Их история.

Нюта и Шун просто тупо разошлись по домам и завалились спать в нормальные кровати. Хотя первой пришлось перед этим ещё и погулять с Буми, потом в душ, потом приготовить что-нибудь поесть… В итоге уже глубокая ночь. Что был целый день, что не было целого дня. Весело, ничего не попишешь даже.

      - Боже, - Нюта наконец-то упала на кровать, раскинув руки в стороны. Вдруг завибрировал телефон, оповещая о сообщении. – Да кого там ветром принесло-то!

Девушка взяла мобильный и прочитала послание. В нём говорилось о том, что завтра в два часа дня будет репетиция, на которую менеджер обязана притащить своё ленивое седалище. Поставив будильник на одиннадцать дня, Анна с чистой совестью сбегала в душ и переоделась в пижаму, а затем быстро запрыгнула под одеяло.

      Шун же начал лихорадочно думать о подарке подруге. У него была лишь одна зацепка – Нюте нравилось, как он поёт. Значит, надо придумать ту песню, в которой Шун сможет в кои-то веки рассказать о своих чувствах. Ему предстояла длинная ночь на пару с гитарой, а завтра ещё и репетиция внеплановая. Брюнет сейчас сидел во внутреннем саду поместья, рядом с ним лежала гитара, и вокруг были разбросаны нотные листки.

      - Чёрт возьми! – воскликнул парень, обращаясь ко звёздному небу. – Я должен что-то придумать!

      Он улёгся спиной на траву и убрал руки за голову. Оказывается, написать песню намного сложнее, чем казалось раньше. Не просто песню, а признание в чувствах, которые нужно ещё и донести.

      - Донести до девушки, являющейся тормозом, - усмехнулся себе под нос брюнет, невольно улыбнувшись.

      Он никогда не винил Нюту за то, что отвергает и не видит всех попыток признаться ей. Просто нужно сказать прямо, а не идти полями и огородами, как это обычно бывает. Вдруг его осенило, и Шун вскочил, принявшись записывать всё, приходящее ему в голову. Прошёл час, два и три, но брюнет писал и писал. Такими темпами начало медленно светать, однако парню, казалось, было всё равно. Его главной задачей было написать песню, которую он сможет исполнить завтра, а остальное второстепенно.

      С утра Рейчел проснулась в своё обычное время подъёма – ровно девять тридцать. Однако в этот раз пробуждение было странным, очень. Почему-то болела голова и тянуло внизу живота, а про то, что ни одежды, ни пижамы не наблюдалось, - промолчим. Девушка медленно перевернулась на бок и увидела там того, кого увидеть совсем не ожидала, - Рена. Приподняв в изумлении брови, она столкнула его с кровати.

      - Ну какого черта, Рейч?! – спустя трёхэтажный мат показалась обиженная моська парня. – Я не ранняя пташка, как ты.

      - Рен Кройлер, какого чёрта я делаю у тебя дома? – прикрываясь одеялом, возмущённо спросила Рейчел. Её щёки медленно, но верно полыхали, а сама она старалась сохранять спокойствие.

      - Знаешь, у меня так вообще ощущение, что мы вчера бухали, как в последний раз, - Рен снова забрался на кровать и сгрёб девушку в охапку, заставив покорно лежать. – Кажется, вчерашняя кола в киношке была не колой, - поморщившись, протянул он.

      - Я убью Кузо и похороню на заднем дворике! – многообещающе протянула брюнетка, пытаясь вырваться.

- Убьёшь, убьёшь, но через часика три минимум, - успокаивающе гладя Рейч по волосам, произнёс Рен. Постепенно парень снова погрузился в царство Морфея, и сквозь сон услышал, как Рейчел замурлыкала, словно кошка.

      Ровно в двенадцать дня Маручо вместе с Дэном выехали в Блэквуд. Им пришлось ехать в университет, чтобы удостовериться в том, что актовый зал украсят и расставят столы. В общем, парни играли в начальников, мучая приехавших работников.

      - Этот стол стоит не по фэн-шую. Передвиньте его западнее! – Дэниэл вошёл во вкус, а блондин, стоящий рядом, опять стукнул себя по лбу.

