Сплетни и дружба:история взаимоотношений в морге

В конференц зале ФЭС стояла гнетущая атмосфера. Стены, обвешанные серыми, незаметными от времени плакатами, казались еще более мрачными под ярким светом. Вера Полякова сидела на стуле, прижимая к себе сглаженные углы своего платка, пока слезы медленно скатывались по её щекам. В этот момент дверь открылась, и в помещение вошла Дарья Частикова, майор с серьезным лицом.

— Здравствуй, Вера, я майор Частикова. Спасибо, что приехала. Мне нужно задать тебе несколько вопросов, — произнесла она, присаживаясь рядом.

Вера быстро вытерла слезы и, сдавленным голосом, ответила:

— Конечно, майор, задавайте.

— Где вы были вчера во время смерти вашей матери? Предположительно в 21-22 часа? — начала Дарья, стараясь говорить как можно мягче.

— Я была у подруги дома… её мама может подтвердить это, — ответила Вера, избегая смотреть в глаза.

Даша кивнула, записывая информацию в блокнот.

— А как ваши отношения с матерью? Были ли у вас конфликтные моменты в последние дни?

— Нет, — резко отозвалась Вера, её голос дрожал. — Мы всегда были близки. Я не понимаю, кто мог… почему…

— Мы постараемся разобраться в этом, — ободряюще сказала Дарья. — Ты можешь мне рассказать, если что-то придет на ум. Может, кто-то угрожал вашей семье или вы замечали что-то странное в поведении ваших знакомых?

— Нет… ничего такого не было, — стиснула зубы Вера.

— Посидите здесь, я сейчас приду, — сказала Дарья и, поднявшись, покинула конференц зал.

Дарья вышла из зала, решив направиться в морг. Стены коридоров мигали неоновыми лампами, добавляя таинственной атмосферы. Вскоре она оказалась в морге, где её уже ждал Артем, молодая медэкспертка с тревожным выражением на лице.

— Что можешь сказать о причине смерти? — спросила Дарья, пытаясь собраться с мыслями.

— Причина смерти — механическая асфиксия, — ответил Артем с ноткой негодования. — Задушили предположительно пакетом. Время смерти около 21:15.

Дарья на мгновение растерялась, строка "21:15" отозвалась в её голове зловещим эхом.

— Она что-нибудь употребляла до гибели? — спросила она, стараясь внести ясность.

— В крови все чисто, — сказал Артем, перелистывая листы своего блока. — Никаких наркотиков или алкоголя.

— Понятно… Да ведь этот серийный маньяк большую часть использовал тактику удушения, — задумчиво произнесла Даша.

— А почему, — с любопытством спросил Артем.

— Когда это дело было в Ростове, мне коллеги говорили, что ему так лучше, — пояснила Дарья, вспомнив свои поездки по делам.

— Ну да, особенно в перчатках, — добавил Артем, проводя рукой по волосам.

— Угу, — ответила она, кивнув. — Ладно, я пойду. Там дочь убитой ждёт.

— Да иди, конечно, — сказал Артем, вновь погружаясь в записи.

Дарья вернулась в конференц зал и вновь увидела Веру, которая явно нервничала, скрестив руки на груди.

— Где вы были вчера во время смерти вашей матери? Предположительно в 21-22 часа? — снова спросила она.

— Я была у подруги дома… её мама может подтвердить это, — вновь повторила Вера, хотя в её голосе слышалась растерянность.

— Хорошо, — спокойно ответила Дарья, чувствуя, как всплывают новые вопросы. — Мы проверим это. Но, возможно, вам стоит остаться на связи с нами…

Вера только кивнула, а Дарья почувствовала, как напряжение в воздухе нарастает. Истина была ближе, но тени, бродившие вокруг, все еще скрывались за мглой неопределенности.

Даша направилась в лабораторию, уверенно шагнув по длинному коридору, полному чертежей и фотографий преступления. Она увидела знакомую фигуру, склонившуюся над столом с образцами.

— Ну что, Толя? — спросила она, подходя ближе.

Толя Ломов, ее коллега и хороший друг, поднял взгляд от своих записей.

— Алиби подтвердилось, — сообщил он, нервно щелкая ручкой. — Вера всю ночь была у подруги.

— Понятно, — ответила Дарья, обдумывая новое развитие событий.

Вдруг Толя спросил:

— Слушай, Дашь, а этого серийного маньяка можно было перехитрить?

— Увы, никак, — пожаловалась она. — Мы в Ростове пытались это сделать, но все бестолку. Он будто всё слышал или кто-то ему это помогал.

— Помощник? — оценил Толя, задумчиво хмуря брови.

— Возможно, — произнесла Дарья, на мгновение скрестив руки.

Внезапно Толя поднял палец к губам.

— Тихо! Телефон этого маньяка включился!

— Что? Он никогда его не включал, — сказала Даша, не веря своим ушам.

— Я позвоню Олегу! — решительно заявил он, быстро доставая мобильный.

Толя набирал номер и вскоре услышал голос на другом конце провода.

— Алло, Олег! Только что включился телефон Санька, находится около старых гаражей, около конца леса. Ага, всё жду! — быстро произнес он и отключился.

