Глава 16. "Ты слишком самовлюблённый"
Прошло несколько дней после "битвы" в саду. Симона и Йост были заняты домашними делами, а братья остались дома одни. День выдался жарким, и Том, сославшись на усталость, устроился на диване с гитарой, перебирая струны. Билл, как обычно, предпочёл подняться к себе и рисовать в своей комнате.
Тишина длилась недолго. Том, внезапно решив, что скучно, поднялся наверх и заглянул в комнату Билла.
— Что ты там опять рисуешь? — спросил он, опираясь на дверной косяк.
Билл, увлечённый процессом, даже не повернулся:
— Тебе не понять.
Том фыркнул и подошёл ближе. Взглянув через плечо брата, он заметил, что Билл рисовал не просто абстрактные узоры, а чей-то портрет.
— Эй, это кто? — Том наклонился ближе, чтобы рассмотреть.
Билл покраснел и быстро закрыл рисунок руками:
— Никто! Просто тренируюсь.
— Ну-ну... — Том прищурился, почувствовав, что его младший брат что-то скрывает. — Это, случайно, не я?
Билл повернулся и, едва не задев его носом, выпалил:
— Нет! Ты вообще не подходишь для портрета.
— Почему это? — Том сделал вид, что обиделся. — Я, между прочим, красавчик!
Билл закатил глаза и снова повернулся к столу.
— Ты слишком самовлюблённый.
— Ага, значит, это точно я, — хмыкнул Том и, прежде чем Билл успел его остановить, выхватил альбом.
— ТОМ! — Билл вскочил, пытаясь отобрать альбом, но Том держал его высоко над головой.
— Ну-ка посмотрим... О, вот это лицо! — Том засмеялся, увидев, что на рисунке действительно был он, но немного... преувеличенный. Его черты были карикатурно выразительными, а брата явно забавляло, что у Тома на портрете слишком большие губы и смазанные брови.
— Это не то, что ты думаешь! — Билл покраснел так, что даже уши загорелись.
— Ну да, конечно, — Том продолжал смеяться. — Ты издеваешься надо мной в своём альбоме, а потом говоришь, что я самовлюблённый!
Билл, отчаявшись, прыгнул на Тома, чтобы выхватить альбом, но Том не ожидал этого и пошатнулся. Вместе они упали на пол, а альбом вылетел из рук и приземлился под столом.
— Ты ненормальный! — Билл пытался подняться, но оказался в самом неудобном положении: он лежал на Томе, а тот уставился на него снизу с насмешливым выражением лица.
— Ну, теперь ты точно должен нарисовать мой портрет заново, — протянул Том, ухмыляясь.
Билл попытался что-то сказать, но осознал, насколько близко их лица, и мгновенно вскочил, будто обжёгся. Он схватил альбом и, не глядя на Тома, пробормотал:
— Больше никогда не заходи ко мне без разрешения!
Том, сидя на полу, потёр затылок и вдруг засмеялся:
— Билл, ты весь красный, как помидор!
— Ты... ты просто... — Билл застрял на полуслове, захлопнул дверь своей комнаты и, упав на кровать, укрылся одеялом с головой.
Том, всё ещё сидя на полу в коридоре, усмехнулся. Этот неловкий момент стал для него почему-то тёплым воспоминанием.
"Интересный он всё-таки... странный," — подумал Том, улыбаясь.