      - Не слушайте его и ставьте всё, как обговорили ранее, - сказал уже Маручо, пытаясь вразумить друга. Бедные рабочие уже в сотый раз удивлённо уставились на парней, которые их и заказали. – Работаем, не отвлекайтесь, - усмехнулся блондин, рассмеявшись.

      Такими темпами вскоре весь актовый был украшен и обставлен. Везде были шарики, цветы и столы по периметру, на которых находилось множество угощений в лице фруктов и бутербродов. Со всем этим парни управились примерно за час, а в половину второго подтянулись Рен с Рейчел. Причём Маручо и Дэн услышали это по звонкому смеху девушки, но, как только пара появилась в дверях актового, хорошее настроение мигом улетучилось.

      - Дэн, - начала Рейчел, отпустив руку своего парня и подходя всё ближе и ближе к шатену, - ты случайно не знаешь, почему сегодня у нас с Реном болела голова, будто после бурной ночи?

      - Нет, что ты, что ты, - отчаянно замахал руками Дэниэл и в поисках путей отступления остановился взглядом на Маручо, кушающем виноград. – Друг, ты понимаешь, о чём говорит Рейчи?

      - Конечно, понимаю, - спокойно ответил ему блондин, не отрываясь от своего занятия, - сам же просил меня захватить с собой колу, перемешанную с ромом, а потом поменять её местами с колой из кинотеатра.

      - Так вот, где собака зарыта, - протянул Рен и, подойдя к Дэниэлю, стукнул его кулаком в плечо. – Как ни странно, спасибо, но за неё я не отвечаю, - последнее было именно про Рейчел, которая метала злобные взгляды в шатена.

      Секунда, и Дэниэл убежал, сверкая пятками. Кто знает, что придёт ей в голову всё-таки.

Рейчи, провдупляв ещё секунду, весело рассмеялась и забралась на сцену. Теперь стоило настроить инструменты, немного запылившиеся, но такие родные. Рен проследовал примеру своей девушки и, вооружившись найденной тряпкой, стал вытирать несчастные барабаны.

      Нюта проснулась практически к назначенному времени и быстро переоделась из пижамы в джинсы и толстовку. Затем она оставила Буми корм на кухне и вышла из дома, прихватив с собой первую попавшуюся сумочку. Дальше она быстрым шагом направилась прямиком в университет, надеясь, что не очень сильно опоздала.

      Шуну было намного веселее. Он уснул прямо на улице, удобно устроившись на траве, а проснулся примерно за полчаса до выхода. Ему пришлось собираться в ускоренном режиме, быстренько проглядывать написанные вчера слова песни и ноты и выходить из дома. В общем-то, парень уже опоздал и сделал ставку на любовь Нюты ко сну. Кстати говоря, брюнет едва не забыл дома гитару, но вовремя про неё вспомнил.

      - Да нет же, - опять воскликнула Рейчел, пытаясь настроить под себя микрофон. Ей уже все присутствующие пытались помочь, но дурацкое устройство никак не желало поддаваться. – Ладно, что-нибудь придумаю, - брюнетке уже это всё надоело, так что она уселась на край сцены.

      - Вообще бред какой-то, - пробурчал Рен и составил девушке компанию. Она улеглась на спину и положила голову к нему на колени. Парень стал задумчиво перебирать её волосы, собранные в высокий хвост. – Кстати говоря, кто-нибудь знает что-нибудь о трагедии на шоссе 180? – вдруг спросил пепельноволосый у всех присутствующих.

      - Два года назад террористы захватили автобус, а потом волшебным образом смогли спасти заложников… - Маручо не успел договорить, как в актовый зал ворвался Дэниэл, судорожно хватая ртом воздух.

      - О-она п-поднимается! – крикнул Дэн, а его слова отдались эхом от стен. - Больше никогда не буду бегать с первого на третий этаж, - решил сам для себя он, хмыкнув и плюхнувшись на ближайший стул. Началась суета.

