Трансформеры Прайм: Кошачья история

Пока я успокаивалась,  прошло минут двадцать,  если не более. В это время я просто пялилась (вот именно,  что не смотрела, а бессмысленно пялилась) в потолок,  а слёзы стекали по щекам прямо на подушку. К этому времени  меня уже успокаивал Рэтчет,  прижавшийся ко мне,  как котёнок,  прижавшийся к маме-кошке и тихо шептал мне слова успокоения.
— Мам, ма-ам! Почему ты плакала? — спрашивал меня малыш-медик.
— Да просто, была буря эмоций. Из прошлого,  которое я предпочитаю не вспоминать. — лаконично ответила я и погладила малыша по головке, дабы его успокоить и убедить,  что у меня всё в порядке.

В это же время, я услышала, как что-то стукнулось о стекло. Сначала я было подумала, что показалось. Но нет, стук повторился снова. И выглянув в окно, чтобы основательно настучать по башке тому кто это делает, я увидела его.

Это был мой давний приятель-медик по имени Родион. Увидев меня, он помахал мне правой рукой, его левая была забинтована. Что он там на этот раз учудил, что у него пострадала левая рука я не знала, но мне было плевать на это. Всмысле, мне было плевать на его руку.

Справедливости ради скажу, что у него был характер, напоминающий характер  (довольно странное совпадение!) Рэтчета. Да он буквально был им: Его любимые цвета были оранжевый и белый, он обожал профессию врача-хирурга,  и насколько я помню,  учится сейчас на медика, точнее, он уже был интерном (грубо говоря стажёром) и сейчас проходил интернатуру (стажировку) в частной хирургической клинике и более того, был профессионалом своего дела. Он был старше меня, где-то на два-три года точно.

Профессия врача — это довольно серьёзная и даже опасная профессия (Моя старшая сестра тоже врач, только она хирург-онколог,  а мой друг просто хирург), которую я очень уважаю. Ведь если ты совершишь хоть одну ошибку, пусть даже и случайно,  то на кону стоит твоя репутация, жизнь пациента и время, которое ты потратил. Потому что если что-то с пациентом случится,  то отвечать за всё будет именно врач, а не кто-либо иной.
Тут же в мою дверь позвонили и я решила спуститься вниз. На плечо мне тут же полез Рэтчи, который чуть больше моей ладони. Придерживая малыша, я начала спускаться по лестнице. К нам уже сбежались малыши, которые ещё не спали. Это были Нокаут, Оптимус,  Рэтчет и Джаз. Они подбежали ко мне и стали спрашивать:
— Мамуля,  а кто это? — спросил Нокаут, который зевал и старательно прикрывал ротик ручкой, дабы зевки были бесшумными.
— Мой старый друг, ребята, не пугайтесь. — отозвалась я.
— А разве друзья приходят ночью? — зевая,  задал мне риторический вопрос Оптимус.
— Нет, не приходят, но Родион же пришёл! — пожала я плечами и подошла ко входной двери и повозившись с замками, открыла её.
— Родион,  ты всё тот же! — я засмеялась и отступила в сторону, чтобы гость смог зайти (а то я настолько суеверная,  что не обнимаюсь ни с кем через порог, стараюсь быть расторопной хозяюшкой  и солью ни с кем не делиться*).

Когда Родион закрыл мою входную  дверь, вот тогда мы уже и обнялись. Это была встреча двух друзей,  которые лет так пять-шесть не виделись и очень были обрадованы друг другу.

— Моя мама! — громко проворчал Рэтчи, обнимая меня за шею.
— Наша мама! — пискнул Нокаут, обнимая меня за ногу. Родион аж прыснул от смеха.
— С каких это пор ты мамой стала, а, Сонь? — посмеивался друг, наблюдая за тем, как я покраснела от смущения, но тут же (к счастью) я взяла себя в руки.
— Давай попозже об этом, ладно?
— Окей! — подмигнул Родион, аккуратно поставив рюкзак на пол. — Потому что у меня вот тоже два таких сорванца! Вот, сама посмотри!

С этими словами, он расстегнул молнию на походном рюкзаке и из самого чрева сумки на нас уставились две пары голубых глазок-оптик. По-видимому, малыши очень стеснялись. Тогда он гаркнул:
— Смоуки, Клифф! А ну-ка бегом на выход!

И я наконец-таки увидела двух маленьких ботов, один из которых был меньше всех по росту и сейчас стоял, поочерёдно моргая глазками. Вы можете себе представить,  как это было забавно и мило одновременно! Но тут же я нахмурилась и строго посмотрела на приятеля:
— Родион,  ты мне объясни, почему эти двое грязнющие, как чертята с табакерки, а?!
— Ну помыть их времени не было...— сконфуженно признался пацан, понимая, что сам не доглядел малышей.

Я малых тут же на руки подняла.
— Так, слухай мою команду: присмотри  за моими малыми, пока они мне тут дом не развалили, а я пока твоих двоих вымою,  а потом сам бегом побежишь мыться! Задача понятна?
— Конечно! — усмехнулся Родион, прищуривая свои тёмно-голубые глаза.
— Мама! А мы?! — пискнул возмущённо Рэтчет и уже хотел пойти за мной, как тут мой приятель подхватил его на руки:
— О нет-нет-нет-нет-нет-нет, ты туда не идёшь,  а будешь со мной и своей компашкой, ладно?
— Ладно... — обиженно проворчал Рэтчи

Спустя пару минут, когда я уложила малышей отоспаться с дороги, я пошла вниз и придя вниз,  увидела довольно умилительную картину. Родион прижимал к себе спящего Рэтчета,  поглаживая его по спинке и покачивая его на своих руках. Я улыбнулась.
— Вижу, вы поладили друг с другом,  да? — обратилась я к другу, на что тот ответил:
— С трудом, но поладили. Сначала он ни в какую не хотел со мной разговаривать — ревновал меня к тебе. Только когда я обмолвился,  что я медик-хирург, тогда он со мной заговорил. И вскоре он уснул. Возьми его пожалуйста,  а то боюсь, что я сам его и уроню. — Родя протянул ко мне руки, в которых лежал маленький Рэтчет,  определённо смахивающий на маленький и милый оранжево- белый  комочек, который сладко посапывал и даже дёргал во сне ножкой.

Взяв его на руки, я ощутила то тепло, которое пожалуй ощущает только мать, у которой возле её доброго и очень большого сердца лежит её маленькое сердечко — сынишка или дочурка.
Когда я его взяла, Рэтчет беспокойно задёргался,  но перевернувшись к моей груди личиком,  прижался ближе ко мне и успокоился. И я просто живу даюсь: Как Родион умудрился сделать,  чтобы малой наконец уснул?
— Ладно  Родя, я в зале постелила тебе. Там твои малыши спят. А теперь бегом марш мыться,  а я спать!
— Будет сделано, моя Соня. — лукаво улыбнулся он и поцеловал меня в щёку...
—————————————————
У меня рекорд тысяча слов ^^.
Маленькое объяснение:
* По приметам, нельзя обниматься или передавать что-то через порог — это плохая примета. Соль рассыпать — к ссорам в семье.