ГЛАВА XXI Красавица и Чудовище
сестры. Ожерелье было чудесное, из светло-розовых камней в серебряной оправе.
— Да! Мы дарим его тебе, Цирцея! — подтвердила Марта, а заподозрившая подвох Цирцея прищурилась и спросила:
— Вы думаете, я глупенькая и меня так легко сбить с толку?
— Мы думали, оно тебе понравится! — театрально нахмурилась Марта. — Примерь его!
Люсинда подскочила к Цирцее как взбудораженная маленькая девочка — только с изможденным бледным лицом и размазавшейся на губах кроваво-красной помадой.
— Да, примерь его! Думаю, на тебе оно будет смотреться просто восхитительно.
Люсинда зашла за спину Цирцее и приложила ожерелье к ее шее.
— Хорошо, хорошо! Давай примерим, если ты этого так хочешь, — сказала Цирцея.
А как только Люсинда защелкнула застежку, Цирцея повалилась на руки ожидавших этого сестер.
— Все хорошо, сестричка, спи!
Три ведьмы отнесли Цирцею в ее комнату и положили на мягкую пуховую перину, где младшая сестра уснула блаженным сном, давая старшим сестрам беспрепятственно продолжать их жуткие затеи.
— Мы разбудим тебя, когда все будет кончено, сестричка, и ты еще поблагодаришь нас за то, что мы отомстили за твое разбитое сердечко.
— Никому не дадим обидеть нашу младшую сестренку!
— Тсс! Ты разбудишь ее!
— Ее ничто не разбудит до тех пор, пока мы не снимем ожерелье с ее прелестной маленькой шейки.
— Она же не рассердится на нас, правда?
— О нет, не рассердится, мы же делаем это ради ее собственного блага!
— Да, для ее собственного блага!