Глава 6
На утро просыпаюсь, желудок урчит, просит кушать, время? Тут нигде даже часов нет. Ненавижу тебя, Халид. Подхожу к окнам: на первом этаже решетки. Вот знал, что решу убежать… Хочу есть... Этот ленивый осел еще долго будет спать? Пошла к двери.
— Эй, открой дверь. АЛООООО. Где ты там ходишь?
Хм… спит гад. Начала барабанить в дверь и громко кричать. Слышу шаги, его по ходу не учили ноги поднимать, шаркает ужасно. Открывает дверь, а там…. О Боже, выколите мне глаза.
— Ты че разоралась? Не даешь поспать, время только 9.
— Тебя не учили носить футболки или хотя бы майку? (Отвернулась от него.)
— Ну учили при чужих женщинах носить. А ты тут при чем? Еще и не то увидишь. (И как всегда смеется.)
— Не дай Бог!!! Я не стану твоей женой.
Я все еще к нему спиной стояла, этот идиот подошел ко мне сзади и обнял меня.
— Отпусти меня, извращенец.
— Стой тихо, я наслаждаюсь.
Тут не долго думая, я ему наступила так чисто «случайно» на ногу… ну «слегка».
— ААААА… Мне больно.
— Да ну? Ты же во какой больФой и сильный. Тебе не должно быть больно.
— Я тебе не супермен, чтоб мне больно не было. А ты, вижу, мои габариты изучила. (Смеется.)
— Я образно сказала! Ты такой самовлюбленный, что только о своей внешности болтаешь. Такое чувство, что у тебя даже других тем нет!
Он покраснел, не от стыда, нет-нет. Он снова направляется в мою сторону.
— Ладно, я пошутила. Я хочу в душ. Пожалуйста, дай мне какую-нибудь одежду.
— Извинись, потом можешь идти.
— Не буду извиняться, я же сказала, что это шутка.
— Тогда можешь еще чуток посидеть в этой комнате.
— Ладноооооо… Прости меня. Теперь можем идти?
— Как-то сухо это прозвучало.
Я села обратно на кровать.
— Закрывай дверь и выходи отсюда. Не буду я еще унижаться и в ногах ползать.
— Ладно, я тоже пошутил. Пошли.
— Сначала извинись.
— Чего?
— Я жду… (С таким деловым видом я это сказала.)
— Извини.
— Как это сухо прозвучало. (Его изобразила.)
Смотрим друг на друга и как начали смеяться.
— А ты веселая.
Пошла в его комнату, выбрала из его вещей себе пару шмоток. Сходила в ванную, приняла душ. Все еще хочу кушать.
— Халид, я хочу есть.
Смотрит на меня и как полный дебил начал ржать.
— Ты себя видела? Это точно твой размер!!! Кстати, я тоже хочу кушать, из-за тебя вчера не поел. Иди что-нибудь приготовь.
— Я? Ты меня украл, готовь теперь мне покушать, давай вставай уже.
— Ты жена, а не я. Давай приготовь да…
— Идиот.
— Тупица.
— Снова ты начал?
— Это ты начала.
— Идем на кухню и ты мне все там покажешь.
— Ты шутишь? Я там ничего не знаю.
— Ааааа… За что Аллах меня так наказывает?
— Он тебя осчастливил. Все еще впереди, ты не горюй.
Показав язык, я пошла на кухню. Я люблю готовить, только ему об этом знать не нужно. Открыла холодильник. Видно, что его мама постаралась на славу: все есть и как надо. Достала яйца, молоко, буду делать омлет. Накрыла стол, запах дошел до его носопырки…
— Мммм… Как вкусно пахнет. Что готовишь? Ооо… омлет. Спасибо, дорогая.
— Смотри не подавись.
— Что ты сказала?
— Приятного аппетита говорю.
Села напротив него. Кушает, смотрит на меня, чавкает. Он так на ребенка похож.
— У тебя брат или сестра есть?
— Уже нет, сестра была.
