Часть 1
Парень все так же не отвечает ни на один ее вопрос. Прошло уже полчаса, она успела навести порядок на кухне и сейчас перешла в гостинную, а парень просто сидит и молча за ней наблюдает, совершенно игнорируя все ее попытки поговорить и узнать хоть что-нибудь. Чего-чего, а вопросов у нее было много.
К т о ты? Что ты делаешь в моем доме? Ты п о н и м а е ш ь меня? Ты понимаешь английский? Ты умеешь разговаривать? Ты меня слышишь? Как тебя зовут? Откуда у тебя камень из м о е й планеты? Почему ты пришел именно ко мне? Почему ты все еще молчишь? Почему ты так с м о т р и ш ь на меня? Почему я не слышу твои мысли?
Последнее интересовало ее больше всего. Читать мысли людей - одна из ее способностей, и очень редко бывало такое, что она не могла слышить совершенно ничего. Практически никогда.
Что же, видимо, этот парень какой-то у н и к а л ь н ы й.
Он и не думает отвечать. Просто смотрит - заинтересовано, но в то же время как-то безразлично, ловит каждое ее движение и каждое слово, но при этом сам не издает ни звука. Чон наконец-то останавливается, переставая суетиться - она уберет все это позже одним взмахом руки, - и смотрит на него тоже. Впервые рассматривает парня внимательным, пристальным взглядом.
На вид ему около двадцати пяти лет, возможно, немного больше; у него темные волосы, даже в беспорядочной укладке, смотревшиеся как-то стильно, безупречная кожа - ее зрение ее некогда не подводит, - и, стоит признать, красивое лицо. Она встречала в этой жизни много людей, но действительно к р а с и в ы х было очень мало, и вот он... Он правда был одним из таких. Идеальные черты лица, будто высеченые из мрамора греческим мастером, и глубокие темно-карие глаза - большая загадка для нее, которую ей только предстоит разгадать, - которые смотрят прямо на нее, неотрывно, т я ж е л о, совершенно невинно, но при этом будто насквозь, будто в самую душу заглядывают.
Чон вздыхает, отводя взгляд первой. Это н е в ы н о с и м о.
По-хорошему, этого парня бы отвести в псих... - ладно-ладно, - полицию, ведь его наверняка ищет какой-нибудь... опекун, или хоть кто-нибудь, потому что, кажется, он ее совершенно не понимает. Заявился к ней в дом без одежды, устроил погром, и делает вид, что это совершенно нормально. Признаться, она уже сомневается, кто из них здесь сошел с ума, раз до сих пор не позвала охрану. Но она снова цепляется взглядом за кулон на его руке и чувствует, как немного дрожат ее пальцы, как напрягается все ее тело. Хочется прикоснуться к нему - к тому единственному, что напоминает о ее родной земле, ощутить эту силу...
Это не ее кулон, конечно. Чон никогда не видела его прежде. Она и не думала, что где-то он может быть, ведь столько лет искала хоть что-нибудь, но безуспешно. Но этот камень также не принадлежит и е м у. Этот парень, он ведь... просто ч е л о в е к. Он и не догадывается, какая огромная сила, какая энергия сейчас сосредоточена в его руках.
Если бы... если бы она могла забрать кулон себе, возможно, только возможно, она бы могла как-то попробовать связаться со своим д о м о м, подать какой-то знак, что она все еще здесь, что она ж д е т, что она хочет вернуться домой...
Она наконец-то отводит взгляд от камня, и видит, что парень смотрит прямо на нее. Конечно, он заметил ее интерес. Интуитивно или нет, но он снова прячет свою руку. Чёрт. Он явно не собирается раставаться со своим аксесуаром. Но, что если... есть другой способ получить желаемое?!
Хотя для начала следует приобрести парню одежду. Она хоть и инопланетная, но все-таки ж е н щ и н а, и видеть эти длинные, совершенно восхитительные ноги, выглядывающие из-под халата - это выше ее сил.
Чон совершенно мило улыбается, поднимаясь с кресла, и идет в комнату для гостей. Пойти в таком виде в торговый центр парень не может, а в шкафу наверняка остались какие-то вещи Нам Ду, со времен когда тот оставался погостить у Чон. Она быстро находит подходящую рубашку, брюки и, - хвала небесам и Нам Ду! - даже новое нижнее белье. Так же быстро она спускается на первый этаж, и находит там незнакомца - он даже не поднялся с дивана! - разрывающего на кусочки модный журнал. Что же, видимо, новый выпуск Vogue пришелся ему не по вкусу. Не удивительно, законодатель моды, вот же он - в женском халате и фартухе, одетым... Ох, не нужно об этом думать.
Она вручает парню одежду и показывает на ванную комнату.
- Иди, переоденься, - говорит она, молясь, чтобы он ее понял.