      Анна, совершенно ничего не подозревая, шла к актовому залу и неуверенно открыла дверь туда. Сначала царила темнота, а потом резко зажегся свет, и Нюта поспешила закрыть глаза.

      - Поздравляем! – раздался звонкий голос Рейчел из динамиков, повергший пепельноволосую в шок. – С праздничком, Нют!

Чёрт знает откуда появились широко улыбающиеся Дэн, Рен и Маручо, одновременно выкрикнув:

      - Сюрприз! – и парни дружно обняли любимого менеджера.

      Анна кое-как высвободилась из объятий парней, удивлённо смотря на них. Затем до неё допёрло, что сегодня её день рождения, а ребята решили сделать подарок неординарный… Кроме этого сегодня будет два года, как Эрик погиб в трагедии на шоссе 180.

      - Ненавижу эту чёртову дату! – в тёмно-синих глазах застыли хрусталики слёз и скатились по бледной щеке. Нюта, резко развернувшись, убежала прочь, по пути вытирая рукавом лицо. Бежала она на автобусную остановку, а потом на могилу старшего брата.

      Рейчел вместе с парнями вообще ничего не поняли. Дэн так вообще рот раскрыл, потеряв челюсть где-то на полу. Рен, чертыхнувшись, пошёл к сцене и уселся на неё, дёрнув за руку Рейч, шокированную происходящим не меньше. Девушка медленно опустилась рядом и упёрлась локтями в колени, обхватив ладонями голову.

      - Может, мы чего-то не знаем? – нарушил тишину Маручо и поправил съехавшие очки.

      Шун в это время поднимался по лестнице, зевая во весь рот и поправляя чехол с гитарой из-за непривычки. В итоге он опоздал на полчаса, потому что автобус никак не желал приезжать в назначенное время. Честно сказать, парень продумал практически всё, но не придумал, как начать разговор про песню. Увы, запасного плана на случай неудачи тоже не было, но был вариант сказать всё напрямую. Уже подходя ко входу в актовый зал, из которого доносились бурные обсуждения, брюнет уже построил тысячу и одно предположение по этому поводу.

      - Простите, я немного опоздал, - произнёс Шун, смотря на друзей, уплетающих фрукты. – А где Нюта?

      - Была здесь минут десять назад, а потом убежала в слезах, - отчеканила Рейчел, поедая вкусную клубнику. – Не понимаю, что с ней такое.

      - То есть, вы не в курсе, что на шоссе 180 в том самом автобусе погиб брат Нюты? – стукнув себя по лбу, сказал парень.

      - У неё есть брат?! – Дэн аж выронил ягодку черешни, не донесся её до рта.

      - О боже, - Шун в очередной раз вздохнул, поправил чехол с гитарой и развернулся на выход.  – Я за Нютой, а вы в интернете хоть посмотрите информацию для приличия, - кинул он через плечо и покинул актовый зал.

Анна ехала, слушая музыку на повторе, пыталась припомнить тот злополучный день.

      Эрик позвонил ей, когда садился на автобус и обещал поздравить, как доберётся до места. Дальше всё прошло, словно на иголках. Она пыталась занять себя чем-нибудь, но никак не находила себе место. Праздничное платье помялось, свечки уже сгорели, а еда остыла.

      Телефонный звонок разбавил гнетущую атмосферу, заставив саму именинницу подскочить на стуле.

      - Сестрёнка, только не включай телевизор на канале новостей, - сразу предупредил Эрик, причём каким-то полушёпотом. Девушке показалось это очень странным, но она не придала этому значения. - Наверное, я не успею вручить тебе мой подарок, а пока хочу сказать, что до восемнадцати лет я буду всегда рядом. Я всегда буду в твоём сердце. Пусть ты и не будешь видеть меня, но я обещаю, что буду тебя оберегать от всего. Никогда не закрывайся от своих друзей, поняла? Я же знаю, какая ты на самом деле добрая! Поздравляю тебя с твоим праздником, и, пожалуйста, позволь тому парню, про которого ты рассказывала, узнать тебя получше. Сестрёнка, никогда мне не было в тягость возиться с тобой. Ни-ког-да, слышишь? И даже не думай винить себя в том, что скоро случится, - в трубке послышались ругань и звук выстрела.