Даша почувствовала, как страх подступает к горлу.

— Не нравится мне это всё, — призналась она, обводя взглядом лабораторию.

— Почему? — удивился Толя, закладывая телефон в карман.

— Он никогда не включал свой телефон. Как так? Знаешь, не нравится мне это всё, — повторила она более уверенно.

— Ой, я тебя умоляю, — махнул рукой Толя. — Мы раскрыли дело, и всё, теперь можно отдохнуть.

Не успели они порадоваться этому, как вдруг Толе позвонил Лёня.

— Алло, Лёня? Что такое? ...Что?! ...Понятно, везите его! — произнёс Толя, осыпая Дашу настороженным взглядом.

— Что такое? — спросила она, бросив взгляд на его серьезное лицо.

— Этот серийный маньяк мёртв, — произнес Толя вскинув брови.

— Я так и знала, — шепнула Даша, её сердце забилось быстрее. — Но кто его смог убить? Никто не мог это сделать.

— Ты же говорила, что у него возможно был помощник? Может, этот помощник и сделал это? — предположил Толя, размысливая.

— Ой, не знаю я, Толя, что-то тут не ладное, — проговорила Дарья, чувствуя, как её охватывает тревога. — Как ещё это Галине Николаевне сообщить?

— Кстати, да, — задумался он, глядя на экран телефона. — Непросто будет…

Оба замерли на мгновение, понимая, что всё это может быть только началом. Тайны, которые они так стремились разгадать, словно окутывали их плотным туманом, а мрачные тени вопросов только усиливались. Слова Галины Николаевны, возможно, стали бы уколом в сердце, но шанса на спасение у кого-то всё же выступало. Вопросы множились, а ответов всё не прибавлялось.
Галина Николаевна и Дарья Частикова уверенно направились в морг, каждый шаг отдается в помещении, как предзнаменование серьезного разговора. Атмосфера была пропитана напряжением, которое не было легко скрыть. Войдя в морг, они столкнулись с Артемом Тукаевым, который стоял у стола с уже знакомым телом.

— Тукаев, что у тебя? — спросила Галина Николаевна, сквозь ожидание пробираясь к нему.

— Причина смерти — огнестрельное оружие в голову. Также у убитого есть царапина на руке, — сообщил Артем, наведя порядок в документах.

Дарья, внимательно изучая информацию, тихо произнесла:

— Это рана при жизни. Когда его схватили, я спрашивала, откуда у него эта рана. Давид Николаевич Шишов сказал, что его девушка одна так поцарапала. На то и кличка у него — Ошалелый.

— Ну да, в крови у него все пусто, — продолжил Артем, задумчиво глядя в глаза своим коллегам.

Галина Николаевна, закусив губу, сказала:

— Зато этого маньяка больше нет. Только осталось раскрыть одно дело: кто же убил этого серийного убийцу?

— И главное, зачем он это сделал. Шишов всё время ускользал от нас, будто ему кто-то помогал и был рядом с нами, — добавила Дарья, внутренне переживая за каждую деталь.

Артем же произнес:

— Может, странные коллеги были в последнее время, Дашь?

Дарья, скрестив руки, ответила:

— Когда я была в Ростове, никто так не вел себя, и все равно всех проверяли, ничего не нашли. Не мог же он убить себя самого!

— Верные мысли, — кивнул Артем. — Стреляли очень далеко…

— И всё же, тот телефон, который включился, — вметнула Дарья, — Шишов никогда и ни за что бы не включал телефон.

— Хочешь сказать, что его включил убийца? — удивился Артем, его глаза округлились от подозрений.

— Возможно, — согласилась Дарья, всё глубже погружаясь в размышления.

— Ладно, разберемся с ними, — произнесла Галина Николаевна, словно подводя итог всему, что они обсудили, и, полная решимости, покинула морг.

Оставшись наедине, Артем обратился к Дарье:

— Сколько тебе уверенности?

— Много, но не так много, — ответила она, невнятно пряча внутренние переживания.

— А отчего? — поинтересовался он, зная, что Даша редко делится своим эмоциональным состоянием.

— Когда мои родителей убили как раз в мой день рождения, я решила, что зачем плакать, — произнесла Дарья, и её голос задрожал от напряжения.

— Подожди, твои родители вроде как погибли в автокатастрофе? — вспомнил Артем, пытаясь собрать воедино все факты.

— И ты туда же! Все вы думаете, что это просто несчастный случай. Я в это не верю! — выпалила Дарья, её слова наполнились гневом, видимо, искренним и глубоким.

— Даш… — попытался начать Артем, но его прервала её бурная реакция.

— Пошёл ты, Тукаев! — крикнула она, развернувшись и резко вышла из морга.

Артем остался стоять, осознавая, что ляпнул лишнего, — "Зачем я это вообще ляпнул?.. Черт!" Он провел рукой по лицу, понимая, что трудные разговоры тяжелы, особенно когда дело касается раненых чувств. Прошлое раздражало дарью, как деревья, обвиваемые змеями, касающимися их корней.

Теперь в воздухе вновь висело напряжение. Секреты, давящие на него, не оставляли ни покоя, ни надежды. Он знал, что дело еще не завершено, и где-то там, в тени, прятались ответы.