парты — гриффиндорцы с одной стороны, слизеринцы с другой.
Регулус сидел через проход от меня. Наши глаза встретились, и я почувствовала, как по телу разливается тепло.
— Доброе утро, — прошептал он одними губами.
— Доброе, — ответила я.
В класс вошла профессор МакГонагалл.
— Начнем урок, — строго сказала она. — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных разделов магии. Тот, кто не готов серьезно работать, может сразу покинуть класс.
Никто не пошевелился.
— Хорошо. Сегодня мы будем превращать спички в иголки. Откройте учебники на странице 47.
Я открыла книгу и попыталась сосредоточиться, но взгляд то и дело возвращался к Регулусу.
Он сидел ровно, внимательно слушал профессора, но краем глаза следил за мной.
— Приступайте, — скомандовала МакГонагалл.
Я взяла спичку, направила на неё палочку и попыталась вспомнить заклинание.
— Ты неправильно держишь палочку, — раздался тихий шепот сбоку.
Я повернулась. Регулус смотрел на меня с легкой улыбкой.
— Дай сюда.
Он взял мою руку и поправил хват. Его пальцы были прохладными, но прикосновение обожгло.
— Вот так. Теперь пробуй.
— Спасибо, — прошептала я.
— Всегда пожалуйста.
Я снова сосредоточилась на спичке.
— Вердимиллиус!
Спичка дернулась, потемнела, но осталась спичкой.
— Уже почти, — подбодрил Регулус. — Еще раз.
Я попробовала снова. И снова. И снова.
На пятый раз спичка превратилась в иголку — кривую, некрасивую, но самую настоящую иголку.
— Получилось! — закричала я.
МакГонагалл подошла, осмотрела мою работу и кивнула.
— Неплохо для первого раза. Пять баллов Гриффиндору.
Я сияла.
Регулус смотрел на меня и улыбался.
— Ты молодец, — сказал он.
— Это ты помог, — ответила я.
И в этот момент я поняла окончательно и бесповоротно:
Я пропала.
По уши.
В этого мальчика с серыми глазами.