Глава двенадцатая
В Белый город они прибыли через четыре дня. Таинственная всадница не встречалась на их пути, но Жене почему-то казалось, что она следит за ними. Он иногда пытался уловить ее среди тени деревьев, но не видел ничего, кроме густой листвы.
Дмитрий встретил их радостно, словно ему с трудом удавалось нести такое бремя.
- Что, не привык, что к тебе обращаются по любому поводу?
- Я не был советником, в отличие от отца. Не успел, - с резкостью ответил он и покосился на телеги.
Евгений повернул голову в ту же сторону и вздохнул.
- Что?
- Я думал, вы привезете более живых на вид, - понизив голос, проговорил Дмитрий, не желая показывать своего удивления спасенным.
- Если им дать нормальную одежду, они будут выглядеть лучше. Я выгляжу также, как и они.
- Извини, - он потупил взгляд и помог ему слезть с коня. Человек уже успел забыть, что Женя и сам беглец.
- Спасибо и не извиняйся, - снимая шлем, мягко попросил эльф и тут же рукой закрыл глаза от солнца. Под броней создавалось достаточно полутьмы, чтобы ему было хорошо видно даже при солнечном свете.
- Все никак не привыкнешь?
- Это не от привычки идет, а от способности глаз различать объекты на свету.
- Найдем тебе лучших лекарей среди эльфов. Они помогут.
- Спасибо за заботу, - только и ответил наследник, а после переключился на приведенных, - им нужен хороший отдых и новая одежда, а потом всех, кто захочет, обучить владению мечу или стрельбе. Чему они попросят.
Вокруг него сразу же поднялась суета. И тут же прекратилась, так как прилетел Гилтиас поздороваться с Женей. Эльф обнял его, а дракон опустил морду ему на плечо.
- Какой ты тяжелый… - с усмешкой заметил наследник.
Зверь фыркнул и поднял морду.
«Ты как? Я вижу, что тебе это далось нелегко».
«Ничего, это надо было сделать».
Город почти закончил подготовку к войне. Он был готов встретить неприятеля, как подобает. Но Евгений планировал идти дальше. До самой столицы. Только так мир мог вернуть себе былое величие. И сейчас нужен был отряд, который пойдет за наследником возвращать краю былую славу.
Но перед ним предстанет противник вдвое сильнее его. Он мудрее и не один год правит. Не одну войну выиграл. Потому и Евгения надо сначала научить. Подготовить его.
Пока город кипел, вспоминая дни былой славы, Женю пытались научить хоть чему-то за такой короткий срок. Ни один не торопил его. Наоборот. Делали все возможное, чтобы у него было как можно больше времени. Женя хоть и хотел учиться наравне со спасенными, Ирдис решил, что будет лучше, если он получит знания отдельно. Он забрал больше половины дня для учения молодого магии. Женя вновь почувствовал ту усталость, которую не мог рассеять короткий отдых. Только раны затягивались под действиями эльфийских чар. Алатиэль занялась не только манерам молодого короля, но и его зрением. Ей нравилось, что он меток в темноте, но как принцесса понимала, что и дневное ему будет крайне нужно.
Ботар Эль удивлялся тому, что наследник делает такие быстрые успехи в стрельбе. Он видел, насколько тверды и непослушны его огрубевшие руки, закаленные об одно древко и камень. Торвальд тоже не мог скрыть своего восхищения, когда видел, как оживает в его руках сталь. Словно он был рожден для этого, не было никаких долгих лет, проведенных под землей. Ирдис знал, кто ему помогает в магии, потому и был единственным, кто остался спокоен при виде стараний ученика. Он догадывался, что Гилтиас и сам вполне мог научить наездника управляться с магией. Но по непонятной причине решил вмешаться. От владения секирой эльф отказался. От нее у него щемило в сердце от боли и воспоминаний.
А советники взялись за его образование, уже успев понять, что он либо все забыл, либо вовсе не был научен. Наследнику хоть и было стыдно за свою неграмотность, но стыд только подхлестывал скорее учиться.
За неделю самые знатные и элитные для Аркалона наполовину восполнили пустующую чашу знаний. Не все были эльфами среди них. Один Дмитрий оставался человеком, когда второй являлся гномом. Торвальд, как он сам говорил, пришел с трона в Белиарте ради спасения людского рода. Илья также был гномом. Наверное, единственным среди своих, кто умел весьма ловко управляться с луком. Все шло, вероятно, от пристрастия к шестерням и разным механизмам. Дезмонд – полуэльф. Ирдис из эльфийских магов. Как говорилось, Скай принадлежал к синим драконам. Юрий, Алатиэль и Ботар Эль оставались чистыми эльфами.
К сожалению, покой никогда не бывает вечным. До смерти. После нее уже проще. И то не всегда.
Со стороны столицы прозвучал охотничий рог. Он был зычным и громогласным.
- Это рог Теольда, когда он охотится.
- Не думаю, что он лично заявился. Он знает, что его все видели в лицо.
- Да, он сам об этом позаботился, - с отвращением проговорил Юрий.
- Пождем, кто подойдет. Лучники на позициях?
- Да, стрелами уже ощетинились башни.
- Отлично. Стрелять при первой попытке агрессировать.
Ботар Эль только кивнул и ушел на стену.
Однако, среди всадников Теольда или похожего на него никого не было. Это были простые охотники, только вернувшиеся с охоты. Их было пять и все эльфы.
- Почему у вас рог Теольда?