      Эти последние слова своего старшего брата Нюта запомнила на всю жизнь. Но, что случилось после того, как перед глазами всё поплыло и потемнело, она не помнила вообще. Очнулась Анна только в машине, когда они вместе с родителями куда-то ехали. Девушка не узнавала дороги, поэтому решила просто не вдаваться в подробности. Приехали они в полицейский участок, в котором ей сказали всего лишь одно роковое предложение:

      - Ваш брат погиб, но благодаря ему мы смогли избежать множество жертв.

      Анна глубоко вдохнула и выдохнула. Сейчас её остановка, где на кладбище, находящемся недалеко, похоронен Эрик. По дороге туда она купила несколько цветов, дабы подарить свой последний подарок любимому брату. Нюта купила тюльпаны и, расплатившись, пошла по направлению к пункту своего назначения.

      Шун сначала не знал, куда в этот раз занесло его любимую но что-то подсказывало, куда ему нужно идти. Казалось, будто кто-то его подталкивает к Нюте. Словно какой-то внутренний голос велел ему сесть на автобус, а потом выйти на нужной остановке. Это было странное ощущение, ранее никогда не возникавшее. Шун чувствовал некий страх, но не такой сильный, чтобы остановиться на достигнутом и повернуть назад. Брюнет вышел на улицу, но куда идти он не знал.

      - И куда дальше? – спросил парень сам у себя, будто кто-то ему ответит.

      - На кладбище, - прошелестел ветер в ответ.

      Шун тряхнул головой, уже начиная опасаться, что сходит с ума. Всё-таки вариантов больше не было, так что начал спрашивать у прохожих, как пройти к кладбищу. Надежда умирает последней, как говорится.

      Нюта, положив цветы на могилу, сейчас сидела на небольшом холмике, смотря на зелёные поля, раскинувшиеся на множество километров. Сумка вместе с телефоном мирно лежали рядом, а ветер трепал пепельные волосы, играясь с ними. Анна вздохнула и придвинула к себе колени, положив на них голову.

      - Знаешь, Эрик, я скучаю, правда. Мне одиноко и хочется почувствовать себя как раньше, когда мы с тобой играли в прятки. Хочу вернуться в то время, чтобы не случилось этой трагедии, и ты бы был рядом. Как же я ненавижу всех тех, кто выжил благодаря тебе! Это же нечестно. Почем они вернулись домой, а ты нет? Хочу, чтобы был рядом кто-то, похожий на тебя, очень хочу!

Она плакала так, как не плакала никогда прежде. Рыдала в голос, не боясь показать истинных эмоций. Все эти два года Нюта скрывала свои чувства, закрывалась ото всех и боялась обжечься. Доверяя кому-то, рискуешь оказаться не понятым, странным.

      - Пусть он тебя защищает, - снова Анне показался голос Эрика, как в тот раз с переходом дороги.

      Она подняла голову, непонимающе оглядываясь. На её плечо опустилась чья-то рука, и девушка вздрогнула от неожиданности. Не успев даже опомниться, Нюта оказалась прижата к чьей-то груди. Вырываться не было ни сил, ни желания. Хотелось просто поплакать в знакомую толстовку.

      - Тихо-тихо, успокойся, Нют, - приговаривал Шун, гладя девушку по голове. – Ну же, не плачь в свой же день рождения.

      Анна лишь покачала головой и стала тихо всхлипывать, сжимая край синей толстовки брюнета. Желание было лишь одно – впасть в забытье. Парень лишь вздохнул:

      - Даже вырываться не будешь? – кажется, она хмыкнула и вновь всхлипнула. – Ну-ка успокаивайся. Сомневаюсь, что Эрик бы хотел, чтобы ты плакала в свой день рождения.

      - Его здесь нет, - отозвалась Нюта, подняв покрасневшее лицо на парня. – Уже два года, как он ушёл.

- Зато есть я, - Шун усмехнулся и устроился поудобнее, сняв и положив рядом чехол с гитарой, - мне тоже не хочется, чтобы ты грустила именно в этот день.

