Глава 27
Вечер плавно переходил в ночь.
Девочка лежала на кровати, но не спала. Она размышляла о своей жизни, о будущем. "Что мне делать? Уже середина июля. Время пройдёт незаметно. Как же я буду заниматься? Мне нужно будет осваивать чтение по этим непонятным выпуклым точкам, что у меня не получится. И где мы найдём учителя... И деньги на него? Мама и так работает, не покладая рук. Но ведь ещё нужно платить за квартиру, за мои уроки в музыкальной школе, за репетиторов Джессики.... Я откажусь от уроков вокала. Это я уже решила. Но что же ещё сделать?" Вдруг её размышления прервал голос по радио, которое было включено на кухне, где Джессика готовила завтрак:
-... конкурсе примут участие "звёзды" нашего города, а также все желающие, прошедшие кастинг. Призом станет денежное вознаграждение. Также победитель получит славу и почёт! Приходите на кастинг! Принимаются как музыкальные группы, так и дуэты, так и сольные составы. Напоминаю, кастинг состоится в среду, шестнадцатого июля, в пять часов. В школе имени Роберта Роилла. Удачи всем...
Элисон поняла, что речь идёт о том конкурсе, песню и мелодию для которого она уже выучила наизусть, осталось только пройти кастинг. Но когда вернется Алекс?
Только она подумала о нём, как Джессика принесла ей телефон:
- Алекс тебе звонит, Лис... Ахах, Лис...
- Алекс!- чуть ли не крикнула в трубку Элисон, радостно улыбнувшись,- Привет! Как ты?
- Привет, Лис. Почему твоя сестра смеялась, когда я попросил тебя к телефону?
- Ей смешно, что никто меня не называет Лисом, кроме тебя.
Алекс тихо засмеялся.
- Что ж, у меня всё здорово. Завтра утром буду у тебя.
- Как!? Уже завтра утром? Наконец-то! Во сколько?
- Около десяти часов, да...
- Классно! Слушай, Алекс, а мы ведь идём на кастинг завтра? В школу... Имени Роберта...
- Роберта Роилла, да, идём, конечно. Ты выучила текст песни?
- Да, ещё позавчера. Только у меня не было к ней аккордов, я на слух..
- Так отлично! Я уверен, у тебя получилось и на слух.
Они перебивали друг друга, радостным голосом постоянно говорили восклицательные предложения и были так рады этой беседе и скорой встрече, как будто им три года не давали общаться.
- Как там поживает твоя гитара?
- Замечательно! Она оказалась намного лучше той, которую я считала идеальной. Где ты нашёл её? Она звучит так прекрасно, что можно подумать, это музыкальный инструмент какого-то там известного певца... Кстати я последнее время часто слышу какую-то фамилию... Мэйсон, кажется. Про его новый альбом даже на улице говорят.
Алекс скорчил рожицу, плотно сжав губы и прищурив глаза.
- Ахах...даа...- только и смог сказать он.
- Чем ты сейчас занят?
- Эм, особо ничем,- Алекс сразу заметил странность в своём ответе,- я... Сижу на лавочке в парке. На машины смотрю, проезжающие мимо..
Алекс действительно в этот момент смотрел на дорогу, и частично был в парке. Он находился на крыше небоскрёба в Нью-Йорке, готовясь к концерту. Вокруг площадки были посажены цветы и кусты, и это было похоже на парк, только на крыше. Рядом с ним суетились стилисты, операторы, декораторы, ассистенты телестудии, журналисты, репортёры и прочие рабочие средств массовой информации. Но он отошёл от них, чтобы разговор был слышен двум, вместо двадцати двух.
Он встал у самого ограждения и, наблюдая за жизнью в городе, продолжал разговор:
- Лис, а чего ты сейчас хочешь?
- Хочу, чтобы ты приехал. А ещё хотелось бы посмотреть на закат, наверное, он красивый...
Алекс взглянул на небо. Элис была совершенно права. Солнце садилось на фоне ясного неба, плавно переливающегося из белого в жёлтый, из жёлтого в светло-розовый, сиреневый и светло-голубой... Редкие неподвижные облака были окрашены в яркий оранжево-жёлтый цвет. А с другой стороны была видна светлая белоснежная луна и первые тусклые звёзды.
