Я не поставлю крест на нас.
За кулисами была полная тишь и гладь, никто не бегал из стороны в сторону, никто не беспокоил тех, кто ожидал группу, хотя довольно отчетливо слышалась музыка, крики толпы, но она словно исходила из другого мира, а этот был куда спокойней, словно время здесь замерло. Парень стоял, заламывая руки и беспрестанно смотря на часы, ни то что бы его особо волновал исход этого глупого праздника, но зарплата будет выше, если все пройдет гадко, а все рушится к чертям. Где группа? Где девчонка, которая должна выступать? Что творит диджей, включает какую-то чушь. Еще пару секунд и он точно сойдет с ума. На его счастье, чуть позади отодвигается загородка, и один из учителей буквально насильно впихивает туда рыжеволосую красавицу, парень даже на секунду замирает, смотря на эту девушку, которая удивляла тем, как была идеально красива, несмотря на то, что на лице у нее была отчего-то неподдельная грусть, глаза бегали от одного предмету к другому, на секунды ему показалось, что она не дышит даже.
— Эй, ты же Лидия, — оживая от ступора, прокричал он, но та совершенно никак не реагировала. Она чуть пошатнулась и рухнула спиной на стену, закрывая глаза. Судя по страшному звуку, который получился от удара, она определенно ударилась рукой и кажется довольно сильно, но признаков того, что она испытывает боль, совершено не было.
— Лидия, — повторил он свою попытку докричаться до красавицы. Время утекало, а деньги вслед за ним, — группа уже на подходе, слышишь, у тебя есть время исполнить одну песню, потом будут объявлены король и королева, и ты можешь быть свободна, — реакции снова никакой. Парень шагнул в ее сторону и, прищурившись, взглянул в ее глаза. Недовольство? Радость? Смущение? Смятение? Расстройство? Злость? Нельзя было вычленить одну эмоцию, потому что они все, переплетаясь, выражались в ее глубоких зеленых глазах, а потом она вдруг резко пересеклась с ним взглядом и из ее глаз потекли слезы, блестящими дорожками они осели на ее щеках, но вместо ожидаемой истерики он получил от нее сверкающую красивую улыбку, которая отразилась на ее лице столь резко, что он уж подумал, что Мартин съехала с катушек.
— Хорошо, дай мне минутку, я выйду на сцену, — он дотронулся до ее плеча в знак согласия. Но дотронулся так, словно боялся, что она вот-вот рассыпаться и проскочит сквозь его пальцы, как песок. Лидия кивнула, словно посчитала это за поддержку, и резко сорвалась с места, скрываясь где-то за поворотом. А парень остался стоять посреди пустоты, в полном смятении, совсем уж позабыв о своей проблеме с деньгами.
***
«Я люблю тебя, Лидия Мартин, слышишь!» — эти слова, словно бегущая красная строка в ее голове резко разрывают тьму отчаянья, в которой она находилась, последние месяцы и впереди загорается яркий лучик света, надежда. Но Лидия медлит, оглядывается на темноту, которая стала для нее такой родной, она словно пытается найти подвох, словно боится, что это чья-то злая шутка и если она ошибется и этот лучик подделка, то это станет последней каплей. Тьма поглотит ее окончательно.
Все его слова казались какой-то сказочной чепухой, такое ведь бывает только в книгах про сопливую любовь, а настоящая любовь, как считала Лидия, совсем не такая. Разве кто-то, может быть, одержим ей так, как показал ей он, одержим, конечно же, в хорошем смысле. Все ее прежние влюбленности казались не такими, это она была очарованна, а парни показывали лишь недовольство.
Слова парня за сценой словно пролетали сквозь нее, совершенно не оставляя никакого осадка, он просто открывал рот, а она слышала совершенно другие слова, слова Стайлза. Он говорил их пару минут назад, но как бывает в плохоозвученных фильмах, слова не поспевали за картинкой, и Лидия только сейчас в полном объеме поняла весь их смысл. Слезы сами невольно потекли по щекам, но это не были слезы отчаянья или грусти, нет. Это было чистое счастье, это был маленький шажок сквозь тьму в сторону того яркого луча света.
-Хорошо, дай мне минутку, я выйду на сцену, — выдавила Лидия, не переставая сверкать счастливой улыбкой, что видимо окончательно выбило парнишку из колеи. Но Лидии было все равно на него, резкое счастье сменилось другим чувством. Чувством незавершенности. Она не сказала ему. Она не призналась ему, что тоже любит его, что он стал единственным, кого она когда-либо любила.