Надо же, ноль реакции. Но спустя тридцать секунд парень натягивает рубашку себе на голову и смеется - так искреннее, так весело. Ей хочется засмеяться тоже, но это совершенно не смешно. За что ей это все? Может... это какие-то испытания, которые ей следует пройти, чтобы вернуться домой?! Иначе этого не обьяснить.
Чон хватает его за халат и тащит за собой, предварительно отобрав вещи.
- Ты сейчас идешь в ванную, - она кивает на дверь ванной комнаты и он кивает тоже, повторяя за ней. Он ее понял? Или он издевается? - И надеваешь все это на себя. Окей?
Парень снова кивает. Она, скептически прищуриваясь, отдает ему одежду, но рубашку оставляет у себя в руках - ее она сама на него наденет (ничего личного, просто он ну явно не умеет правильно надевать верхнюю одежду). Она только надеется, что с остальным он как-нибудь сам разберется.
Он делает шаг в ванную комнату и там автоматически загорается свет. Чон уже хочет пойти обратно в гостиную и оставить парня наедине, но начинается что-то невероятное. Он отскакивает обратно в коридор, словно испугавшись чего-то, и свет гаснет. Он снова делает шаг вперед, оказываясь в ванной, и лампы - какая неожиданнось! - загораются. Он опять выходит. И заходит.
Сим Чон хочет плакать от бессилия, наблюдая за этой картиной. Да она за несколько сотен лет своей земной жизни ничего подобного не видела. Про тысячи неземных лет за плечами она вообще молчит.
- Остановись! Просто остановись, пожалуйста! - кричит она, не сдержавшись, и парень испуганно смотрит на нее, замерев. Она быстро проскальзывает мимо него, подходит к системе контроля электричества и отключает автоматическую регулировку во всем доме. Так-то лучше.
Она натягивает на лицо широкую улыбку. Он же не испугался крика, так ведь? Она не собиралась его пугать, просто нервная система ее человеской оболочки... она очень, очень, о ч е н ь хрупкая.
- Теперь иди и оденься, пожалуйста, - она буквально заталкивает его в ванную комнату, закрывая перед ним дверь, и обессиленно облакачиваясь об стену.
Это не казалось таким сложным на первый взгляд. Может, просто отобрать у него камень, вызвать полицию и забыть обо всем этом, как о кошмарном сне? В конце концов, кулончик - это не большая плата за сломаленную психику и разгробленный первый этаж. Ох, нет. Так нельзя, это неправильно и все-такое. Она честная женщина с высокими моральными принципами. Да.
Через пару минут из ванной слышится грохот. Чон стонет, хватаясь за голову. Она же собиралась просто отдохнуть...
Тяжело вздохнув, она неуверенно стучится в дверь.
- Эй, ты уже одет? - спрашивает она, осознавая, что даже имени парня не знает. Не очень похоже на то, что он собирается ей его сказать. Она постучалась еще раз, собираясь уже войти, но дверь открылась. Парень выглядит покрасневшим и запыхавшимся, словно он не штаны на себя натягивал, а вагоны с рисом разгружал, и как-то очень виновато (впервые за это утро).
Чон скептически его осматривает. Ну, штаны ему слегка коротковаты и выглядят на нем как-то нелепо. Говоря об остальном... Тело у этого незнакомца, словно у какого-то греческого бога, и она не преувеличивает. Увидев его торс, Чон даже отводит взгляд (признаться, нехотя), чувствуя, как по коже пробежались мурашки, а низ живота приятно свело. Ну, словно впервые мужчину увидела, право слово. Отвернувшись, она протягивает ему рубашку.
- На, надень и это.
Парень послушно натягивает на себя рубашку, на сей раз даже не на голову, а как положено. Правда, на пуговицы почему-то не застегивает. Чон с недоумением смотрит на него, но, покачав головой, все-таки подходит, чтобы ему помочь.
- Давай, я застегну, - говорит она и принимается застегивать рубашку, стараясь не касаться пальцами горячей кожи. В один момент он пытается перехватить ее пальцы, и она ловит его руку, заметив что-то красное.
- Что за...
Кровь. На верхней части ладони красовался порез, который достаточно сильно кровоточил. Кажется, грохот был не просто так.
- Вот сразу сказать нельзя было? - повысив голос, спрашивает она, но реакции, конечно же, никакой не следует. Парень смотрит как-то удивленно и испугано, и она мысленно считает до десяти, прикрывая глаза. Это точно наказание. Проклятие какое-то.
