Амнезия

Королевство Камелот славилось своими масштабами, спокойствием и хорошим — по средневековым временам — уровнем жизни. Король был справедлив и мудр, пусть и слишком юн. Его назначили королём в юном возрасте, когда все нормальные дети ещё проживали своё детство. Однако сын внезапно погибшего прошлого короля был вынужден принять этот пост, и взять управление Камелотом в свои руки. Он больше не мог проводить время со своим лучшим другом — Шедоу. Теперь всё его время было занято решением королевских проблем.
Но Шедоу не оставил это просто так. Видя, как много времени за работой проводит его друг, тёмный ёж решил пойти в рыцари, чтобы также приносить пользу королевству, и быть ближе к королю. В конце концов, он стал одним из лучших рыцарей их королевства, и занял почётный титул придворного рыцаря, самого короля. Теперь он носил новое имя — Сэр Ланселот.

Один из дней выдался довольно спокойным. Работы было меньше, чем обычно — или, возможно, король отложил часть дел на следующий день, — и поэтому он смог выделить для себя время, чтобы спокойно прогуляться и отдохнуть. Разумеется, его рыцарь был рядом с ним.
Они спокойно прогуливались по длинным коридорам замка с чудовищно высокими потолками. Король смотрел в окна, куда-то вдаль, на горы. Его красная накидка волочилась за ним по полу.

— Даже как-то непривычно. Такое ощущение, будто я что-то забыл сделать...

Шедоу был погружён в свои мысли. Оставаясь спокойным, подняв свой застывший взгляд на него. Держался немного позади, но шёл почти наравне. На миг перевёл внимание на вид из окна. Слушал слова своего друга — или короля. Теперь он уже не мог воспринимать его иначе, даже несмотря на воспоминания о прошлом.

— Мог бы я вам чем-то помочь?

Прозвучал голос, довольно грубый. На улице уже темнело, лишь свечи играли красками огня, освещая путь, переливаясь в отражениях окон и мраморного пола.

— Нет, ничего делать не нужно. Спасибо, Ланселот, — тёмный ёж мог по голосу услышать, как Король мягко улыбнулся. В такие моменты, когда Король не был занят своими делами и решением проблем королевства, синий ёж выглядел расслабленно и мягко, будто у него не было сил на что-то другое. При взгляде на такого Соника трудно было представить, что когда-то этот ёж был непоседливым и неугомонным.

Король остановился перед выходом на балкон. Он толкнул двери, распахнул их и вышел на улицу, съёжившись. Чем темнее, тем холоднее. Он поднял голову, глядя на небо.

— Уже виднеется луна. Давно ли полнолуние наступило? Только недавно ведь была убывающей...

Шедоу наблюдал за каждым движением его тела, и каждым оттенком голоса. Хотя Король выглядел расслабленным, сам тёмный ёж оставался в постоянной готовности и напряжении. Между ним и его былым другом стояла невидимая стена, которую невозможно было разрушить. Теперь Соник стал великим и храбрым, почти легендарным королём, которым восхищались, и чьё величие поражало. А Шедоу оставался лишь его настоящей тенью, всегда находящейся позади.

— Вы правы, Ваше Величество.

Слова звучали горько, словно напоминание о чем-то потерянном. Когда-то Шедоу никому не позволял понизить свое эго, но теперь это чувство было неизбежным. Только воспоминания о том, что Король когда-то был его лучшим другом, приносили едва заметное утешение, которое всё равно не могло полностью заглушить неприятное чувства.

Король опёрся руками о каменные перила, глядя на серебряный круг, светящийся в небе. Он сделал глубокий вдох полной грудью, а затем медленно выдохнул. Этот момент ощущался, как настоящая свобода. На миг ему показалось, что никто ничего от него не ждёт.

Синий ёж развернулся к рыцарю и улыбнулся ему, но улыбка медленно сползла с его лица. Он видел перед собой лишь верного рыцаря, выполняющего свой долг, и никак не мог разглядеть за железным шлемом того самого парня, с которым когда-то делил каждое мгновение своей жизни.

На сердце словно камень образовался. Король опустил взгляд, а затем отошёл от перил.

— На сегодня достаточно. Ты можешь возвращаться в свои покои, Ланселот. Я тоже пойду...

Шедоу смотрел на него, слегка склонив голову, как верный пёс, подчиняясь приказу. Чего раньше он бы никогда не сделал. Выпрямившись вновь, его глаза слегка блеснули в лучах луны, отражающихся в них.

— Как прикажете, — произнёс всё тот же безразличный голос.

Внутри же он хотел спросить: что он сделал не так? Его взгляд уловил перемену в выражении лица Короля, но тот промолчал.

— Добрых вам снов, — коротко добавил Шедоу, уходя в другую часть коридора, по которому они пришли сюда. Спустя мгновение его фигура исчезла из виду.

Добравшись до своей дубовой двери, ведущей в его небольшую, но уютную комнату, он достал ключи, чей металлический звон эхом разлетелся по пустому коридору. Отперев дверь, что с диким скрипом отозвалась в тишине, он спокойно вошёл внутрь и прикрыл её за собой.

Тяжело вздохнув, он снял шлем, отщёлкнув зажимы. Наконец его лицо оказалось открытым. Здесь, в этой маленькой комнатушке, он мог быть самим собой.

Король ушёл в другой конец коридора, скрывшись в своих просторных, дорого обставленных покоях. Он запер дверь на ключ, снял накидку и корону, аккуратно повесив их на специально отведённую стойку. После этого он рухнул на огромную кровать, сразу же закрыв глаза.

Он чувствовал, знал, что с Ланселотом что-то происходит. Возможно, Король уже понимал причину, но не мог заставить себя разобраться в этом. У него не хватало ни сил, ни смелости, чтобы открыто обсудить то, что стояло между ними. Он лишь надеялся, что тёмный ёж со временем придёт в норму и что напряжение между ними больше никогда не возникнет. Всё, чего он хотел, — это хорошей жизни для каждого своего подданного, и Ланселот, несомненно, был в их числе.

С этими мыслями Король погрузился в сон, окончательно теряя связь с реальностью.

С щелчком снимая тяжёлый шлем, Шедоу поставил его на небольшой деревянный стол. В его глазах горела ужасная усталость и раздражение. Сильное раздражение — его бесила эта грань, что делила их на «низких» и «высоких». Это разрушило всё, что было раньше.

Резко махнув кулаком в стену, он практически рычал, освобождая накопленные эмоции за день. Тихо вздохнув, открыв рот, он прикрыл карие глаза. Собрав себя в кулак, сжимая его до хруста костей, он начал снимать оставшиеся части брони. Складывая их на стул рядом, он сразу же рухнул на кровать.

Тело болело от постоянной тяжести железа, не говоря уже о небольших мозолях по телу. Проваливаясь в тьму снов, которые обнимали его, затягивая, он будто отключился от реальности.

-----------------

Как вам первая глава? 2 том уже есть, на акаунте