      - Казами, не выпендривайся, - пробурчала девушка, устраивая свою голову на плече брюнета, - почему всё так несправедливо?

      - Почему же? – парень заинтересованно посмотрел на неё, приобняв за талию.

      - В тот момент, когда моим родителям вручили медаль за смелость и благородство Эрика, меня это жутко взбесило. Почему погиб именно мой брат, а остальные сто с лишним людей выжили? Я не понимаю этого, честно, - Нюта глубоко вздохнула, дабы снова не разрыдаться и сжала край толстовки Шуна, - потом к нам домой приходили родственники тех, кого удалось спасти, и благодарили. Когда они приходили, мне хотелось, чтобы вместо Эрика там погибли другие. Я ненавижу себя за этой желание, просто ненавижу, но я очень хотела этого, - она уткнулась носом в плечо парня, подрагивая.

      - Думаешь, что я буду винить тебя? – произнёс брюнет, вздохнув. – Когда моя мама попала в больницу и умерла там, я чувствовал себя так же. Прости, что не рассказывал о ней, просто мне сложно об этом говорить. Я хотел, чтобы другие оказались на её месте…

      - Шун, если не хочешь об этом говорить, то не говори, - прервала его Анна, отпрянув от парня и смотря на него, - никогда не буду заставлять тебя что-то делать против своей воли, поверь уж.

      - Я тебе верю, Нют, - брюнет улыбнулся и виновато почесал шею. Затем он взял чехол с гитарой, раскрыл и вооружился инструментом, перехватив поудобнее. – Послушаешь мой подарок тебе на день рождения? – пробежался по струнам, вспоминая ощущения.

      - Петь будешь? – глаза девушки засияли, а сама она уселась в позу лотоса в ожидании. – Мне уже не терпится услышать, - пепельноволосая весело усмехнулась, сложив руки в замок.

      Шун понимающе кивнул и начал играть. Надо признать, он немного путался и не мог припомнить некоторые слова вместе с аккордами. Нюте было всё равно на это: ей нравилось просто слушать мягкий и приятный голос друга. Она даже словила себя на мысли, что не понимает самих слов песни, а просто наслаждается голосом Шуна.

      - Я тебя люблю, Бог меня простит, - вновь затянул Шун припев, пробежавшись пальцами по струнам.

      Нюту словно током прошибло, и она уставилась на парня, но будто сквозь него. Девушка не верила своим собственным ушам. Ей впервые признались в любви, причём друг детства, к которому с недавних пор появились какие-то странные чувства. Кажется, у неё произошёл разрыв шаблона. Глаза противно защипало, и Анна вытерла их рукавом, ставший немного влажным. Шун, как только заметил это, закончил петь и не менее удивлённо уставился на неё.

      - Прости меня, прости-прости! – произнесла, словно заклинание, девушка. – Я такая дура, - она опустила голову, смотря в землю. Нюта запустила руки в волосы, сильно сжав их.

      Брюнет малость офигел и, положив гитару на траву, придвинулся ближе к Нюте. Он осторожно, стараясь не причинить лишней боли, взял её за подбородок и заставил поднять глаза. Снова Шун утонул в этих двух океанах, как и при первой встречи, только в этот раз девушка была слишком близко к нему. Налюбовавшись, парень взял её лицо в свои ладони, большим пальцем вытерев хрусталики слёз, выступивших из глаз.

      - Я никогда не винил тебя ни в чём, - произнёс брюнет, улыбнувшись уголками губ, - потому что не могу.

Нюта выдавила из себя улыбку и выдохнула. Её это практически не смущало, что было очень странно. Лицо Шуна буквально в нескольких сантиметров от её лица, а его карие глаза так и сияют, и Анна наклонила голову, соприкоснувшись со лбом парня. Зрительный контакт между ними никто не смел нарушить, только ветер обволакивал их, словно обнимая. Невольно девушка потянулась к губам парня, едва-едва соприкоснувшись с ними. Брюнет был на седьмом небе от счастья, попытался продолжить поцелуй и подался вперёд…

      Этот момент долгожданного единения нарушил телефон Анны, которая тут же отпряла, вспыхнув, и стала шарить по траве в поисках источника звука. Наконец-то мобильный был найден, и Нюта ответила на звонок:

      - Д-да?