- И что же ты там разбил? - она смотрит по сторонам, пытаясь найти то, что стало причиной пореза, но ничего не видит. Зеркало, привезенное из Франции, стоящее сумасшедшие деньги - целое, раковина - целая... Осколков никаких не видно, разве что... Чон подозрительно щурится, опускаясь на колени и заглядывая под тумбочку. Осколки от стакана бережно собраны в кучку, несколько из них окровавлены. Она пораженно опускает голову, а потом переводит взгляд на парня. Тот виновато опускает голову и перебирает пальцами пуговицы. Ох. Пожалуйста, не говорите ей, что он в самом деле разбил стакан и попытался сам убрать... С ума сойти. Она даже злиться на него не может сейчас, разве что только из-за того, что он сразу не сказал про рану. Хотя, по сути, он вообще ей ничего не говорил, и она уже думает о том, что, возможно, он совсем не умеет разговаривать.
Она поднимается и лезет в шкафчик за аптечкой - нужно обработать рану, а затем выходит из ванной, в надежде, что парень последует за ней. Увидев, что он так и не двигается с места, она осторожно берет его за руку и мягко улыбается.
- Хэй, пойдем, я обработаю тебе порез, - Сим Чон машет аптечкой у него перед лицом. - Больше так никогда не делай, я способна и сама убраться, - бормочет она уже тише, и тащит парня за собой. Усадив его на высокий табурет, она присаживается рядом.
- Дай руку, я посмотрю, - в ответ Чон снова видит опустошенный, непонимающий взгляд. Обреченно вздохнув, она сама берет его за руку. Парень улыбается, кажется, впервые за это время. Чон отмечает, что улыбка у него очень красивая.
- Надо же, ты умеешь улыбаться, - говорит она с усмешкой и начинает обрабатывать рану, нанося дезинфекцирующую жидкость. Парень шипит, недовольно отдергиваясь.
- Тшш, не дергайся, сейчас пройдет, - успокаивает Чон, но это мало помогает. Тогда она начинает дуть на рану, чтобы хоть как-то остановить жжение, на что парень тихо смеется.
- Что, щекотно, да? - она улыбается, стараясь не думать о том, какие же у парня красивые и длинные пальцы, словно у пианиста, и как приятно прикасаться к его теплой руке. Она немного закатывает рукав вверх, чтобы посмотреть, нет ли больше порезов, и ее взгляд снова падает на кулончик, повисший на его руке. Чон, не удержавшись, тянется к нему. Но парень снова одергивает руку и встает, направляясь к холодильнику. Она раздраженно фыркает, чувствуя, что момент утерян. Неужели ей нельзя даже посмотреть? Какой неблагодарный.
Чон поднимается наверх, не говоря ни слова. Ей нужно переодеться наконец-то тоже, чтобы они могли поехать купить парню одежду на первое время.
Через пятнадцать минут она спускается вниз, и видит, что парень увлеченно смотрит телевизор.
- Эй, поехали, прикупим тебе одежды.
На удивление, на ее слова парень реагирует - встает и заинтересованно смотрит, но, тем не менее, за ней так и не идет. Она рукой подзывает его к себе. - Пойдем, давай же, - она хватает его за руку и ведет к выходу.
Обуваясь в туфли, она понимает, что у нее нет подходящей обуви для него. Нам Ду свою коллекцию туфель увез с собой, да даже если бы и оставил - ноги у него, как у дюймовочки, все равно бы парень не влез. Не зная что делать, Чон дает ему домашние тапочки, которые хоть и были ему немного маловаты, но это лучше, чем ничего. К тому же, с этими короткими штанами, что ни одень - все плохо.
Они идут в сторону гаража. Пока открываются гаражные ворота парень с изумлением смотрит на то как они поднимаются. Наблюдая за ним, Чон не может сдержать смешка.
- Ну надо же быть таким, как будто в первый раз видит.
Она поворачивается к нему.
- Эй, крэйзи-бой, идем быстрей, садись, - зовет она, но он все еще смотрит на двери. Она вздыхает, снова берет его за руку (скоро это станет привычкой) и буквально усаживает в машину.
Пока они едут, парень не сводит глаз с дороги - то заглянет в одно окно, то в другое, совсем как ребёнок, приехавший в Диснейлэнд. Увлекательная трасса, конечно.
Впереди машины образовывается пробка - автомобиль перед ними останавливается посреди дороги, и Чон сигналит несколько раз.
Проходит несколько секунд, прежде чем она слышит от парня звонкое: «Би-би-и-и-ип! Би-би-и-ип!». Не в силах прийти в себя от смеха, она едва не проезжает на красный свет.
Этот парень сведет ее в могилу. Учитывая, что она бессмертная, это реальная серьезная угроза ее жизни.
Спустя некоторое время автомобиль останавливается напротив торгового центра. Успокоившись, она наконец-то снова внимательно смотрит на незнакомца.
Кто же он такой, на самом деле?!
Она не знает о нем н и ч е г о.
Но самое ужасное в том, что ей х о ч е т с я его узнать.