— В смысле была? Если девушка замуж выходит, это не значит, что ее уже нет в твоей жизни.
— Она умерла, мне было семь, а ей девять.
О Аллах, какая же я глупая! Впервые я почувствовала стыд за сказанные слова и мне так его жаль стало. Он замер. Такое чувство, что он возвращался в прошлое. Взгляд уходящий куда-то далеко отсюда, у него наполнились слезами глаза, всем сердцем я ему сочувствовала.
— Аллах Рехмет элесин (Царство ей небесное), прости, пожалуйста.
— Да ничего страшного, давно это было.
— А что с ней случилось, если конечно …?
— Все нормально, ты уже член семьи и должна все знать. Я во всем виноват. Мы со школы возвращались, я проказничал, бегал туда-сюда, мы должны были дорогу переходить, я до середины добежал и обратно вернулся, она остановилась, и начала на меня кричать, чтоб я вернулся и в этот момент ее сбила машина, насмерть. Я до сих пор во сне вижу ее...
Тут он замолчал и посмотрел на меня стеклянным взглядом. Такое чувство, что вот-вот заплачет, а я уже реву. Встал и пересел ко мне, вытирает слезы.
— Не надо плакать…
— Ты из-за этого не сильно водишь машину?
— Вижу, ты постоянно меня палишь, ахахах. Да, ты права, я из-за этого сильно не вожу. Ну что ты плачешь?
— Я не знала, что ты такой…
— Ты про меня много чего не знаешь…
— Надеюсь, внебрачных детей у тебя нет?
— Ахахах, что с тобой делать-то? О чем ты думаешь?
— Обо всем.
— Я заметил. Этим ты мне и нравишься. Каждый день ты новая, другая, и каждый раз тебя надо разгадывать и я не устаю это делать… Только вот жаргончики твои меня не радуют. Давай станем друзьями, а? Скажу по секрету, у меня сони плейстешн есть…
— А что ты молчал-то??? Пошли играть. Нидфорспид есть?
— Ты тоже их любишь? Конечно есть, пошли, там в шкафчике чипсы есть, возьми их.
— Вот ты паразит, ты же говорил, что не знаешь где что лежит. Все, завтра ты готовишь завтрак.
— Вот блин, надо было язык за зубами держать. Ладно, завтра моя очередь.
Пошли в огромный холл, где был камин. Он подключил все провода, нашел диск. Еее! Мы будем играть в гонки.
— Кам, у меня просьба: только ни при ком не говори про сегодняшний разговор, ок?
— Авторитет подпорчу? (Ехидно смеюсь.)
— Мне уже надоело жаловаться на твой длинный язык, давай играть.
Мы 5 часов играли, с 5-минутными перерывами, толкали друг друга (точнее, я его, когда выигрывала). С ним, оказывается, весело. Короче, этот гад выиграл, он классно играет. Пошли вместе приготовили покушать. Я его с другой стороны узнала. Включили ноут, я начал смотреть фотки. Он мне по секрету признался, что делает анонимно пожертвования в больницы, где дети лежат со сложными заболеваниями. Все, надо теперь к нему нормально относится, попусту он деньги не тратит. Сидим, кушаем, он как всегда чавкает.
— Почему ты не можешь тихо кушать? Обязательно так громко?
— Что громко?
— Чавкать.
— Слышь, интеллигенция, я так кушаю, привыкай. Не то, что ты, с салфетками, нож, вилка.
— Я ножом не пользуюсь.
— Ты просто кушаешь, чтоб насытиться, а я еще и вкушаюсь.
— Вкушаешься, это еще как?
— Вот ты просто потребность удовлетворяешь, а я наслаждаюсь.
— Г-Е-Н-И-А-Л-Ь-Н-О.
— Дай поесть да нормально.
— Кто последний, тот посуду моет.
И тут мы начали с такой скоростью есть эти спагетти, у меня так щеки болели. Ну конечно же, выиграл он, поросенок.
