Шрамы. История психа. Книга 1.

     Почти каждый человек хочет вернуться домой после нескольких дней, проведённых в больнице, но я отношусь к той части людей под названием «почти».

Пока мы ехали домой, в машине стояла, полная тишина. Все были заняты своим делом. Мама перебирала какие-то бумажки. Папа смотрел вперёд, следил за дорогой, а я смотрела в боковое стекло и думала о том, что Майкла я буду видеть теперь лишь раз в неделю, и то если он не забудет про меня, ведь я так и не знала, как он относится ко мне.

Приехав домой ближе к вечеру, я сразу же легла спать, даже не разбирая вещи. Мозг испытывал огромную перегрузку от того, что я постоянно прокручивала в голове образ врача, и быстро уставал от монотонной информации.

Будильник прозвенел, как обычно в семь утра. Я стала собираться в школу. Меня всё время мучали вопросы, что обо мне подумают дети из школы. Ведь слух о том, что я пыталась покончить жизнь самоубийством, давно уже бродил в стенах школы, и все только и ждали героиню месяца.

Вот я пришла на автобусную остановку и увидела, что ничего не изменилось. Все при виде меня начинали шептаться, вот только теперь у них была интересная тема для разговора.

Эбби, заметив меня, бросилась ко мне на встречу, крепко обняла и потребовала объяснений, которых у меня не было. Мне хотелось рассказать ей о Майкле Шепарде, но я так и не знала с чего начать. Ведь если кто-нибудь в школе прознает о нём, то сразу пойдут слухи и про него и про меня, и вряд ли это хорошо закончится. Так что Майкла я пока что сохраню в тайне, даже от Эбби.

Первым уроком была алгебра. Предмет сложный, но если выучить, то справиться можно. Мистер Крэйк, муж директрисы, вёл в школе алгебру, геометрию и тригонометрию. В отличие от своей жены, он очень любил детей, но меня больше всех в классе. Не знаю почему. Может он жалел меня, может я просто его радовала знаниями, но в любом случае я была его любимицей.

Первый урок прошёл спокойно. Но после этого урока у меня начались проблемы.

От лица Майкла

Проспал! Чёрт! Это паршиво...

День обещал быть тяжёлым. Я решил устроить себе отгул, на который имел полное право. Проснувшись в своей пустой тёмной квартире, мне стало жутко одиноко и непривычно. Всё было чужим. Мне чего-то недоставало, словно один из осколков моего сердца затерялся среди миллионов людей и жаждал воссоединения.

Я не видел Джульетту уже 15 часов и 21 минуту. Я непроизвольно считал минуты и не мог остановиться. Это глупо. Я уже и не помню, сколько раз повторял это слово.

- 15 часов 22минуты, - проговорил я, и мой голос предательски задрожал.

Я знал, на что было похоже моё теперешнее состояние, но как всегда боялся себе признаться в этом. Трус! Меня трясло лишь при мысли о Джульетте. В подсознании я всегда называл её полным именем. Я знал, как она не любит, чтобы друзья называли её так, поэтому мне ничего не оставалось, и лишь в мыслях я мог насладиться её прекрасным, как и она сама, именем. Меня бросало в жар, затем меня скручивало от холода. В горле пересохло, и вода не могла утолить мою жажду. Каждая клеточка моего тела ныла от тупой боли.

- 15 часов 25 минут, - я не слышал собственного шёпота.

Через 3 часа, должны будут начаться слуховые галлюцинации. Да, я, несомненно, услышу её голос. Ещё через 3 часа я буду видеть всякий бред, но обязательно она станет самой яркой галлюцинацией. Потом меня будет выворачивать наизнанку, и рассудок помутнеет, но я с уверенностью буду думать о ней. И вскоре я умру в жуткой агонии, не отпуская мысль о милой Джульетте.

Все симптомы совпадали с моим первоначальным предположением. Я сам поставил себе диагноз. У меня ломка! Как у наркомана. Эта девушка погубит меня. Она мой личный наркотик, которого я жаждал больше всего на свете.

Как я мог жить без неё всего неделю назад? Это не укладывалось у меня в голове! Да у меня вообще ничего там не укладывалось! Хотя...

- 15 часов 29 минут, - я снова произнёс число шёпотом, который оборвался.

Сколько времени должно пройди, чтобы я встретил её вновь. «Считай, Майкл. Считай... Это единственное, что ты можешь сделать». Когда я был один, голос снова проникал ко мне в подсознание и командовал мной. Я знал, что он прав, и решил отвлечь себя счётом.

В неделе 7 дней. В дне 24 часа. В часе 60 минут. Всего 10080 минут. Теперь отнять то время, что я уже просуществовал в одиночестве. 15 часов 31 минута – это 931 минута.

10080-931=9149 минут.

Все вычисления в уме заняли совсем немного времени. Теперь я буду отчитывать от обратного, с каждой секундой поражаясь тем, сколько мне ещё осталось ждать. Это невыносимо!

Я взглянул на электронные часы, и на моём лице отразилось безумство. Отличный план созревал в моём уже затуманенном сознании.

От лица Джульетты

Я шла по коридору и увидела, что возле моего шкафчика столпились дети. Мне так не хотелось туда идти, потому что я знала, что это опять какая-нибудь насмешка, но мне были нужны учебники к следующему уроку, а они были в шкафчике. Пробираясь сквозь толпу, я ожидала какой-нибудь шутки и я её получила. Мой шкаф был доверху забит полными флаконами снотворного, а на стене была надпись большими красными буквами «Выпей всё».

Я попыталась не обратить на это внимание, развернулась и быстро скрылась от толпы зевак в туалете. Я даже не предполагала, что найдутся люди, которые закроют дверь туалета с обратной стороны. Сколько же в них ненависти ко мне? Почему я? За что?

Мои мысли стали роиться и жужжать у меня в голове. Вопросы один за другим проносились у меня перед глазами. Я искала ответы, но их нет. И вдруг передо мной пронёсся вопрос, которого я не ожидала. Майкл, где тебя черти носят? Почему тебя нет рядом, когда ты мне так нужен? Нет, он не должен нянчиться со мной. Он ничем мне не обязан. Я уже взрослая, сама справлюсь.

Мне пришлось просидеть в этой комнате около трёх часов, пока уборщица не пришла мыть полы и не открыла дверь своим ключом. Мадам Крэйк отругала меня за то, что я прогуляла уроки и даже не захотела слушать моё оправдание. Она сказала, что позвонит родителям, чтобы те приняли меры.

Несправедливо... Сейчас во мне даже не было сил, чтобы выразить моё возмущение судьбе. Пусть всё так и остаётся. Плевать на всё и всех...

Домой я возвращаться не хотела, потому что после звонка директрисы, меня точно накажут, и вряд ли будут вдаваться в подробности.

Понемногу, маленькими шагами я всё-таки дошла до калитки. Проходя по двору, я поняла, что Сэмюеля нет дома, потому что его машины не было во дворе. Но я рано радовалась. Как только я зашла к себе в комнату, машина отца заехала во двор.

Мой страх постепенно переходил в ужас. Я видела, как нахмуренное и красное лицо, полное злобы и ненависти, смотрит на окно, выходящее из моей спальни.

Так, как сегодня, отец не бил меня уже давно. Он бил сначала ремнём, а потом стал кидать в меня всё, что попадётся ему под руку. При этом он даже не выслушал, как всё было на самом деле.

Я была в отчаянии. Мне снова хотелось на всё плюнуть, но я не хотела расстраивать доктора Шепарда, поэтому терпела ту боль вновь и вновь.