А что если он уже ушел? А что если он подумал, что она опять бросила его на произвол судьбы? Сердце вдруг сжалось от боли, но девушка, вдохновленная окрыляющем чувством, быстро нашла решение. Точным способом выражения своих чувств для нее были вовсе не слова. Песня! Она споет для него, если он конечно еще там, а если его нет, она наплюет на все и на всех, но догонит Стайлза Стилински и выскажет ему все, без остатка. Сорвавшись с места, она оправилась на поиски девушки, что будет исполнять музыку специально для нее, полностью уверенная, что все выйдет.
***
Зал замер в ожидание, потому что музыка снова смолкла, а значит, на сцену должна выйти Лидия, не смотря на всеобщую ненависть ее голос, чаровал, завораживал, заставлял забывать про все и всех.
На сцену вышла девушка, которая вечно аккомпанировала рыжеволосой, но больше никого не появилось, толпа чуть загудела, кто-то стал перешептываться, видно было, что многие даже немного опечалились, но тут над сценой зажегся свет, который до этого в принципе отсутствовал, он был чуть приглушенный и от дискотечного шара теперь по сцене красиво бегали блики. Заиграла музыка и лишь после третьего аккорда на сцену, поднимая подол красного платья, вышла Лидия Мартин. Еще минуту назад она была растрепанной, с чуть потекшей тушью, но сейчас она смотрела уверенно вперед, волосы были снова уложены, глаза подправлены. Она развернулась к зрителям и тут же забегала глазами по толпе. Она точно знала, кого искать и инстинкты ее не подвели. Стайлз в полной опустошенности стоял возле дверей и кажется, намеревался уходить, он даже не смотрел в сторону сцены, настроение было явно паршивое, хотя друзья искренне не понимали, что же все- таки случилось, но Лидия не растерялась даже тогда, когда поняла, что привлечь его внимание может и не получится.
Музыка достигла своего пика, и по залу резко разлился ее голос.
When I look into your eyes
Itʼs like watching the night sky
Or a beautiful sunrise
Thereʼs so much they hold
And just like them old stars
I see that youʼve come so far
To be right where you are
How old is your soul?
Когда я смотрю в твои глаза,
Это все равно, что смотреть на ночное небо
Или на прекрасный восход солнца.
Они так много в себя вмещают.
Никто не нашел бы в этих словах что-то такое особенное, но Стайлз, который уже был в шаге от выхода, застыл как вкопанный, вслушиваясь в столь знакомый голос.
«- Значит, ты никогда не пела песню парню, ну как признание в любви — Стайлз захохотал, совершенно не слушая выступление парня, который сменил Лидию на сцене. Веселиться просто сидя с ней тут, в ее среде, было так приятно и так обыденно, что он ненадолго забыл, что она обычно хладнокровная стерва.
— Нет, еще чего, — буркнула девушка, поправляя рыжий локон и недовольно фыркая. Стайлз хохотнул уже, наверное, в сотый раз за вечер.
— Ну, может ты вместо слов выразишь свои чувства песней, у тебя отлично получается, — на Стайлза шикнул кто-то с соседнего столика, и тот чуть понизив голос, спросил — Как думаешь, что бы ты исполнила, если бы признавалась парню, которого любишь? — в его глазах загорелись искорки веселья, он словно смеялся над ней. Но Лидия почему-то восприняла этот вопрос очень серьезно, даже молчала какое-то время, смотря куда-то сквозь парня.
— Я бы ни стала никому ничего петь, но все же я думаю » I Wonʼt Give Up« хоть и не совсем то, но я бы в любом случае выбрала ее, — почему-то воображение Стайлза тут же нарисовало, что она поет эту песню Джексона и тот поспешил закрыть эту тему» *
(*вечер, когда он поехал в кафе, слушать ее выступление)
I wonʼt give up on us
Even if the skies get rough
Iʼm giving you all my love
Iʼm still looking up
Я не поставлю крест на нас,
Даже если небо нахмурится.
Я отдаю тебе всю свою любовь.
Я все еще не опускаю головы.
Просто смотря на лицо Лидии можно было понять, как много для нее значит эта обычная, ничего не значащая для многих песня, она смотрела неотрывно на парня и дорожка из слез становилась все ярче, они просто катились по щекам, совершенно не мешая пению, голос ее был все такой же ровный, мягкий, чарующий, полный эмоций. Но эмоций, обычно ей не свойственных. Она пела с грустью, с сожалением, с радостью, но это было намного глубже. Она пела с любовью, она пела так, словно это чувство долгое время спало в ней не давая раскрыться, а сейчас проснулось, и полностью распахнула дверь ее таланту. Переполненная любовью ее песня звучала идеально.