      - Дорогая, мы с папой поздравляем тебя с твоим праздником! Помни, что мы тебя любим и всегда будем любить! - и мама сбросила трубку, видимо, вернувшись ко своим делам.

      Девушка положила телефон обратно в сумку и поднялась на ноги, отряхиваясь. При этом она старалась не смотреть на парня, убирающего гитару в чехол. Затем он со вздохом поднялся, а Нюта взяла его под руку. Они оба были краснее любого варёного рака, но разговаривать и обсуждать произошедшее не собирались.

      В это время Рейчел вместе с парнями уже подумывали расходиться. Ни Шуна, ни Нюты уже не было больше тридцати минут, а сидеть тут до вечера в одиночестве не хотелось. Дэн уже успел схомячить все бутерброды, приготовленные раннее, а остальные сидели на сцене. Рейчел, Рен и Маручо играли в карты, захваченные вместе с остальными настольными играми.

      - Эй, ребят, - в актовый зал вошла Анна, а за ней слишком мрачный Шун, - простите меня, я была эгоисткой. Вы же хотели порадовать меня, а я так глупо сбежала…

      - О, - брюнетка, победив обоих парней, побежала к подруге и крепко обняла её, - мы всё понимаем, не переживай.

      - Нам очень жаль, что мы не узнали раньше про твоего брата, - Дэн сидел ближе всех ко входу и решил вставить свои пять копеек. – Я лично считаю, что ради него ты и должна отмечать свой праздник. Согласна?

      - Тогда давайте праздновать! – Рейчел весело рассмеялась и потянула пепельноволосую на стул, который они приготовили специально для именинницы. Затем брюнетка ловко вбежала на сцену, прогнала с неё Маручо и позвала парней: - Шун, Дэн, ну-ка за инструменты!

      Брюнет слишком уж вяло сбросил чехол с гитарой, а потом был подхвачен шатеном, который повёл его к Рейчи. Через несколько минут «Illuminate» начала играть только для своего любимого менеджера. Исполняли и старые, и новые песни, а как только устали, то решили поиграть в настольные игры. Нюта всё время проигрывала, но не унывала и пыталась смеяться, дабы не обижать друзей.

      На самом деле её волновал только Шун, не выходящий из головы ни на секунду. Он поселился там на долгое время и покидать пока не собирался. Вскоре, когда наступил вечер, ребята организовали себе место для просмотра фильма с проектора, также находящегося в актовом зале. Смотрели в основном ужастики, которые нравились Анне, только сон постепенно одолевал и её. Уже на середине третьего фильма пепельноволосая, удобно устроившись на куче одеял и подушек, уснула.

- У нас тут Нютка уснула, между прочим, - протянул Дэниэл, усмехнувшись. Кстати говоря, Рен и Рейчел тоже клевали носами, а Маручо находился наверху, в рубке. Вскоре и он спустился, выключив проектор и всю аппаратуру. – Шун, сможешь отвезти Нюту домой?

      - А? Хорошо, я вызову такси, - опомнился брюнет и, вытащив из сумки телефон девушки, стал звонить Юкио.

      Наконец-то они вышли на улицу, где их ожидала чёрная машина с водителем Анны. Сам же Шун нёс пепельноволосую на руках и кое-как смог уложить на заднее сидение. В его голове копошились тараканы, мягко говоря, обсуждая сегодняшний день. Ведь они едва не поцеловались… Или поцеловались?

Увы, Шун тоже не робот, и поэтому тоже захотел спать. Хорошо, что пробок не было, и они приехали к девушке домой достаточно быстро. Как только брюнет смог уложить Нюту в её же комнату, то решил остаться на ночь у неё. Честно сказать, он прилёг буквально на секунду на кровать девушки, но не смог совладать со сном. Вот же крику с утра будет, ох.