Алекс стал описывать Элисон эту небесную красоту, она внимательно молча слушала, пытаясь представлять себе эту картину. Она улыбалась, и Алекс каким-то неведомым образом это почувствовал. Они ещё долго бы болтали, если бы Алексу не крикнули:
- Эй, пора репетировать!
- Кто там кричит?- спросила Элисон.
- Да тут, отец зовёт...
- И что он зовёт делать?
Алекс спешно начал придумывать слово, по звучанию похожее на "репетировать".
- Он говорит "стол бронировать"... Мы в ресторан идём. Ладно, я пойду,- сказал Алекс немного огорчённым голосом.
Здесь, на крыше многоэтажного здания, Алексу уже не было так интересно, как в первый раз. Но тут хотя бы был другой пейзаж- вдали виднелась широкая река, вокруг было меньше небоскрёбов, чем в том районе, где он проводил премьеру альбома.
Он репетировал песни, а ассистент с камерой всё так же снимал его, ни минуты не позволяя себе отдохнуть. Вскоре всё уже было готово к шоу.
Пришла небольшая группа зрителей, они поспешили рассесться и устремили любопытные взгляды на сцену, где через минуту появился Алекс. Он исполнил несколько песен, в том числе и "See The World", во время которой оператор из съёмочной группы добыл последние кадры для видеоклипа.
Алекс отыграл все песни, публика пришла в восторг. Всё было как всегда, и после концерта он, как обычно, отправился в гостиницу. Но туда он съездил только чтобы забрать вещи и ехать в аэропорт.
Алекс видел ночной Нью-Йорк вдалеке, когда самолёт поднимался в воздух. Они ещё нескоро вернутся сюда. Зато уже завтра утром он встретится с Элисон, и этот факт подавил всю грусть.
Алекс бежал сломя голову. Но что-то в нём было не так. Другая причёска. Обычно его волосы аккуратно укладывались - по бокам заглаживались, а спереди зачёсывались наверх. Теперь все волосы были кое-как расчёсаны. Не было его любимой чёрной кожаной короткой куртки, даже джинсы были совсем другой модели, не похожи на те, в которых он был вчера. На ногах вместо ботинок - обычные старые кеды.
В таком виде бежал он, Алекс Джефф, по улице мимо аллеи, мимо жилых домов, в которых нет ни кафе, ни отелей, как в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе. Здесь в домах не больше пяти этажей, в основном сохранены старые деревянные дома. Район скорее похож на деревню, чем на город. Тут мало супермаркетов, только одна телевизионная станция, один канал на радио. В этом городе плохо развит туризм, торговля. В основном люди занимаются своими земельными участками, музыкой, работают учителями, врачами в местной поликлинике, продавцами в небольших магазинчиках, фермерами. Казалось, что это другая страна.
Но Алексу очень нравился его родной город. Это патриотичное чувство возникло уже давно. И ему хочется прославлять свой город, но он боится изменить его. Алекс надеется, что здесь всегда будет так же, как сейчас. Те же низкие уютные домики, сады рядом с ними, доброжелательные соседи, знающие друг друга уже много лет, фермеры, разводящие овечек или лошадей на окраинах города, на полях и лугах. Эта местность привлекала своей простотой, уютом, близостью с природой.
У Алекса был двухэтажный дом на самом западном краю городка. Его комната, в которой он проводил всё свободное время на протяжении десяти лет, находилась под крышей на втором этаже, поэтому стены были там под углом. Если бы вы поднялись по лестнице, то сразу бы попали в эту комнату и тотчас же заметили большое окно в форме полукруга прямо над кроватью. Окно не завешано занавеской, поэтому вы увидите, что оно разделено на отдельные блоки - полукруг внизу и перегородки, напоминающие лучи солнца, от него.