I donʼt wanna be someone who walks away so easily
Iʼm here to stay and make the difference that I can make
Я не хочу быть кем-то, кто так легко уходит.
Я здесь, чтобы остаться и повлиять на то, что я могу изменить.
Сиайлз, наконец, развернулся к сцене, встретившись взглядом с заплаканной Лидией и окончательно обмер. Все что ему показалось ранее, теперь рухнуло. Он думал, что после своего признания она собиралась сказать, что видеть его не хочет, он сначала уже было отправился за ней, что бы попросить- таки высказаться, но потом понял, что себе же хуже. Если на то ее воля, то они никогда больше и не встретятся.
Our differences they do a lot to teach us how to use
The tools and gifts we got yeah, we got a lot at stake
Наши различия во многом учат нас, как
Использовать ресурсы и таланты, что мы имеем.
We had to learn how to bend without the world caving in
I had to learn what Iʼve got, and what Iʼm not
And who I am
Нам пришлось научиться идти друг другу навстречу и уступать без помощи мира.
Мне пришлось узнать, чем я обладаю, а чем нет,
И кто я такой.
Перед глазами все плыло и сверкало от бликов диско шара, но Лидия улыбалась, теперь она улыбалась искренне, и вся толпа, что подметила перемену, таращилась на нее, кто-то, недовольно бурча, а кто-то, наконец, улыбаясь в ответ. Стайлз зашагал ей навстречу, сквозь танцующую толпу, не замечая ничего кроме ее заплаканных глаз. Всего через несколько секунд он остановился перед сценой, а следом за ним в сторону Лидии развернулись все, кто стоял в первых рядах.
I wonʼt give up on us
God knows Iʼm tough enough
Weʼve got a lot to learn
God knows weʼre worth it
Я не поставлю крест на нас.
Бог знает, я достаточно упрям.
Нам нужно многое узнать.
Бог знает, мы этого заслуживаем.
А потом все затихло. Это было признание в любви, признание которое распознал даже самый глупый, признание Лидии Мартин, которая никогда не славилась чувствами к кому-либо, признание к Стайлзу Стилински, который встречался с Малией.
Что бы замять это происшествие на сцену выскочил тот парень, который стоял за кулисами пару минут назад, он спешно заговорил, что—то про короля и королеву, попросил поблагодарить Лидию аплодисментами и напряжение вдруг спало. На сцену были вызваны все претенденты и выстроены в две шеренги по разные стороны от ведущего: справа стояли девушки, слева — парни.
— Школа голосовала за короля и за королеву этого шикарного вечера и пора бы уже объявить результаты, — парень выдержал паузу и распахнул что-то вроде конверта, которые обычно бывают на награждениях.
— Королем выпускного вечера становится, — снова пауза, и кажется, толпа уже готова загрызть его заживо, — Стайлз Стилински, — никто, кажется и не сомневался в этом, вся толпа заревела аплодисментами и Стайлз, неимоверно довольный прошествовал к середине сцены за своей короной, которая сразу после окончания вечера станет просто безделушкой, а сейчас очень важная вещь.
— Ну, тиши тише, — забубнил ведущий, снова взглянув на часы и мысленно сверившись со временем.- У каждого короля должна быть своя королева, ведь так, — толпа зашумела в знак согласия, и ведущий открыл следующий конверт. Кто-то в зале выкрикнул « Малия», но отчего-то восклик никто не поддержал.
— Королевой выпускного вечера становится, — парень заулыбался, когда прочел имя и кивнул, словно соглашаясь с общим решением, — Лидия Мартин, — огласил он, и все смолкли, но ровно на секунды. Потом послышались хлопки, которые издавал, конечно же, Скотт, а следом за ним Эллисон, а следом и все остальные ее друзья, а потом и те, кто не был ее сторонниками, все захлопали, кто-то воодушевленной ее песней, кто-то из-за стадного чувства, кто-то из-за чистой радости за нее. Девушка шагнула вперед и на ее голову водрузили легенькую корону, купленную где-нибудь в детском отделе.
Кто-то скажет предсказуемо, но разве хеппи-энды бывают другими, друзья. А такая история, без которой жизни этих двоих бы были совсем другими, особо заслуживает хеппи-энда. Под звуки первого танца короля и королевы, Лидия и Стайлз слились в поцелуе, который никогда и ни за что не сотрется из их памяти. К тому же, пусть эта история вовсе и не о золушке, но эти двоя, получили-таки свой бал, на котором обрели настоящее неподдельное счастье