Глава 3
Едва они успели покинуть кабинет Соника, как в коридоре зажглись красные аварийные огни. Громкая сирена пронзила ночную тишину, заставляя их сердца бешено колотиться.
"Нас засекли!" – выдохнул Тейлз, его хвосты поджались от страха.
"Бежим!" – скомандовал Наклз, и они бросились бежать по коридору, надеясь укрыться в своих комнатах.
Но было слишком поздно. Тяжелые двери в конце коридора захлопнулись, отрезая им путь к бегству. Со всех сторон стали появляться вооруженные охранники, с оружием наготове. Они были окружены.
Сопротивление было бессмысленным. Новобранцы подняли руки в знак сдачи. Их арестовали и отвели в комнату допросов.
Комната была освещена ярким светом, от которого резало глаза. За столом, с суровым выражением лица, сидел начальник GUN. Он смотрел на них с разочарованием и гневом.
"Вы разочаровали меня," – сказал он, его голос звучал холодно и отрывисто. "Вы нарушили правила, проникли в закрытую зону и поставили под угрозу секретную информацию. Это серьезное нарушение."
Новобранцы молча стояли, опустив головы. Они знали, что совершили ошибку, и готовы были понести наказание.
"Нарушение режима, несанкционированное проникновение, угроза безопасности – это только начало списка ваших преступлений," – продолжал начальник. "Ваши действия могли поставить под угрозу всю миссию Соника. Вы хоть понимаете, что натворили?"
"Мы... мы просто хотели узнать, что за миссия у Соника," – пробормотала Эми, пытаясь оправдаться.
"Любопытство убило кошку," – сухо ответил начальник. "Вы должны научиться доверять своим командирам и не совать нос не в свои дела."
"Мы признаем свою вину," – сказал Шедоу, его голос был ровным и спокойным. "Мы готовы понести любое наказание."
Начальник внимательно посмотрел на Шедоу. Он знал, что Шедоу – самый дисциплинированный и ответственный из новобранцев. Он не мог понять, что заставило его участвовать в этом безумии.
"Я удивлен, Шедоу," – сказал начальник. "Я думал, ты умнее. Что заставило тебя пойти на это?"
Шедоу вздохнул. "Мы беспокоимся о Сонике. Он работает слишком много. Мы хотели убедиться, что он в порядке."
Начальник нахмурился. "Соник – лучший агент GUN. Он знает, что делает. И ему не нужна ваша помощь. Ему нужна ваша поддержка и доверие."
Последовала долгая пауза. Начальник обдумывал, какое наказание им назначить. Он понимал, что они совершили серьезное нарушение, но в то же время видел их искреннее беспокойство о Сонике.
"Я приму решение по вашему делу утром," – сказал начальник, поднимаясь со своего места. "А пока вы будете находиться под стражей. Охрана, проводите их в камеры."
Новобранцев отвели в тесные, мрачные камеры. Они чувствовали себя подавленными и виноватыми. Они понимали, что их ждет серьезное наказание, и они не знали, что их ждет дальше.
В одиночестве своих камер они размышляли о своих ошибках. Они осознали, что их любопытство зашло слишком далеко и что они поставили под угрозу не только себя, но и Соника. Они молились о том, чтобы их наказание не было слишком суровым и чтобы они не подвели своего синего друга. Но больше всего они хотели, чтобы Соник вернулся целым и невредимым.
Ночь тянулась бесконечно долго. Они не могли заснуть, их мучили угрызения совести и страх перед будущим. Они ждали рассвета, как смертного приговора. Судьба их была в руках начальника, и они не знали, чего от него ожидать.