Справа от вас ещё одно прямоугольное окно, а рядом старый низкий шкаф для одежды. Слева- пианино. Очень странно видеть эту, казалось бы, не вписывающуюся в вид комнаты, вещь. Алекс даже не знал, как она сюда попала. Пианино здесь было и до его рождения, и когда ему было 6 лет, и отец освободил для него весь второй этаж, мальчик часто на нём играл, не зная ни нот, ни какой-либо мелодии. Это просто было интересно для него, и Алекс мог целый день просидеть за ним, наигрывая странную грустную музыку. Отец был на работе и даже вечером, приходя домой, не замечал, что на втором этаже играли на пианино. Так мальчик сам научился играть. Особенно трудно было ему в тот год. Смерть мамы просто пронзила его сердце, и эта рана не заживёт ещё очень долго. Он часто вспоминает её и сейчас, но уже плохо помнит её внешность, зато в его память сохранился её добрый характер.
Пианино было для Алекса чем-то священным. Эта вещь была самая старая в его комнате. Над ним висела картина, нарисованная его одноклассницей, которая два года назад переехала в другой город, а на память подарила этот пейзаж.
Рядом с пианино находился невысокое деревце, которое Алекс очень любил в детстве. Его широкие листья тянулись к свету, которого в комнате было достаточно много. Алекс помнил, как когда-то давно отец собирался выбросить его, но мальчик кричал и не успокаивался, пока отец не сдался и не оставил растение.
Около кровати стоял стол, деревянный и исцарапанный, но сохранивший в своих полках много старых текстов песен. Алекс нашёл там даже свою самую первую песню, сочинённую в шесть лет. Она написано очень корявым почерком, её сложно разобрать. Но он помнил её смысл.
В полках можно найти его старые рисунки. Многие из них были выполнены в первом, втором классах. Глядя на них, становится понятно, что у мальчика была сложная судьба, но хорошо развитая фантазия и где-то можно было разглядеть любовь к жизни. Часто он рисовал солнце, радугу среди чёрных туч, грустных детей, к которым подходит человек с воздушным шариком. Психологи многое бы рассказали. Например то, что Алекс был оптимистом даже в таком раннем возрасте. Он видел, хотел видеть, только самое хорошее в этом мире. Наверное, на него подействовали печальные события. Также в столе лежат какие-то записи о школе, где можно найти одну интересную запись:
"Сегодня Рико опять приставал ко мне. Он хотел отобрать мои листки с текстами, но я не отдал их. Больше сегодня я ни с кем не общался."
А в углу стоит гитара. Та самая первая гитара, на которой учился играть Алекс. Никогда он не выкинет её. Он аккуратно протирает её, стряхивая пыль, и ставит на место, сохраняя память о тех временах.
Стены обиты длинными деревянными дощечками. Посередине комнаты две поддерживающие крышу колонны, сделанные в том же стиле.
Алекс помнил, как в детстве перед Рождеством эту комнату украшали яркими гирляндами с тёплым светом. И тогда здесь становилось неописуемо уютно. Не было атмосферы праздника и веселья, скорее покоя, уюта и вдохновения на написание песен. Хотелось сидеть на кровати, рядом с окном, в котором можно увидеть заснеженные поля, тёмные леса вдали и голубое небо с розовыми оттенками около заходящего солнца, наслаждаться запахом свечек, стоявших на подоконнике и читать любимую книгу. В такие тихие зимние вечера Алекс сочинил большинство своих песен, играя их на пианино. Гитара появилась, когда ему было восемь лет.
В этой комнате и сейчас стоит атмосфера спокойствия, в воздухе летает особый запах, аромат давно потухших свечей, потерянных мыслей и прошедших лет.
Зачем Алекс так бережно хранит эти воспоминания? Наверное, хочет вернуться в детство, изменить его, пытается найти смысл жизни, источник вдохновения. Он и сейчас, когда свободен от концертов и интервью, приезжает сюда, ложится на свою кровать и смотрит в окно, на синее безоблачное небо и вспоминает что-нибудь. Это было для него неотъемлемой частью жизни. Здесь, в этом городе и была вся его жизнь, не смотря на любовь к путешествиям и другим местам. Здесь он оставил самую большую часть своего сердца.