— Ахахаха, вот ты свинья, смотри как испачкал стол да и сам весь в кетчупе.
Кидаю в него полотенце, чтоб вытер лицо.
— Ты себя вообще видела, интеллигенция?
Таааак, а что со мной не так? Побежала в ванную, ахахах, я такая грязная.
— Да ладно тебе, разве я тебе не в любом виде должна нравится? (Все еще не смыла кетчуп с лица.)
— Я сказал, что некрасивая? (Подошел ко мне и начал вытирать лицо, как маленькому ребенку.)
— Ааа…больно же, поосторожней вытирай.
— Я думал, что жена супермена тоже сильная. Иди убирай кухню, мы там все испачкали.
— Правильно, МЫ! Так, что мы пойдем убирать кухню вместе.
— Нет уж, иди сама.
— Халид, пошли даааа. (Такое лицо обиженное было, вот-вот заплачу, ну конечно наигранно.)
— Ладно, пошли, только не плачь, будь мужиком.
— Ты решил на мужчине жениться?
— Ко всем моим словам придираешься, пошли уже…
Короче, не буду в подробностях описывать мытье посуды. Пена была везде. Мы обливались водой и раскидывались пеной. Выгнала его с кухни и пришлось самой все там убирать.
— Легче было самой все с самого начала мыть, а то, видите ли, она ВМЕСТЕ захотела.
— Ты, идиот, разгромил всю кухню.
Он припирает меня к стенке и уже прям сантиметр до моего лица, все он еще и дерется, но рука упирается в стену.
— Будешь обзываться, то…
— То что, ударишь? (Актриса снова проснулась во мне и глаза начали слезиться.)
— То я тоже буду обзываться. (И вы представляете себе, он мне показывает язык.)
Я не сдержалась и начала смеяться, мы оба начали смеяться.
— Ты же никогда меня ударишь, да?
— Нет, конечно. Ну, если только за свои же ошибки.
— К примеру?
— Я думаю, ты не из тех, кто такие ошибки совершает, так что я тебя не ударю. К нам сегодня вечером гости придут. Есть че покушать?
— А кто придет?
— Мамка моя.
— А зачем?
— На тебя посмотреть.
— Да ты на меня посмотри, в каком я виде.
Его одежда на мне висела, все-таки он больше меня .
— Да она как раз вещи тебе привезет, халатики не халатики.
— Пойду, что-нибудь, намучу.
— Постарайся ей понравиться. (Улыбается.)
— Я не собираюсь ни к кому подлизываться. Какая есть такой и останусь.
— Ты снова свою политику ведешь? Все, иди мути там…
— А ты мне нее указывай, куда мне идти и что мне делать.
— Ты снова начинаешь?
— Бе-бе-бе…
И тут в меня летит подушка, на которую он опирался лежа на диване.
— Ты совсем офигел? В меня уже вещи летят. Все э, наша семейная жизнь завершена.
Разворачиваюсь и ухожу. Он меня хватает, поднимает и несет в зал, кидает на диван, а сам сверху.
— Говоришь, завершается? Ну давай хотя бы начнем нашу семейную жизнь, а потом по-взрослому ее завершим.
И тут он пытается меня поцеловать.
— СТОЙ-СТОЙ-СТОЙ!!! Я пошутила, отпусти меня, я пошла готовить, а то скоро твоя мама придет.
— Сначала дай я тебя поцелую, а потом иди.
— Нет, нельзя, я еще не готова. (Что я несу? Для этого еще надо подготавливаться?)
— Я тебя подготовлю… (Он зачем-то сказал это шепотом.)
— Пошло как-то это звучит, слезь говорю.
Он отпустил меня.
— И больше так не делай, мне не нравится, когда меня хватают и несут куда-то, да еще и лежат на мне.
— Прости.
— Ты помилован.
Приготовила покушать, решила просто пожарить курицу и картошку в духовке, легкий салат, ну вроде нормально. Через 1,5 часа приехала его мама и Амир, он пошел их встречать.