- Это было обязательным для всех знатных – взять его звук рога.
- Неужели. А я такого приказа не помню.
- Зато я помню твой голос. У тебя еще отец служил бывшему правителю.
- На чьей ты стороне? Отвечай! – оживился Дмитрий, приставляя клинок к горлу нахала.
Охотник только хмыкнул. Евгений положил руку на его руку и мертвым взглядом уставился на шатена. Того передернуло.
- Кто ты? - почему-то первым спросил охотник.
- А ты попробуй угадать… по клинку, - наследник покосился на свое оружие.
Шатен даже вздрогнул, увидев меч.
- Я слышал, что тебя убили.
- Грязные слухи, чтобы не было бунтов. Так на чьей ты стороне?
- На той, чьей сейчас престол. Пока ты никто. Станешь кем-то, склонимся.
Женя схватил его за грудки. В его глазах вспыхнул гневный сноп искр. Губы скривились.
- Не он ли убил того, кто дорог тебе? Не он ли подавил твою свободу? Вашу свободу? Не вам ли пришлось страдать от него? Так ответь мне – почему ты держишь преданность узурпатору, а не тому, кто готов освободить каждого несчастного.
- Желание жить, - не изменившись ни в тоне, ни в лице ответил охотник, несмотря на то, что Евгений полоснул по больному.
- Жить? И как? В грязи и страхе?
- Король Теольд хорошо кормит того, кто верно служит ему. Если ты против, то это уже твои трудности.
- Если ты не склонишься, ты умрешь. Нет веры тому, кто приветствует узурпатора.
- Стань королем, и я зауважаю тебя больше Теольда.
Вмешался Юрий. Он оторвал наследника от охотника и заглянул ему в глаза. Но тут же отступил, увидев то, чего боялся видеть всю жизнь. То, от чего бежал сам, пытаясь справиться со своим гневом. Юрий вздохнул и поднял руки в знак примирения, прошептав.
- Не надо. Оставь ему жизнь, и пусть он покажет, как сдержит свое слово. Умерь свой пыл.
- Ты мудрее и сдержаннее меня. Тебе виднее, - он мотнул головой и охотников, обезоружив, увели в ближайшую темницу.
- Я увидел то, чего не было, когда ты говорил про месть, - смотря вслед конвою, проговорил советник, - значит, тогда ты лгал.
- Нет, все намного проще. За меня говорил Гилтиас.
- Он это может?
- Между нами связь, так что да.
- И все-таки, пожалуйста, я тебя прошу, в первую очередь, как друга, не надо этого огня. Тебе и так суждено встретиться с ним в бою.
- Там все и решится, - с улыбкой, нет, даже радостно ответил ему Евгений, но после спешно ушел. Ему не хотелось об этом говорить. Вероятно, и сам не понимал, что происходит в нем.
Ирдис вырос будто бы из ниоткуда. На его губах была как всегда полуулыбка. Женя тяжело вздохнул, но остановился.
- Я сейчас не хочу говорить. Тем более об этом.
- Я понимаю, ты не привык ничего чувствовать. Ты все эмоции и чувства прячешь. Это хорошо. Это правильно. Но надо все-таки уметь признаваться самому себе.
- Ты все советами, да мудрыми словами говоришь.
- Я маг, готовый прийти на помощь.
- Да, но ты слаб.
- Слаб физически, но ко мне попробуй еще, подойди.
- Уже что-то, - взгляд наследника стал серьезным и задумчивым, словно он решил чем-то поделиться с магом, - ты же читаешь мысли? Умеешь?
- Умею. А что?
- Ты слышишь, о чем я думаю сейчас? – дрогнувшим голосом проговорил эльф с тяжелым вздохом.
Ирдис прикрыл глаза и положил руку на его плечо.
- Я слышу, о чем ты думаешь, но позволь себе рассказать об этом вслух. Чтобы не лежало грузом здесь, - Ирдис мягко указал на его грудь.
- Не могу…. Я хотел поделиться, но только потом понял, что не могу…
- А ты сделай над собой усилие. Ты ни о ком не грустил. Я это вижу. И Гилтиас знает.
- Да, кроме одного. Он был единственным, кто тронул мое мертвое сердце. Мне не прививали любовь к окружающему миру.
- Да, и это я знаю. Ты был в слишком жестоком месте. Не подобает там быть королю так долго.
- А, может, так надо? Ведь шик и роскошь просто разбаловали бы меня.
- Еще мой отец видел, как воспитывали твоего отца. Поверь, никто не допустил бы такой ошибки. Но у тебя не было бы лишений. Таких, через которые ты прошел.
- Мне помогал один эльф. Он лишь дважды назвал меня по имени. Когда случился первый раз, я узнал свое имя. Ведь меня никак не называли. А второй…. На смертном одре. Он сказал всего лишь четыре слова: «Прости и будь, как отец», - неспешно говорил Евгений, смотря в пустоту, - он сказал это так просто, а мне слова запомнились навсегда. Он знал моего отца, а я помню только его улыбку…. Я не знал его имени, но он указал мне на этот путь. Научил меня быть непокорным. Стал первым советником. И оказался прав, когда сказал, что у меня еще будут советники. Вы стали ими.
- И мы горды нести это знамя. Не печалься о нем. Там обретают свободу только после смерти, а он научил тебя только лучшему. Твой отец был благосклонным и верным своему делу. Никогда не сдавался и всегда прощал. Только самых провинившихся убивал.